ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Мам, это... я... я... не умер...

– Джефф! – выдохнула Мэри. – Джефф! Это ты?

В трубке щелкнуло еще несколько раз, и ей показалось, что она снова услышала голос, но разобрать ничего было нельзя. А затем окончательно воцарилась тишина.

Больше минуты Мэри тщетно вслушивалась, напряженно ожидая, но тишина ничем не прерывалась. Наконец ей пришлось положить трубку. Постепенно до Мэри стала доходить невозможность происшедшего, и она начала убеждать себя, что никакого звонка не было и после бессонной ночи этот голос ей просто почудился.

Почти против воли Мэри сняла трубку и набрала номер сервисной службы. Через секунду автомат произнес:

– Последний абонент звонил с сотового телефона номер... – Она задумчиво выслушала, после чего нажала кнопку набора телефона этого последнего абонента.

Теперь уже через две секунды другой автомат сообщил:

– Абонент сотовой связи, номер телефона которого вы набрали, либо находится вне пределов досягаемости системы, либо...

Мэри разъединилась и тут же нажала кнопку снова. И опять тот же автомат повторил то же самое. Часы уже показывали восемь, нужно было ехать в город. Мэри сделала последнюю попытку. Ничего.

«Это был не он, – сказала она себе, выходя из дома. – Это невозможно».

Направляясь к метро, Мэри все время мысленно повторяла эти слова, и одновременно в ушах звучал голос сына.

Утром Каролин Рандалл проснулась раньше обычного. Ее первым побуждением было перевернуться на другой бок и продолжать спать. Вчера они пришли в два тридцать. Вечер прошел замечательно. Она познакомилась с тремя кинозвездами, а потом еще со своим любимым модельером, но теперь вот голова раскалывалась с похмелья.

«Да, я действительно выпила лишний бокал или два, но пьяна не была, что бы там Перри ни болтал».

В голове стучали несколько молоточков, но это не мешало Каролин отчетливо слышать слова мужа, которые он произнес, склонившись над постелью: «Скажи, пожалуйста, зачем мне жена, у которой отсутствует чувство меры? Которая пьет как лошадь, причем у всех на виду. Если твое пьянство будет стоить мне должности окружного прокурора, когда Моргентау наконец уйдет в отставку, я не просто разведусь, а сделаю так, чтобы ты осталась без единого цента. Отныне тебе придется либо обходится без спиртного, либо убираться отсюда немедленно». Каролин промолчала. Конечно, пять лет назад Перри разговаривал с ней другим тоном, когда узнал, что такое настоящий секс. В то время он был женат на старой зануде. Правда, она была светской дамой, но это дела не меняло. Нет, убираться отсюда Каролин никуда не собиралась, поэтому без всяких споров завалила мужа в постель и угостила по полной программе. На это у нее был особый дар.

Однако, проснувшись, Каролин снова заснуть не смогла, хотя хотелось очень. Поскольку Перри еще спал, она решила встать. Во-первых, надо было проверить, приготовила ли неумеха горничная завтрак, а во-вторых, подготовиться самой, чтобы встретить мужа во всеоружии. Притвориться, что прекрасно себя чувствует, как всегда притворялась, что получает с ним в постели удовольствие.

Каролин на другой бок не повернулась, а вылезла из постели. Доковыляла до ванной комнаты и открыла в душевой кабине краны. Но прежде чем встать под воду, посмотрела в зеркало, и увиденное ее не обрадовало.

Вокруг глаз обозначились первые намеки на морщинки, и Каролин даже показалось, что на губах начали появляться ужасные маленькие трещинки, хотя она не курила. Надо срочно посоветоваться с женами приятелей Перри. Они знают, к кому из пластических хирургов на Манхэттене следует обратиться.

Через пятнадцать минут, когда Перри начал недовольно посапывать, что означало скорое пробуждение, Каролин направилась на кухню, решив, что, как только услышит кашель мужа – а по утрам это у него было всегда, – тут же принесет чашечку кофе. И тогда, возможно, он забудет о вчерашнем.

Проходя мимо библиотеки, Каролин случайно бросила взгляд на автоответчик. Он мигал, хотя она хорошо помнила: вчера ночью, когда они вернулись домой, никаких сообщений на нем не было. Значит, звонили поздно ночью или рано утром. Ни ей, ни Хедер так рано никто не звонил, и Каролин решила, что это сообщение для Перри, и, очевидно, срочное. Нужно сказать ему прямо сейчас, и тогда он забудет о вчерашней размолвке.

Каролин подошла к автоответчику, нажала кнопку воспроизведения, не заметив, что светодиод мигает в секции Хедер, то есть сообщение оставлено для нее. То, что она услышала, немедленно вытеснило из крови последние остатки алкоголя и прогнало головную боль. Сквозь треск прорвался голос Джеффа Конверса:

– Хедер! Это я...

Затем голос возникал еще несколько раз.

– Это... Дже... Хедер, слуш... сотов телефон... туннели, коллекторы... за мной охотятся... выбраться отсюда...

После долгой паузы наконец прозвучало:

– Я люблю тебя.

Бесстрастный голос автомата объявил, что сообщение получено в 7.18 утра.

Сначала Каролин сомневалась, следует ли говорить Перри. Зачем забивать ему голову всякой ерундой? Ведь Джефф Конверс никак не мог звонить. Он погиб. Она слышала об этом в новостях и даже читала в газете. Возможно, кто-то вздумал над Хедер жестоко пошутить.

Каролин знала, что Хедер расстроится. Но если расстроится она, то Перри тоже, а расстроившись, он снова вспомнит вчерашнее. Так что лучше сказать сейчас, и пусть решает, что делать.

Через пять минут Перри стоял рядом с женой в длинном халате, который она подарила ему на прошлое Рождество, и напряженно слушал сообщение. Услышав имя дочери, он прищурился. Цвет лица супруга ей никогда особо не нравился – не то что загар Джорджа Гамильтона[12], которого Каролин находила по-настоящему сексуальным, – а тут Перри так побледнел, что она даже испугалась. Затем он взял себя в руки. Лицо приобрело обычный вид, но на лбу запульсировала вена. Так было всегда, когда муж злился.

Сейчас Перри Рандалл разозлился даже сильнее, чем Каролин ожидала. Она внутренне сжалась, приготовившись к неминуемому скандалу, но он, дослушав сообщение, не проронил ни слова. Только нажал кнопку повтора и внимательно прослушал все снова. Потом еще раз.

– Ну что? – не выдержала Каролин. – Ты думаешь, это действительно он?

– Конечно, нет! – раздраженно бросил Перри. – Как может Конверс звонить, если он мертв? Просто кому-то пришло в голову так по-идиотски пошутить. Надо выяснить, кто это сделал. А когда я узнаю...

– Но если это не Джефф, какая разница?! – выпалила Каролин в надежде быстро успокоить мужа, пока гнев не обернулся на нее. – Просто сотри запись, и все. Зачем Хедер слушать эти глупости?

– Свари лучше кофе, – сказал Перри, не глядя на жену. – А я сам решу, что с этим делать... и выясню, кто это так мерзко шутит.

Каролин и не думала спорить. Она уже давно усвоила, что Перри всегда прав.

– Думаешь, почему все считают меня хорошим прокурором? – спросил он однажды. – Потому что мне наплевать, виноваты эти мерзавцы или нет. Моя задача – выиграть дело в суде, и это мне почти всегда удается.

– Но если человек действительно невиновен? – возразила Каролин, но, бросив взгляд на мужа, немедленно устыдилась своих слов.

– Невиновных у нас не арестовывают, – произнес Перри Рандалл, поджав губы. – Вопреки расхожему мнению в полиции работают не одни дураки.

На этом разговор тогда закончился.

Сейчас Каролин немедленно вышла из комнаты, оставив мужа сердито разглядывать автоответчик.

Как только закрылась дверь, Перри снял трубку и быстро нажал кнопку номера, записанного в памяти.

– У нас проблема, – проговорил он, дождавшись ответа. – И решить ее нужно сегодня.

Разъединившись, Перри Рандалл стер сообщение, оставленное на автоответчике для дочери.

* * *

После ухода Хедер Кит разобрал постель – днем она складывалась и убиралась в стену – и попытался заснуть, но ничего не получилось. Тогда он поднялся и подошел к окну. На улице было достаточно светло – в этом месте Нью-Йорка темно никогда не бывает, – но движение поредело. Такси шастали по Бродвею туда-сюда, да редкие прохожие, ночные совы, лениво перемещались из бара в бар.

вернуться

12

Американский киноактер, снимавшийся в таких известных у нас фильмах, как «Крестный отец-3», «Любовь с первого укуса», «Однажды преступив закон».

43
{"b":"31105","o":1}