ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A
* * *

Они двигались по шпалам на север. Джефф был почти уверен, что в данный момент они находятся под Бродвеем. Значит, идут в верном направлении.

Наконец далеко впереди он увидел тоненькую, едва заметную полоску света и ускорил шаг, перейдя на спортивную ходьбу, затем на бег, слыша, как сзади стучат подошвами по бетонному полу туннеля остальные. Полоска света становилась ярче. Однако вскоре ее затмил более яркий свет. Вначале это была только точка, но Джефф знал: это поезд, который мчится им навстречу.

Спрятаться было некуда. Здесь не было ни ниш в стенах, ни рабочих площадок. Но до спасительной полоски света оставалось всего несколько десятков ярдов.

– Поспешим! – крикнул он. – Должны успеть! – И побежал что было сил прямо на поезд.

В лицо подул теплый ветер – значит, поезд уже близко.

И вот Джефф уже на месте. Остальные подбежали через несколько секунд.

Дыру в стене туннеля закрывала панель из толстой клееной фанеры. Она была прибита снаружи, но неплотно, поэтому сюда и проникал дневной свет.

Не раздумывая, Джефф оттолкнулся от рельса и ударил плечом в фанеру. Гвозди заскрипели, но выдержали, и он упал на пол в дюйме от смертоносного контактного рельса.

Послышался рев звукового сигнала, затем взвизгнули тормоза. Джефф поднял взгляд и на мгновение замер, пойманный ярким лучом.

– Всем лечь! – приказал отец. – Я буду стрелять.

Джефф и девушки невольно повиновались, а через секунду раздалось несколько выстрелов, потонувших в грохоте приближающегося поезда.

Когда Джефф поднял голову, все изменилось. Фанерную панель раскрошили пули, и теперь в стене зияла дыра, из которой было видно голубое небо. Они быстро по очереди пролезли туда и уже через полминуты, щурясь от яркого солнечного света, вдыхали полной грудью свежий воздух с реки, которая находилась в нескольких кварталах отсюда. Позади промелькнул поезд и исчез. Джефф задумчиво разглядывал огромный котлован.

Здесь все изменилось с того времени, когда он много месяцев назад посетил стройплощадку со студенческой группой. Шесть зданий уже снесли, вырыли котлован, а теперь в нем работали копры, забивая в скальный грунт массивные сваи, куда будет крепиться фундамент небоскреба, строительство которого предполагалось завершить в течение ближайших двух лет. Именно эти бухающие звуки копров они и слышали тогда в туннеле.

Скоро должны начаться бетонные работы, потому что опалубки уже были в основном готовы. А это значит, что всего через пару недель дыру в стене туннеля замуруют навеки.

Но сейчас это уже не важно. Как не важно почти все, потому что Джефф был свободен. От следственной тюрьмы, от прозябания в подземных туннелях, а главное, ему удалось избежать смерти, которая всего несколько часов назад казалась неизбежной.

Джефф вдохнул прохладный воздух, затем притянул к себе Хедер и прошептал на ухо:

– Как ты смотришь на то, чтобы отправиться домой? Только не на метро, ладно? Оно мне ужасно надоело.

Пять лет спустя

Увидев ступеньки, Рандалл Конверс еще сильнее вцепился в отцовскую руку:

– Не хочу туда.

Отойдя немного в сторону, подальше от людского потока, выплывающего из метро на Бродвей, Джефф присел на корточки и посмотрел в глаза сыну. Выражение лица у четырехлетнего малыша было точно такое же, как у дедушки, когда тот уже принял решение и не собирался его менять.

– Чего ты, Ранди? – спросил Джефф, стараясь, чтобы голос звучал твердо. – В метро совсем не страшно.

Нервозность скрыть было трудновато, потому что он сам до сих пор, спускаясь в метро, по-прежнему волновался. На платформе, а потом в вагоне Джефф то и дело посматривал на лица бездомных, которые ошивались на станции или попрошайничали, когда поблизости не было транспортных копов. Когда поезд въезжал в туннель, Джеффу становилось душно. Казалось, что из темноты смотрят лица «пастухов». При въезде на станцию приступ клаустрофобии ослабевал, но возбуждение проходило, только когда он поднимался на поверхность. Они с Хедер решили избавить сына от собственных комплексов, хотя Кит и Мэри возражали.

Это был один из редчайших случаев, когда родители выступали единым фронтом.

– Ты собираешься повезти его в метро? – в ужасе спросила мать.

– Да. А что тут такого? Там каждый день ездят миллионы людей. Нельзя, чтобы он вырос и боялся пользоваться метро. Ребенку надо внушить, что там не опасно.

Джефф отбросил со лба сына прядь волос.

– В метро нечего бояться. Мы просто сядем в поезд, вот и все. Тебе ведь нравится поезд, который привозит нас в город?

Ранди промолчал, но Джефф заметил, что испуг в глазах мальчика сменился любопытством.

– Помнишь, ты хотел увидеть, где я жил до твоего рождения?

Ранди нерешительно кивнул, и Джефф поднял сына на руки.

– Может быть, тебя понести?

– Нет! – запротестовал сын. – Я не маленький!

Джефф опустил Ранди, взял за руку, и они двинулись на станцию. Сразу же где-то глубоко внутри ожила знакомая тревога.

– Видишь, здесь не так уж плохо, – сказал Джефф через несколько минут, усаживая сына на сиденье и садясь сам.

Ранди молча кивнул, но рот раскрыл, только когда поезд въехал в темноту туннеля.

– А если он застрянет? Как мы отсюда выйдем? Нам придется идти?

Джефф поежился. Мысль, что они с сыном могут оказаться в темном туннеле, казалась ему чудовищной.

– Мы не застрянем, – заверил он малыша. – И даже если что-нибудь случится, придут рабочие и быстро починят.

Через пару минут он почувствовал, что Ранди расслабляется. Станции мелькали одна за другой, точно так же, как воспоминания о жутких днях, проведенных в подземелье.

Кошмар, начавшийся с момента, когда Джефф спас жизнь Синтии Аллен на «Сто десятой улице», наконец закончился. Через месяц после освобождения они с Хедер поженились, а еще через девять родился Ранди.

После окончания архитектурного факультета Джефф перевез семью в Бриджхамптон, поскольку им не хотелось растить ребенка в большом городе.

Выйдя на свободу, Джефф внимательно следил за газетными публикациями, но в прессе так и не появилось ни слова правды о том, что в действительности произошло в тот день в подземелье. Только скупые сообщения о смерти нескольких известных людей. Журналистов как будто не удивило, что они умерли почти одновременно. Впрочем, Джеффу и Хедер это было понятно. «Сотый» клуб постарался.

Как оказалось, Перри Рандалла убил неизвестный маньяк. Кэри Аткинсон покончил самоубийством. Причин было много: неудачный брак, долги, какой-то крупный скандал в управлении полиции.

Священник Терренс Магуайр удалился в монастырь в Тоскане.

У судьи Отто Ванденберга случился инсульт, а через день Арч Кранстон стал жертвой инфаркта.

А вот Ив Харрис просто исчезла. В течение нескольких месяцев в средствах массовой информации муссировались разнообразные слухи о ее местопребывании – порой весьма сенсационные, – но потом все как-то само собой затихло.

«Сотый», пополнив ряды, продолжал функционировать, как и жизнь в городе.

Поезд остановился на «Сто десятой улице», Джефф вывел сына на платформу. Направляясь к лестницам, он не удержался и бросил взгляд на проклятое место, где лежала Синди Аллен. Сейчас в дальнем конце платформы ничто не напоминало о том, что случилось почти шесть лет назад. Чистый пол, сияющие белизной кафельные плитки...

Сын потянул за руку:

– Ты чего, папа?

Джефф вздрогнул и улыбнулся:

– Ничего, просто так. Задумался.

На улице тревога сразу же исчезла. Они подошли к светофору.

– Ты говорил, что жил прямо у метро, – сказал Ранди, – а здесь одни магазины.

– Видишь вон там кирпичное здание? – Джефф приподнял сына. – Я жил на третьем этаже.

Ранди внимательно оглядел закопченные стены.

– Наш дом мне нравится больше.

– Мне тоже, – согласился Джефф.

Включился зеленый свет, они перешли улицу, а через пару минут уже стояли на площадке третьего этажа. В дверях квартиры их ждала женщина.

66
{"b":"31105","o":1}