ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Я вздохнула и потерла лоб. Конечно, он прав.

– Хо-ро-шо, – вздохнул он. – Вот тебе мой совет, Четверг. Скажи, что неандерталец – преступник, что он напомнил тебе призрака, – в общем, ври, что угодно. Ведь только упомяни о несанкционированных действиях Хроностражи – и твой жетон отправится служить Скользому вместо пресс-папье. Я напишу тебе положительную характеристику для ТИПА-1. Если повезет и защита попадется хорошая, отделаешься выговором. Ради бога, неужели ты так и не усвоила урока после того неудачного пикника на Ml?

Он встал, потирая ноги. Тело переставало его слушаться. Тазобедренный сустав, вживленный несколько лет назад, снова требовал замены. Безотказен присоединился к нам, предварительно пропустив скопированные страницы «Карденио» через стихоанализатор. И, что было на него непохоже, проявлял внешние признаки возбуждения – едва не подпрыгивал.

– Ну и как? – поинтересовалась я.

– Изумительно! – ответил мой напарник, размахивая печатным отчетом. – Вероятность того, что автор – Уилл, девяносто четыре процента! Даже лучшая подделка давала не больше семидесяти шести! Но стихоанализатор отметил и следы соавторства!

– А чьего, не сказал?

– Семьдесят три процента сходства с Флетчером, а это уже кое-что, хотя у нас и нет исторических свидетельств. Подделать Шекспира – одно, а подделать вещь, написанную в соавторстве, – совсем другое.

Мы все сидели молча. Виктор задумчиво тер лоб, тщательно подбирая слова.

– Ладно, результат на первый взгляд странный и невозможный, но, пожалуй, нам придется признать, что это правда. Наша находка может оказаться величайшим литературным событием в истории. Пока лучше обо всем помалкивать, а я попрошу профессора Спуна взглянуть лично. Нам нужна стопроцентная уверенность. Не хочу опозориться, как с «Бурей».

– Поскольку книга не является государственной собственностью, – заметил Безотказэн, – то копирайт будет принадлежать Скокки-Маусу следующие семьдесят шесть лет.

– Все театры мира захотят поставить пьесу, – добавила я. – А права на экранизацию!

– Вот именно, – сказал Виктор. – Он сидит не только на самом фантастическом литературном открытии за последние три сотни лет, но еще и на бочке чистейшего золота! Вопрос в том, как эта штука столько лет провалялась у него в библиотеке и никто ее не обнаружил? Библиотеку же изучали начиная с тысяча семьсот девятого года. И как ученые ухитрились ее проглядеть? Идеи есть?

– Ретрокража? – предположила я. – А вдруг какой-нибудь оперативник Хроностражи решил вернуться в тысяча шестьсот тринадцатый год и украсть рукопись в порядке скромной прибавки к пенсии?

– ТИПА-12 очень серьезно относится к ретро-кражам, и меня заверяли, что подобные преступления рано или поздно раскрывают, а с виновными всегда поступают по всей строгости закона. Но все же такое возможно. Безотказэн, не позвоните ли в ТИПА-12?

Мой напарник потянулся было к трубке, но тут телефон зазвонил сам.

– Алло?.. Вы говорите – нет? Ладно, спасибо.

Он положил трубку.

– Хроностража говорит, они тут ни при чем.

– Как думаете, сколько она может стоить? – спросила я.

– Сотню миллионов, – ответил Виктор. – Две сотни. Кто знает? Я позвоню Скокки-Маусу и велю ему помалкивать. За одно то, чтобы только ее прочесть, убить могут. И больше никому об этом ни слова, понятно?

Мы кивнули.

– Хорошо. Четверг, управление очень серьезно относится к внутренним расследованиям. Завтра в четыре ТИПА-1 желает поговорить с тобой насчет происшествия на воздушном трамвае. Меня просили временно отстранить тебя от работы, но я их послал. Просто придумай до завтра какое-нибудь оправдание. Вы оба хорошо поработали. Помните: никому ни слова!

Мы поблагодарили его и вышли из кабинета. Безотказэн уставился в стену и через мгновение изрек:

– Меня все же беспокоят эти отгадки из кроссворда. Если бы я не верил, что совпадения всего лишь случайность или заезженный диккенсовский сюжетный ход, то решил бы, что тебя пытается достать какой-то старый враг.

– Причем с чувством юмора, – согласилась я.

– Это, очевидно, исключает «Голиаф» из списка подозреваемых, – задумчиво проговорил Безотказэн. – Куда звонишь?

– В ТИПА-5.

Я нашарила в кармане карточку агента Кроуви и набрала номер. Он ведь сам просил меня звонить в случае «чрезвычайно странных происшествий». Вот я и позвонила.

– Алло? – раздался грубый голос после долгих гудков.

– Четверг Нонетот, ТИПА-27, – представилась я. – У меня информация для агента Кроуви.

Долгая пауза.

– Агент Кроуви переведен.

– Тогда позовите агента Ффарша.

– Оба агента переведены, – отрезал мой собеседник. – Нелепый несчастный случай при укладке линолеума. Похороны в пятницу.

Неожиданная новость. Я не могла придумать никакого разумного ответа и потому пробормотала:

– Мне очень жаль.

– Мне тоже, – бросил грубиян на том конце провода и положил трубку.

– Что случилось? – спросил Безотказэн.

– Оба погибли, – тихо ответила я.

– Аид?

– Линолеум.

Мы немного посидели молча, ошарашенные этой новостью.

– Может, Аид умел манипулировать совпадениями? – спросил Безотказэн.

Я пожала плечами.

– А вдруг, – задумчиво произнес мой напарник, – тут и правда всего-навсего совпадение?

– Возможно, – ответила я, искренне желая в это поверить. – Ой, чуть не забыла. Мир погибнет вечером двенадцатого декабря, в половине девятого.

– Серьезно? – безразличным тоном спросил Прост.

Апокалиптические предсказания нас не удивляли. Миру предсказывали конец чуть ли не каждый год с начала истории человечества.

– И каким образом на сей раз? Чума или гнев Господень?

Сунув руку в карман, я достала выданный мне отцом пакетик и протянула Безотказэну. Тот взял его и принялся внимательно изучать.

Я посмотрела, который час, и собралась уходить.

– Что это такое? – спросил Безотказэн, разглядывая розовое желе.

– Сама не знаю. Не снесешь в лабораторию на анализ?

Мы попрощались, и я двинулась к выходу из конторы, по дороге налетев на Джона Смита, маневрировавшего тачкой, в которой лежала морковка величиной с пылесос. На овоще-переростке красовалась бирка с надписью «вещественное доказательство». Я открыла ему дверь.

– Спасибо, – пропыхтел он.

Я села в машину и выехала с парковки. На пять часов мне назначил прием врач, и я во что бы то ни стало должна была к нему попасть.

Глава 6.

Семейство

Лондэн Парк-Лейн служил вместе со мной в Крыму в семьдесят втором году. Он потерял ногу, подорвавшись на противопехотной мине, и друга – в результате военной ошибки. Другом был мой брат Антон, и Лондэн дал против него показания во время расследования последствий катастрофической «атаки легкой танковой бригады» в тысяча девятьсот семьдесят третьем. В провале операции обвинили моего брата, Лондэна с почестями отправили в отставку, а я получила Крымскую звезду за отвагу. Мы десять лет не разговаривали, а два месяца назад поженились. Забавно жизнь порой оборачивается.

ЧЕТВЕРГ НОНЕТОТ. Воспоминания о Крымской войне

– Милый, я дома!

С кухни послышалось царапанье – это Пиквик неуклюже бросился мне навстречу по скользкому кафелю. Я сама сконструировала его, когда клонированных домашних животных еще продавали без лицензии. Он принадлежал к ранней версии один-два, и этим объяснялось отсутствие крыльев – в первые два года устранять такой недостаток еще не умели. Дронт радостно щелкал клювом и дергал головой, затем сунулся в мусорную корзину, чтобы вытащить мне оттуда какой-нибудь подарок, и в конце концов извлек просроченный рекламный флайер распродажи в магазине «Лорна Дун». Я почесала ему горлышко, он побежал на кухню, остановился и снова задергал головой.

– Приве-ет! – откликнулся Лондэн из своего кабинета. – Хочешь сюрприз?

16
{"b":"31108","o":1}