ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Ноу-хау. 8 навыков, которыми вам необходимо обладать, чтобы добиваться результатов в бизнесе
Вся правда и ложь обо мне
Правила развития мозга вашего ребенка. Что нужно малышу от 0 до 5 лет, чтобы он вырос умным и счастливым
1984
Ждите неожиданного
Интуитивное питание. Как перестать беспокоиться о еде и похудеть
Академия невест
Тобол. Мало избранных
Метро 2035: Приют забытых душ
Содержание  
A
A

Глава 10.

Отсутствие различий

Устранение Лондэна Парк-Лейна явилось лучшей на моей памяти операцией после устранения Вероники Голайтли. Они выдернули из потока времени только его и оставили все прочее как есть. Никакой топорной работы, как с Черчиллем или Виктором Борге[12] – их мы в конечном счете вернули на место. Но вот чего я не понимаю: как они умудрились его изъять и при этом оставить ее воспоминания о нем совершенно нетронутыми? Согласен, не было смысла устранять его, если она не будет помнить, кого потеряла, но данный парадокс занимает меня уже не одну сотню лет. Устранение ведь не точная наука.

ПОЛКОВНИК НОНЕТОТ, кавалер ордена Времени, присуждаемого за выдающуюся отвагу (не существующего). Вверх по течению – вниз по течению (неопубл.)

Я смотрела вслед их машине, пытаясь решить, что мне теперь делать. В первую очередь надо отыскать способ извлечь Джека Дэррмо из «Ворона». Это не просто сложно – это невозможно. Но меня это не остановит. В прошлом мне уже несколько раз удавалось невозможное, и перспектива столкнуться с подобными трудностями пугала меньше, чем прежде. Я думала о Лондэне, о том, каким видела его в последний раз, когда он, хромая, шел к кафе напротив здания ТИПА. Через две недели у него день рождения, и мы хотели полететь на дирижабле в Испанию или еще в какие-нибудь теплые края, отдохнуть. Мы понимали, что после рождения ребенка нам не так-то просто будет выбраться куда-нибудь на выходные…

Ребенок. После всего случившегося даже непонятно, существует ли он. Я прыгнула в машину и рванула в город, спугнув по дороге несколько рывшихся в мусорном контейнере гагар.

Мне срочно требовалось попасть к врачу на Шелли-стрит. Казалось, все магазины, мимо которых я проезжала, забиты колясками или детскими высокими стульчиками, игрушками и товарами для детей, а все маленькие детишки, только-только начавшие ходить, младенцы и беременные мамаши Суиндона стоят вдоль дороги и пялятся на меня. Я затормозила у клиники, пересекла двойную желтую линию, и женщина-автоинспектор плотоядно воззрилась на меня.

– Эй! – рявкнула я, тыча в нее пальцем. – Я жду ребенка. И думать не смей!

Затем бросилась в здание и наткнулась на вчерашнюю медсестру.

– Я была у вас вчера, – выпалила я. – Я была беременна?

Она посмотрела на меня без тени удивления. Похоже, ей и не таких сумасшедших видеть приходилось.

– Конечно, – ответила она. – Подтверждение получите по почте. Вы хорошо себя чувствуете?

Я тяжело опустилась на стул и зарыдала, испытывая просто невыносимое чувство облегчения. Мне удалось сохранить не только воспоминания о Лондэне, но и его ребенка. Я потерла лицо руками. Четверг Нонетот перенесла множество трудностей и даже смотрела в лицо смерти на войне и на службе в полиции, но никогда не переживала такой эмоциональной встряски. Лучше снова встретиться с Аидом, чем еще раз пройти через такое.

– Да-да, – радостно заверила я сестру. – Лучше не бывает!

– Хорошо, – просияла она. – Чем-нибудь еще я могу вам помочь?

– Да, конечно. Скажите, где я живу?

Обшарпанные многоквартирные дома в старом городе мне не понравились, но кто знает, куда меня могло занести без Лондэна. Я быстренько взбежала по лестнице на верхний этаж к шестой квартире. Глубоко вздохнула и отперла дверь. Из кухни послышалось царапанье, и навстречу мне, как всегда, выскочила Пиквик, и, как всегда, с подарком в клюве – на сей раз с обрывком ежемесячника ТИПА-27. Я захлопнула дверь ногой, пощекотала дронтихе горлышко и внимательно осмотрелась. С облегчением убедилась, что, хотя дом мне попался ветхий, окна квартирки выходили на юг, в ней было тепло и вполне уютно. Конечно, я ничего не могла в ней припомнить, но порадовалась, что яйцо Пиквик по-прежнему на месте. Я тихо обошла квартиру, осматривая свое новое жилище. Похоже, без Лондэна я гораздо больше рисовала – все стены были увешаны незаконченными холстами, в том числе несколькими портретами Пиквик и членов моей семьи. Я точно помнила, как писала некоторые из них, другие словно всплыли из пустоты, не оставив по себе никаких воспоминаний. К сожалению, ни одного портрета Лондэна не обнаружилось. Я посмотрела на другие холсты и удивилась, почему на нескольких изображен десантный самолет. Села на диван; Пиквик подошла и ткнулась в меня клювом. Я положила руку ей на голову.

– Ох, Пики, что же нам теперь делать?

Вздохнув, я попыталась научить Пиквик стоять на одной ноге, приманивая ее зефиринкой, но ничего не вышло. Потом заварила чай, приготовила ужин и принялась тщательно обыскивать остальную часть квартиры. Большинство вещей удивления не вызывали. Платьев в шкафу висело больше, чем обычно, а под диваном даже валялись несколько экземпляров «КРОТкой мисс». Холодильник был забит едой, и, похоже, в этом безлондэновском мире я оказалась вегетарианкой. Но попадалось много вещей, которых я, по-моему, никогда не покупала: например настольная лампа в виде ананаса, большая эмалированная рекламная вывеска средств для ухода за ногами доктора Пемз-са. А еще в корзине с бельем обнаружилась пара носков большого размера и мужские трусы на резинке, и это меня уже насторожило. Я порылась еще и нашла в ванной две зубные щетки, обнаружила на крючке большую куртку с эмблемой «Суиндонских молотков» и несколько футболок размера XXL с надписью «ТИПА-14 Суиндон». Я тут же позвонила Безотказэну.

– Привет, Четверг, – сказал он. – Ты слышала? Профессор Спун на сто процентов уверен, что «Карденио» подлинный. Я никогда не видел, чтобы он смеялся!

– Это все хорошо, – рассеянно отозвалась я. – Слушай, мой вопрос может показаться тебе странным, но… у меня есть парень?

– Кто?

– Парень. Ну, сам понимаешь. Мужчина, с которым я регулярно встречаюсь, обедаю, езжу на пикники и… и все такое, понимаешь?

– Четверг, с тобой все в порядке?

Я глубоко вздохнула и потерла шею.

– Нет, – пробормотала я. – Понимаешь, моего мужа сегодня днем устранили. Я отправилась в ТИПА-1 и не успела войти, как стены изменили цвет и Брекекекс нес какую-то чушь, а Скользом не знал, что я замужем – полагаю, уже не замужем, – затем Хоусон не узнала меня, и оказалось, что вместо Биллдэна на кладбище похоронен Лондэн, и «Голиаф» говорит, что вернет его, если я вытащу Джека Дэррмо из «Ворона», и я подумала, что потеряла ребенка Лондэна, но, к счастью, нет, и все было прекрасно, но уже не прекрасно, потому что я нашла лишнюю зубную щетку и мужскую одежду у себя в квартире!

– Тише, тише, – остановил меня Безотказэн. – Не тараторь так и дай мне немного подумать.

Повисла пауза, пока напарник переваривал все, что я на него вывалила. Когда он ответил, в его голосе слышалось беспокойство – и сочувствие. Я знала, что он настоящий друг, но в полной мере смогла оценить его только сейчас.

– Четверг, успокойся и выслушай меня. Во-первых, это должно остаться между нами. Устранения мы никогда не сможем доказать – только проговорись об этом кому-нибудь в ТИПА, и врачи отправят тебя в отставку как полного психа. Нам это ни к чему. Я попытаюсь вернуть тебе все утраченные воспоминания, которые могут оставаться у меня. Как, говоришь, звали твоего мужа?

– Лондэн.

Его подход к делу придал мне сил. Всегда можно положиться на человека, который склонен анализировать проблему, какой бы странной она ни казалась. Безотказэн заставил меня рассказать о событиях этого дня как можно детальнее, и это меня успокоило. Я снова спросила его, нет ли у меня парня.

– Не уверен, – ответил Прост. – Ты довольно замкнутый человек.

– Ну должно же быть хоть что-нибудь? ТИПА-слухи, шепотки в нашем отделе…

– Разговоры ходили, но я не особенно прислушивался, я же твой напарник. А твои романы – предмет тихих догадок. Тебя ведь называют…

Прост замолчал.

27
{"b":"31108","o":1}