ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Кто сказал, что ты не можешь? Ты – можешь!
Русофобия. С предисловием Николая Старикова
GET FEEDBACK. Как негативные отзывы сделают ваш продукт лидером рынка
Стеклянное сердце
Девушка из кофейни
Карильское проклятие. Возмездие
Вещные истины
Зло
Сколько живут донжуаны
Содержание  
A
A

– У вас есть машина?

– Конечно, – ответил Джеймс.

– Вам придется отвезти меня в «ОбПол». Дилли, мне нужен твой костюм.

Корделия взглянула на меня подозрительно.

– Зачем?

– За мной следят. Увидят, что трое ко мне вошли и трое же вышли, и примут меня за тебя.

– Никогда, – возмущенно ответила Корделия. – Разве только ты согласишься на все мои интервью и банкеты с прессой.

– Как только я появлюсь на публике, мне либо «Голиаф», либо ТИПА, а то и оба сразу башку оторвут.

– Может, и так, – медленно проговорила Корделия, – но я не дура упускать такую возможность. Все интервью и все появления на публике по моему первому требованию, причем в течение целого года.

– Двух месяцев, Корделия.

– Полугода.

– Трех месяцев.

– Ладно, – вздохнула она. – Три месяца, но тебе придется вести передачу «Четверг Нонетот: видеокурс выживания в книге» и участвовать в кинопроекте Гарри «Дело Джен».

– Договорились.

Мы с Корделией обменялись одеждой. Мне было очень непривычно в ее просторном розовом свитере, короткой черной юбке и на высоких каблуках.

– Не забудь перуанские «бусы любви», – сказала пиарщица, – и мой пистолет. Бери.

– Простите, мисс Торпеддер, – возмущенно вклинился Джеймс. – Вы обещали, что я смогу задать вопрос мисс Нонетот!

Корделия ткнула в него наманикюренным пальчиком и прищурилась.

– Слушай сюда, парень. Сейчас вы оба ТИПА-сотрудники на задании, и задание это – что-то вроде бонуса. Жалобы есть?

– Н-н-нну, вроде нет, – заикаясь, ответил Джеймс.

Я вывела их из дома, прошмыгнув мимо поджидавших меня агентов «Голиафа» и ТИПА. Копировать походку и жесты Корделии оказалось весьма непросто, но они даже и не взглянули в нашу сторону. Вскоре мы уже сидели во взятом напрокат «студебеккере» молодоженов, и я указывала путь, на ходу переодеваясь в свою одежду.

– Четверг? – спросил Джеймс.

– Да? – ответила я, высматривая Аорниду и встряхивая энтроскоп.

Энтропия вроде держалась на отметке «немного странно».

– А кто отец яйца Пиквик?

Иногда мне задавали странные вопросы. Но он вез меня через весь город и, с моей точки зрения, заслуживал некоторой поблажки.

– Думаю, какой-нибудь дикий дронт из парка. С месяц назад я застала Пиквик в миленьком укромном местечке под эстрадой с огромным дронтом-самцом. Кавалер Пиквик целую неделю влюбленно щелкал клювом у нас под окном, но неизвестно, было между ними что-то или нет. Я ответила на ваш вопрос?

– Думаю, да.

– Отлично. Ладно, остановите здесь. Дальше я пойду пешком.

Они высадили меня у обочины, я поблагодарила их, а потом пустилась бегом по улице. Уже стемнело, зажглись уличные фонари. Не похоже, что миру осталось двадцать шесть минут, но вряд ли о конце света заранее объявят по телевидению.

Глава 32.

Конец привычной жизни

Когда попытка вернуть Лондэна провалилась, предотвращение грядущего Армагеддона перестало казаться таким уж волнующим. Это потом собственный вклад в спасение мира стал поражать мое воображение. Говорят, труднее всего спасать мир впервые, хотя лично мне это всегда представлялось непростым делом, но в тот раз – не знаю. Возможно, потеря Лондэна притупила мои чувства и не позволила поддаться панике. Может, голова у меня была забита другим и это мне помогло.

ЧЕТВЕРГ НОНЕТОТ. Личные дневники

«Объединенное Пользопричинение» располагалось в большом комплексе зданий на летном поле в Страттоне. Конечно, оно строго охранялось, но меня выручали совпадения: когда я вошла на пропускной пункт, всех трех охранников куда-то отозвали и мне удалось просочиться внутрь незамеченной. У меня вдруг почему-то заныла рука, я потерла ее и двинулась по указателям в конструкторский отдел «Майкротеха». Я только-только задумалась, как бы мне попасть в закрытое здание, как за спиной у меня раздался голос. От неожиданности я подскочила.

– Привет, Четверг!

Это был Уилбур, занудный отпрыск Майкрофта.

– Некогда объяснять, Уилл, мне нужно в лабораторию нанотехнологий.

– Зачем? – спросил он, поигрывая ключами.

– Сейчас будет авария.

– Это совершенно невозможно! – фыркнул мой кузен, распахивая двери, за которыми уже вспыхивали красные огни и пронзительно выла сирена. – Господи! – воскликнул он. – Да что же это такое?

– Вызови кого-нибудь.

– Сейчас.

Уилбур схватил телефонную трубку. Как и следовало ожидать, аппарат не работал. Он попытался позвонить по другому, однако все они вышли из строя.

– Я побегу за помощью! – крикнул он, хватаясь за дверную ручку, Но она осталась у него в руке. – Что за…

– Энтропия падает с каждой секундой, Уилл. У вас в каком-нибудь эксперименте используется глазурь «Мечта»?

Он провел меня в кабинет, где в воздухе под действием мощных магнитов висела капелька розового желе.

– Да вот она. Первая в своем роде. Конечно, все пока на стадии эксперимента. У нас кое-какие проблемы с прерыванием процесса: система не слушает команд. Как только эта штука начнет преобразовывать материю в глазурь, она уже не остановится.

Я посмотрела на часы: нам осталось каких-нибудь двенадцать минут.

– А почему установка сейчас не работает?

– Магнитное поле обездвиживает наномеханизм, а охлаждающей системе задана температура на десять градусов ниже активационной. Что за черт?

Свет замерцал.

– Неполадки в энергосистеме.

– Ничего, Четверг, тут три запасных генератора, они же не могут выйти из строя одновременно, это было бы невероятным…

– …совпадением. Да. Я знаю. Но они выйдут из строя. Произойдет самое большое, самое грандиозное – и самое последнее – совпадение.

– Четверг, это невозможно!

– Сейчас все возможно. Мы находимся в самом эпицентре изолированного высокосовпадательного локального энтропийного всплеска.

– В чем, в чем?

– Мы в псевдонаучном технотрепе.

– А-а, – протянул Уилбур, немало повидавший в «Майкротехе». – В одном из этих.

– Что случится, если все резервные системы выйдут из строя, Уилбур?

– Наномеханизм вышвырнет в атмосферу, – мрачно ответил Уилбур. – Он запрограммирован на выработку смеси для пудинга с земляничным запахом и будет работать, пока у него не кончится органический материал для переработки. Ты, я, вот этот стол, а когда утром кто-нибудь придет за нами, прибор продолжит работу снаружи.

– И как быстро это произойдет?

– Ну, – задумчиво сказал Уилбур, – устройство начнет самовоспроизводиться, дабы как можно скорее выполнить свою программу, так что чем больше органики она будет сжирать, тем быстрее пойдет процесс. Всю планету? Думаю, за неделю.

– И ничто ее не остановит?

– Не знаю, – печально ответил он. – Лучший способ остановить ее сейчас – не дать ей начать, таково минимальное условие предотвращения техногенной катастрофы, честное слово.

– Аорнида! – завопила я во всю мощь легких. – Где ты, черт возьми?

Ответа не последовало.

– Аорнида!

И она ответила. Правда, из такого неожиданного места, что я вскрикнула от страха. Она заговорила со мной из моих собственных воспоминаний, словно у меня в сознании рухнул какой-то барьер. Тот день на платформе воздушного трамвая. То мгновение, когда я впервые взглянула на Аорниду. Я принимала ее всего лишь за мимолетный образ, но ошибалась. Мы проговорили несколько минут, пока я ждала вагончик. Я перемотала ленту памяти назад и прочитала ожившие воспоминания. У меня взмокли ладони. Оказывается, я давным-давно знала ответ.

– Привет, Четверг, – сказала молодая женщина на скамеечке, припудривая носик.

Я подошла.

– Вы знаете, как меня зовут?

– И даже больше. Меня зовут Аорнида Аид. Ты убила моего брата.

Мне удалось не выказать удивления.

78
{"b":"31108","o":1}