ЛитМир - Электронная Библиотека

Глава 16

Анна стояла на крепостной стене Данблейна, всматриваясь в сумеречную даль. С высоты укреплений можно было разглядеть темневшую на горизонте громаду океана. С другой стороны к замку подступали торфяные болота, тянувшиеся до самого леса на севере владений.

Она зябко куталась в теплый плащ. День был теплым и солнечным, но к вечеру поднялся холодный ветер и погода испортилась.

«И где только их носит целый день?» – подумала она уже в который раз.

Манро с Тором покинули замок еще на рассвете, и с тех пор от них не было ни слуху ни духу. А вдруг их захватили врасплох те самые мерзавцы, что устроили резню на конюшне? А вдруг кто-то из них заболел или тяжело ранен?

Анна крутилась весь день как заведенная, не давая себе возможности задуматься над тем, что совершила прошлой ночью. Правда, она все же улучила минуту, чтобы тайком сбегать в часовню и покаяться в своих грехах перед пустым алтарем – ведь там не было священника, который мог бы принять ее исповедь. Это немного успокоило ее, но ненадолго.

В голове свербила одна и та же мысль: как могло случиться, что она отдалась мужчине, с которым не связана брачными узами? Она все время играла с огнем, искренне веря в то, что всего лишь хочет немного погреться возле него. Разве могла она предвидеть ту легкость, с которой можно перешагнуть запретную грань? Разве могла она предвидеть, что ею овладеет такая страсть, которая заставит ее позабыть обо всем на свете?

Боже! Какой она была глупой и наивной! А ведь Элен предупреждала ее!

А что, если она или Манро узнают об этом? Тогда Манро немедленно отошлет ее обратно к отцу… И что он сделает с Тором? Выгонит вон из замка? Или лишит наследства? А что сделает ее отец? Прикажет убить Тора? Нет, вряд ли. Вряд ли тот, кто даже ни разу не взглянул на свою родную дочь, потребует голову человека, лишившего ее девственности.

Во всем была виновата она, и только она. Не Тор. Он всего лишь мужчина. Какой мужчина откажется от близости с женщиной, которая к тому же сама хочет этой близости? Конечно же, виновата только она!

Анна раздраженно откинула с лица упрямую прядь волос. Она чувствовала себя виноватой не только в том, что совершила смертельный грех, но и в том, что сделала это с таким наслаждением. Разве так положено вести себя добропорядочной христианке? Ведь она сама по собственной воле ласкала его даже там. И ей это нравилось! Нравилось держать его в руках!

Анна невольно застонала. В свое время дед с бабкой нисколько не сомневались в том, что ей уготовано гореть в аду – заодно со своей недостойной матерью. Возможно, они были правы.

Краем глаза она заметила какое-то движение на краю пустоши и стала более пристально всматриваться в сумеречную даль. Так и есть: отряд верховых и с ними Тор. Его трудно было спутать с кем-либо, он возвышался над остальными воинами на целую голову, а копну светлых волос было заметно даже отсюда.

Анна до крови закусила губу. Пожалуй, лучше всего сослаться на ужасную усталость и сию же минуту отправиться в постель. Она боялась, что присутствие Тора заставит ее совершить какой-нибудь неосмотрительный поступок, и это окончательно выдаст ее. Элен все время так пристально вглядывается в нее, особенно когда поблизости находится Тор. А вдруг она сумеет прочесть по глазам Анны, что она близка с Тором, близка настолько, насколько могут быть близки мужчина и женщина…

Но что же тогда ей делать со своими чувствами к Тору?

Безжалостно задушить в самом зародыше. А то, что останется, спрятать на самом дне души.

От этих мыслей Анне стало очень горько, и она беззвучно заплакала.

Анна спустилась в главный зал Данблейна. Гости, остававшиеся в замке, сидели за столами, Анна подавала им еду и питье, отвечала на вопросы и шутки, стараясь при этом вести себя непринужденно. Тор сидел в компании мужчин, ужинавшей возле очага. Анна старалась держаться от него подальше и потому приказала одной из кухарок обслуживать этот стол.

Завтра, когда она все спокойно обдумает, можно будет с ним поговорить.

Весь вечер Анне удавалось избегать встречи с Тором. Ужин уже близился к концу, когда она, взяв два пустых подноса из-под хлеба, отправилась по длинному коридору на кухню. Возле самых дверей ее окликнул низкий голос Тора:

– Анна!

Она вздрогнула, но сделала вид, что ничего не слышит. Из-под дверей пробивался тонкий лучик света. В кухне полно людей, и Тор не отважится войти туда.

– Анна, погоди! – снова услышала она его голос. – Пожалуйста!

Анна застыла на месте, не смея оглянуться. Ее нервы напряглись до предела, сердце бешено колотилось. Если она так волнуется от одного его голоса, то что же будет, если он дотронется до нее? А как же насчет ее твердого решения положить конец их связи?

Тяжелая теплая ладонь легла Анне на плечо.

Она так прижала к груди подносы, словно это были доспехи, защищавшие ее в неравной схватке. Впрочем, трудно было сказать, от кого ей требовалась защита – от Тора или от себя самой…

– Анна… – еще раз произнес ее имя Тор.

Анна медленно повернулась и подняла на него глаза, чувствуя, что вот-вот не выдержит и зарыдает в голос. Ей хотелось обнять его и целовать без конца. Ей хотелось слушать его признания в любви. Ей хотелось самой признаться в своих чувствах. Но нет, ничего этого она не допустит!

– Прости меня, – сдавленно прошептал Тор. – Я сам не знаю, что на меня нашло. Ты должна мне верить! Я ни о чем таком не думал, когда…

Она резко встряхнула головой и прервала его:

– У нас говорят так: коли молоко пролито, его не соберешь обратно в кувшин! Но мы могли бы вытереть все до капли, пока никто не заметил.

– Это никогда не повторится.

– Никто ничего не узнает, если мы сами себя не выдадим.

Они говорили одновременно, почти не слушая один другого, но вдруг замолчали и, замерев, уставились друг на друга. В этот момент и он, и она почувствовали одно и то же: они желали друг друга – здесь и сейчас.

– Это не должно повториться! – торопливо произнесла Анна – скорее для себя, чем для Тора. Она почувствовала, как сердце уходит в пятки.

– Я заеду за братьями, и мы отправимся на север.

– Нет! – Анна с неожиданной силой схватила Тора за руку, словно боялась, что он сейчас же исчезнет. – Об этом и речи быть не может! Неужели тебе не жалко Манро? Это же разобьет ему сердце!

– Я предал собственного отца, – процедил Тор угрюмо.

– Это была наша ошибка… И об этом никто не должен знать… Ты не имеешь права отказываться от своего отца… и от возможности остаться здесь! – возбужденно проговорила Анна.

– А кто сказал, что я хочу здесь остаться? – так же взволнованно спросил Тор.

Анна смотрела на него и не могла насмотреться. Просто поразительно, как она успела сблизиться с этим человеком за такой короткий срок и так хорошо его узнать. Ее мать наверняка назвала бы это родством душ.

– Ты, должно быть, совсем рехнулся, если думаешь, что Финн и Олаф захотят вернуться вместе с тобой. Им слишком нравится здешняя жизнь. Она понравилась и тебе, и если ты правильно разыграешь карты и будешь оставаться тем, кто ты есть, твой отец обязательно сделает тебя членом клана и полноправным наследником!

Тор резко отвернулся. Он изо всех сил прижимал руки к бокам, как будто это был единственный способ удержаться и не схватить Анну в охапку. Она тоже застыла, из последних сил борясь с желанием кинуться к нему на грудь.

– Никто ничего не узнает, – вновь повторила Анна. – Я выйду замуж за человека, которого пришлет мой отец, и никто ничего не узнает. – Она горько усмехнулась и добавила: – Или ты со мной не согласен?

И снова она почувствовала во всем теле жаркую истому, разбуженную чарующим взглядом его голубых глаз.

– Я… – Тор осекся, как будто передумал сказать то, что хотел, а потом добавил: – Ну ладно. Если ты сама этого хочешь. Если это твое решение.

Анна хотела совершенно иного, но… Она торопливо пожала ему руку, не осмеливаясь на большее.

39
{"b":"31125","o":1}