ЛитМир - Электронная Библиотека

Мне захотелось задать ему вопрос: за кого же, черт побери, он себя почитает? Но как я могла оспаривать его представление о моей сестре, которую не видела уже много лет? Без страсти... Но, значит, возможно, и без страха...

– Неудивительно, что она круглее, – сказала я, вставая и давая понять, что интервью окончено, – ведь она на восьмом месяце беременности. Это ее первый ребенок, мальчик. У вас ведь нет сыновей, мистер Мистри, не так ли? Только одна дочь, насколько мне известно... в Америке?

– Когда вы встретитесь с Мирандой, – крикнул мне вдогонку Калеб, когда я несвойственной мне напряженной походкой шла в сторону выхода из студии, – спросите у нее, пошел ли ее сынок в папочку? А как вы сами думаете, этот ген передается по наследству, подобно умению получать истинное наслаждение от музыки?

Мой голос прозвучал резче, чем я рассчитывала:

– Какой ген?

– Подобно умению получать истинное наслаждение от музыки, – повторил он, и я поняла, что ему понравилась моя реакция, – получать такое же наслаждение от убийства. Вам следует более внимательно пересмотреть фильмы мистера Шармы, мадам. И не забудьте, его назвали в честь писателя, прославившегося своими гениальными мистификациями. С этими словами он резко развернул свое вращающееся кресло в сторону съемочной площадки и заорал:

– СВЕТ!

Холодный вольфрамовый свет озарил другой ее участок.

– СНЕГ!

Незримая для камеры рука развязала и опрокинула на площадку муслиновый тюк разноцветного конфетти.

– Кому пришло в голову положить туда цветную бумагу?! – загремел из темноты разгневанный голос Мистри. – Я же говорил вам: белый, белый, БЕЛЫЙ!

Последнее, что я увидела, покидая студию, – слабое флуоресцентное свечение букв на спинке его кресла: РЕЖИССЕР. Чтобы все знали, кто здесь хозяин, даже тогда, когда свет совсем погаснет.

11

Мой уход со студии был несколько неуклюжим, как это частенько случается с уходами. Поблизости не оказалось ни моего автомобиля, ни дружелюбного охранника, а за пределами небольшой полосы электрического света, сочившегося со съемочных площадок «Ледяного дома», начиналась темнота. Свет! Мне показалось, что я почти слышу голос Мистри и глухой звук падающего противопожарного занавеса.

В это мгновение Главный Небесный Режиссер запустил дождь, и крупные его капли, теплые, как слезы, долетели и до меня. Две минуты я провела у входа, подсчитывая попадавшие в меня капли дождя и надеясь на то, что наконец появится мое такси.

– Последствия муссона, Бомбей, четвертое июня... – бормотала я в микрофон. Затем добавила: – Или, может быть, просто дождь. – Когда начинается одно и кончается другое? Даже Неру жаловался, что никто не может ему этого сказать. Муссонные дожди в Бомбее, говорил Неру, могут начинаться с помпой и громыханием гроз, опрокидывая на город свои щедрые дары, а могут входить в него, крадучись, незаметно, как ночной вор.

И когда стало ясно, что мне не суждено дождаться рыцаря с зонтиком, я подняла над головой рюкзак и попыталась пробежать те четыреста метров, что отделяли меня от ворот студии, хотя это оказалось не таким уж простым делом.

Проезд на студию уже успел превратиться в поток жидкой грязи, возвращавший его к исходному состоянию прибрежной полосы, заливаемой во время прилива. Было уже настолько темно, что приходилось нащупывать дорогу сквозь слой скользкой грязи до щиколоток, сначала осторожно продвигая вперед одну ногу, а затем другую, вспоминая при этом о том, как любили кобры плавать по нашему саду, затопленному первым муссонным ливнем.

Когда я находилась где-то на полпути между «Ледяным домом» и воротами, рев дождя немного поутих. Я оглянулась, услышав звук шагов за спиной, и увидела мужчину, у которого волосы прилипли к голове от свежей ярко-красной крови, стекавшей вниз по лицу и собиравшейся в виде маленькой лужицы на щеке. Рубашка превратилась в некое подобие фартука мясника. Я закричала от ужаса, а он поднес руку к голове, сказав:

– Не бойтесь, это не настоящая кровь. – Мужчина вытер руку о грязные джинсы. В другой он держал зонт. – Мистер Калеб послал меня. – Он раскрыл зонтик у меня над головой, воспользовавшись близостью, чтобы повнимательнее меня рассмотреть. – Вы говорите о Сами с Чоупатти? Я друг, Роби. Я вижу вас на пляже.

– А вы... звезда в... этой разновидности киноискусства?

Из-под его бутафорской крови и синяков, наложенных с помощью грима, проглядывали тонко очерченные черты настоящего киногероя.

– О нет! – Я почувствовала, что мое предположение его шокировало. – Звездой у нас может быть только крупный мужчина, тем более героем. А я всего лишь мелкий негодяй. Недостаточно крепок и здоров для истинного героя. До того как мистер Калеб дал мне эту работу, я работал на пляже Чоупатти. А Сами много раз приходил со мной на бхел пури. Меня зовут Роби.

– Мне очень жаль вашего друга.

Мы уже почти дошли до ворот.

– Пожалуйста, мисс, – сказал он тихо, – будьте осторожны. Не ходите поздно вечером по пляжу Чоупатти. И не беседуйте с разными людьми о Сами.

– Это шутка Мистри? – спросила я. Эпизод сильно отдавал его сценарным стилем – грубая проза жизни с витиеватыми намеками на пикантные непристойности. – Передайте ему, чтобы он шел подальше со своими предостережениями. Передайте ему также, что готическая мелодрама никогда не принадлежала к числу моих любимых жанров. Она слишком похожа на реальность.

Я вынырнула из-под зонтика и пробежала последние несколько метров под дождем. За спиной у меня раздавался взывающий голос Роби:

– Мисс! Мисс!

Запрыгнув к проезжавшему мимо велорикше, я сказала:

– Отель «Риц», пожалуйста.

Рикша обернулся.

– Через Ворота Индии? – переспросил он. – С Башнями Молчания, где парсы оставляют тела своих мертвецов, чтобы их пожирали стервятники? Без дополнительной оплаты.

– На этом?! – прорычала я. – Вы с ума сошли?

– Я всего лишь выполняю свою работу, мадам. И незачем кричать.

Рикша вывез меня из тихих боковых улочек на одну из центральных городских магистралей, запруженную автомобилями. Когда же мы доехали до Хутатма-Чоук, бомбейского Пиккадилли, он прокричал мне:

– В прежние времена «Флора», в прежние времена фонтан «Фрер». – С этими словами он обогнул очередную автомобильную пробку, проехал мимо статуи, у подножия которой сидел человек, окруженный плакатами, предлагавшими аюрведические способы лечения «ревматизма, выпадения волос, грибковых болезней, свищей и половой слабости».

Затем нашу шаткую повозку, подобно вирусу в потоке крови, вынесло на шумный проспект. Бесчисленные машины, оглушительно сигналящие со всех сторон. Каким-то чудом нам удалось увернуться от расписного афганского грузовика. Парень на скутере с семейством из трех человек, сжавшимся на переднем сиденье, пронесся наперерез переполненному автобусу.

Я зажмурилась и не открывала глаз до тех пор, пока мы не въехали на одну из менее оживленных артерий города. И тут дождь закончился так же внезапно, как и начался. От асфальта поднимался пар, похожий на сухой лед, который я видела на студии. Дважды крикнула какая-то птица. Этот кадр понравился бы Калебу Мистри.

– Слышите? – спросил рикша.

Птица снова закричала. Странный крик, словно состоящий из двух слов: «Паос ала! Паос ала!»

– Это птица безумия, – пояснил рикша. – «Паос ала» на нашем языке, на языке маратхи, означает «Будет дождь! Будет дождь!».

Индусы назовут это дхармой, предчувствием своей судьбы, принадлежностью некоему пути, и для них все сразу станет ясно. Едва уловимый узор подкладки бытия, несводимый к уравнениям и графикам, к тому, во что вот уже несколько десятилетий математики и метеорологи пытаются вогнать индийские муссоны. Но пока безуспешно.

Раньше я воспринимала Бога как Великого Математика. Вы подходите к райским вратам, и, прежде чем вас туда пропустят, парнишка с нимбом из белокурых волос задаст вам три вопроса по теории относительности. Вы думаете: «Ах, черт, мне следовало бы внимательнее слушать этих занудных учителей математики и больше времени проводить за калькулятором». Но уже слишком поздно.

17
{"b":"31126","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Повелитель мух
Натуральный сыр, творог, йогурт, сметана, сливки. Готовим дома
Администратор Instagram. Руководство по заработку
Астрологический суд
Пятьдесят оттенков свободы
Ритуальное цареубийство – правда или вымысел?
Управляй гормонами счастья. Как избавиться от негативных эмоций за шесть недель
Благодарный позвоночник. Как навсегда избавить его от боли. Домашняя кинезиология
Сестра