ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
ЖЖизнь без трусов. Мастерство соблазнения. Жесть как она есть
Ореховый Будда
Шантарам
Американская леди
Почти касаясь
Не навреди. Истории о жизни, смерти и нейрохирургии
Рубикон
Моей любви хватит на двоих
Деньги и власть. Как Goldman Sachs захватил власть в финансовом мире

– И что отсюда следует? – спросил нетерпеливо Миддлтон.

– То, что это не может быть автоматика. Они должны были иметь уверенность в том, что голограмма появится только тогда, когда в этом возникнет необходимость, и только в соответствующем месте.

– Спасибо, Петер! – подскочил Хальворссон. – Ведь вы тем самым поддерживаете мою теорию! Я был вынужден умерить его пыл.

– Вовсе нет. Я могу еще себе представить, что в нем солнечные батареи. Очевидно, так оно и есть… хотя…

– Хотя?

– Может быть и другой, вечный источник энергии.

– Какой же?

– Это уже не наша компетенция. Лучше я продолжу. Так вот, они разработали такой способ, согласно которому скарабей сработает только в присутствии того, кому эта информация предназначена.

– Например, – вам? – с некоторой иронией спросил Осима.

– Ничего подобного, – покачал я головой. – Очевидно, информация, или как это назвать, должна была обнаружиться лишь в том случае и тогда, когда Иму уже возродится.

– Возродится?

– То есть… когда появится колос.

– Вы считаете, что это послание обращено к нему?

– Я уверен в этом. Именно потому скарабей был спрятан на мумии Иму. Очевидно, они рассчитывали, что те, кто найдет склеп, сначала выполнят инструкцию, и только потом отдадут скарабея в его руки.

– А он?

– Не знаю. Вероятно, он будет знать, что с ним нужно делать…

– Откуда, черт возьми?

– Может быть, у него в генах какая-то программа. Некое подобие послания.

Хальворссон покачал головой.

– Руку даю на отсечение, если в вашей идее мистики не больше, чем в моей!..

Йеттмар повернул ко мне хмурое лицо.

– Я верю вам. Странно, однако, верю. Что-то подсказывает мне, что мы напали на верный след. Но остается пара вещей, которых я не понимаю…

– Что же?

– Если все так, как вы говорите, тогда почему Иму появился перед нами, иными словами, почему скарабей выдал информацию? Ведь мы же ничего с ним не делали…

– И я не понимаю, – ответил я искренне. – Может быть, какой-то технический дефект.

– Технический дефект?

– По-видимому, автоматика должна срабатывать на какое-то внешнее воздействие. Скажем, если сын Иму возьмет жука в руки и они излучают волны, присущие только ему и никакому другому живому существу… Понимаете?

– Тогда опять же: как он заработал вчера?

– Что-то могло оказать на него аналогичное действие. Если бы мы смогли на это ответить, то тем самым в целом подтвердили бы мою теорию.

Йеттмар угрюмо смотрел прямо перед собой.

– Давайте попробуем вспомнить, что случилось вчера…

– Была гроза, – сказала Селия. Все подняли голову.

– Может быть, магнитная буря.

– И молния сверкала.

– Может быть, от электрической энергии? Осима неожиданно встал и замер, глядя в окно.

– Голубой свет! – пробормотал он вполголоса, потом посмотрел на меня и повторил: – Голубой свет!

– Ну и что?

– Не помните? В окно падал голубой свет…

– Он шел от скарабея, – сказал я. Тот потряс головой.

– Снаружи он шел. Он мог только отражаться от жука. Он точно шел снаружи! Я видел!

– Что это могло быть за диво? – посмотрела на меня Розалинда. – Удар молнии? Осима снова потряс головой.

– Нет… Что-то другое… Подождите-ка! – и с этими словами он побежал к двери, открыл ее и скрылся в коридоре.

– Что на него нашло? – спросила Селия, но не получила ответа.

Миддлтон задумчиво поднял указательный палец.

– Я, пожалуй, согласен с вами, Петер. Теперь, когда я вспоминаю передачу, у меня такое ощущение, словно мы ее видели не с начала. Словно мы подключились к проекции где-то с середины.

– Вы полагаете?

– Может быть, автоматику включило и названное вами воздействие, но насильственно и не так, как это должно было быть при нормальных условиях.

– Нормальные условия! – прыснула Селия, Мы еще поговорили о том о сем, но так ни к чему и не пришли. Осима все еще не возвращался, а без него мне не хотелось приступать к обсуждению самого важного.

Спустя минут пятнадцать-двадцать он влетел через дверь также поспешно, как и умчался, Всклокоченные волосы свисали ему на лоб, узкие глаза блестели, как в лихорадке.

– Ну, что я говорил? – крикнул он нам. – Послушайте-ка его! – с этими словами он кивнул на дверь, в которую в это мгновение входил высокий мужчина в оранжевом комбинезоне с натянутой извиняющейся улыбкой на губах.

Осима схватил его за руку и подтащил к столу. Мужчина поправил сползавшую с плеча сумку с инструментами и вопросительно посмотрел на меня,

– Ну? – с торжествующим видом спросил Осима.

Селия склонила голову и хихикнула. Хальворссон спрятал лицо в бороду. Даже всегда спокойный Миддлтон ошарашенно переводил взгляд с мужчины на Осиму и обратно.

– Вы кто? – осторожно спросил я, пытаясь обнаружить в лице мужчины черты Иму. Откровенно говоря, с минимальным успехом.

– Кадикс, – ответил он.

– Точно. Мистер Кадикс, – сказал тогда Осима и похлопал его по плечу. – Мистер Кадикс работает у нас в мастерской. Расскажите-ка, Кадикс, джентльменам, что случилось вчера, когда на нас обрушилась гроза. Точно так, как рассказали мне.

– И то самое?

– И это тоже.

– Ну… мистер Джекобе как раз хотел отпустить нас домой, – начал мужчина, – когда там, на юге, начался страшный грохот. Со стороны Санта-Люсии. Гроза приходит чаще всего оттуда, где-то в восьми случаях из десяти. Я уже успел помыться, когда мистер Джекобе сказал, что нужно остаться, потому что в лаборатории еще человек десять-пятнадцать, а у врачей какая-то большая операция.

– Большая операция?

– Так сказал мистер Джекобе. Кажется, оперировали бегемота.

– Бегемота? – переспросил опешивший Хальворссон.

– Бегемота из зоопарка. Вроде он сожрал что-то.

Поэтому нам пришлось остаться. Из-за работы в операционной, Вдруг будет какой-то непорядок со снабжением током,

– У нас есть и свой источник тока, – заметила Селия.

– Конечно, – сказал мужчина. – Только его хватит ненадолго. Им можно пользоваться часа три. Поэтому лучше, чтобы кто-то присматривал за сетью.

Я постепенно начал понимать, почему Осима притащил сюда Кадикса.

– И вы присматривали? – спросил я с жадным любопытством,

– Ну, как могли, – сказал мужчина озабоченно. – Не всегда бывает удачно.

– А вчера?

– Короткого замыкания не было, – сказал Кадикс.

– Не уверен, – позволил я себе замечание.

– А могло бы и быть. Молния ударила прямо в контактные провода электрокаров) Я вам говорю, сам господь бог хранил этого бегемота. И, понятно, мы… Если бы я не опустил рубильник в тот момент, когда стрелку вольтметра зашкалило, все бы поплавилось.

Честно говоря, я не очень в этом разбирался и не старался проникнуть в профессиональные тайны мистера Кадикса. Я удовлетворился тем, что молния ударила в контактные провода электрокаров, и если бы мистер Кадикс не был так ловок в обращении с каким-то рубильником, то прекратилась бы подача тока, то есть нам пришлось бы переключиться на собственный, более слабый источник электроэнергии.

Я задумчиво разглядывал довольное лицо Кадикса, Какое все это имеет отношение к скарабею?

– Куда ударила молния? – спросил неожиданно Йеттмар.

Кадикс показал за окно.

– Вот сюда! Как раз под вашим окном. Так что не только бегемоту, но и вам, уж прошу прощения, повезло обалденно. Если бы она прыгнула чуть дальше, то… Даже я испугался, а я ведь старый электрик.

– И вы были тут поблизости?

– Ну, не совсем, метрах в трехстах отсюда, но я еще ни разу не видел такого света при ударе молнии…

Тут мы все уставились на него. Осима упивался своим триумфом.

– Какой свет? – спросил я осторожно.

– Сначала он был белый, потом голубой, затем снова белый. Сначала я даже не понял, что это такое.

– То есть как сначала?

– Ну… когда молния ударила, я решил, что она попала в какую-то лабораторию и взорвала реактивы. Что еще можно было подумать? Ведь я не видел контактных проводов электрокаров.

65
{"b":"31127","o":1}