ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

IV

Беатриче не знала, сколько времени прошло после случившегося с ней в предоперационной. Неделя? Быть может, две? Или целый год?

Она, всегда сохранявшая холодную голову и не терявшая рассудок даже тогда, когда больница была переполнена пациентами с тяжелыми увечьями и буянящими алкоголиками, здесь пребывала в состоянии летаргического сна. Беатриче вспомнила, что когда несколько месяцев назад преступники обчистили ее новую квартиру, отвинтив даже вентили на кранах, ей хватило сил не сдаться и не впасть в депрессию. Испытав первый страх, она, конечно, шумела, стенала, плакала, но потом вызвала полицию, экспертов из страхового агентства, и, когда они написали заключение, что из-за отсутствия вентилей на водопроводных кранах квартира непригодна для проживания, засучила рукава и стала вновь приводить ее в порядок.

Никогда раньше Беатриче не пребывала в таком состоянии безнадежности, как теперь. День и ночь сменяли друг друга, но она не придавала этому значения. Беатриче ни разу не задалась вопросом, кто были женщины, окружающие ее, откуда они родом, что за злая судьба привела их сюда. Один или два раза она попыталась заговорить с ними, но они сторонились ее, будто боялись заразиться какой-то болезнью. В конце концов она просто смирилась с их существованием.

Совершенно так же Беатриче воспринимала худенькую девочку, которая мыла ее и обряжала в красивые восточные платья, от которых в той, другой жизни она могла бы прийти в восторг. Но та жизнь была где-то очень далеко, о ней остались лишь обрывочные воспоминания. Механически она черпала ложкой еду, которую ей подавали, не ощущая ее вкуса.

Лишь иногда, когда кушанья были приправлены слишком большим количеством перца, у нее наворачивались на глаза слезы. Но и это не беспокоило и не волновало ее. Где-то в глубине души Беатриче ненавидела себя за эту летаргию.

Голос, напоминавший ей о молодой, активной женщине-хирурге, неистово призывал хоть к какому-нибудь действию. Но у нее не было сил подчиниться ему.

И только раз, всего один-единственный раз, в длинной веренице дней безутешность на мгновение покинула ее. Это случилось тогда, когда мужчина, который осматривал ее, признался, что он врач. Мысль о том, что она встретила коллегу и может поговорить с ним, мобилизовала силы, в которые она уже не верила. В ней вдруг проснулось желание как можно скорее выпутаться из этой сумасшедшей ситуации. Однако когда он достал свои странные инструменты, о применении которых она даже не имела понятия, Беатриче испытала разочарование и силы вновь покинули ее. Нечто подобное она видела в Великобритании в медико-исторической коллекции одного музея, который посетила во время отпуска. Естественно, никакой серьезный врач не будет работать с инструментами, олицетворяющими собой достижения медицинской науки сотни лет тому назад и являющими в XXI веке плод воспаленного ума.

Пропасть, в которую Беатриче провалилась после этого события, оказалась столь глубока, что у нее не было сил выбраться из нее. Она попробовала встать, но ее шаркающие шаги по гладкому холодному полу напугали ее, – это были шаги девяностолетнего человека. Ей вдруг стало ясно, что она находится в состоянии глубокой депрессии, а окружение, в котором она пребывает, возможно, всего лишь плод ее больного воображения, на самом же деле она в психиатрической лечебнице.

Еще Беатриче подумала о том, как скоро она сможет вернуться к нормальной жизни. В наше время с пониманием относятся к пациентам, пережившим депрессию, ведь эти люди прошли через ад.

Беатриче лежала на кровати и смотрела в потолок. Она ни о чем не думала и ничего не чувствовала, лишь рассматривала линии орнамента, которыми был вышит балдахин над ее кроватью.

Неожиданно она почувствовала ноющую боль в спине. Быть может, она слишком долго лежала в одной позе и ее тело требовало движения? Беатриче с трудом встала, задев при этом поднос с завтраком, что стоял на низком столике с правой стороны. Но она даже не обратила на это внимания.

Шаркающим шагом дошла до двери и остановилась. В коридоре царило явное оживление. Беатриче с удивлением наблюдала за женщинами, которые бегали, как вспугнутые куры.

Пожар! Конечно же, пожар! – забил тревогу ее внутренний голос. Спасайся, пока не поздно!

Но она не могла даже пошевелиться, как вкопанная стоя посреди этого хаоса. Ее толкали и оттесняли в сторону до тех пор, пока на нее не натолкнулась одна старая женщина. Беззубая, с лицом, изборожденным сотнями морщин, она кричала и ругалась, а по ее щекам катились слезы. Глаза старухи покраснели и опухли, будто она плакала несколько часов подряд. Обрушив на Беатриче шквал арабских слов, она быстро поспешила прочь, громко причитая и стеная.

«Быть может, кто-то умер?» – подумала Беатриче и слегка дотронулась до своих ребер, которым досталось от столкновения с костлявой бабкой. А возможно, это обычные будни психиатрической лечебницы? И женщины, носящиеся по коридору, всего-навсего подруги по несчастью, такие же, как она, пациентки?

Беатриче покачала головой и пошла дальше. Ее без конца задевали, но ругались лишь изредка. Казалось, все вокруг были заняты другими проблемами и совсем не замечали ее. Наконец она дошла до помещения, откуда доносились громкие стоны и плач. Дверь была широко открыта. Бог знает почему, Беатриче остановилась и заглянула внутрь.

На широкой кровати лежала молодая женщина. Лицо ее поражало своей бледностью. В страшных мучениях она мотала головой из стороны в сторону, и Беатриче ясно слышала ее тяжелое, со свистом дыхание. Подле кровати на коленях стоял полный человек, на голове которого был тюрбан, и Беатриче показалось, что она уже где-то видела его. Молодая женщина могла быть его дочерью, так нежно он держал ее руку в своей. По его лицу было видно, как искренне он за нее переживает. Плотным кольцом их окружили полдюжины женщин, которые громко плакали и причитали. Но несмотря на то что их всех очень волновала судьба молодой женщины, казалось, никто не в силах был ей помочь.

Не раздумывая Беатриче вошла в покои. Все явственнее доносилось до нее свистящее дыхание. Судя по всему, в дыхательных путях женщины находится инородное тело. Но почему этого никто не замечает? И где врач, который смог бы сделать спасительный надрез в горле и удалить это инородное тело?

13
{"b":"31131","o":1}