ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Невидимые слуги остановились.

Девочка Королева приподнялась на подушках.

– Это он, – сказала она. – Последнюю часть пути к нему я должна пройти сама. Ждите меня здесь, что бы ни случилось.

Лицо в круглом люке Яйца исчезло.

Девочка Королева вышла из паланкина и направилась к Яйцу. Идти ей было мучительно больно, ведь она шла босиком, а снег покрылся тоненькой жесткой ледяной коркой. При каждом шаге, пробивая ее, она проваливалась и ранила свои нежные ножки. Обжигающий холодный ветер трепал ее белоснежные волосы и одежду.

Наконец она добралась до синей горки и остановилась.

Из круглого темного отверстия огромного Яйца стала спускаться вниз длинная лестница, куда более длинная, чем могла бы поместиться в этом Яйце. Наконец она коснулась подножия синей горы, и когда Девочка Королева ухватилась за нее рукой, она увидела, что стремянка эта сплетена из перевитых букв, а каждая перекладина представляет собой строчку. Девочка Королева стала подниматься вверх и, перебираясь с перекладины на перекладину, читала слова:

Вернись, вернись!
Уйди, уйди!
Ко мне наверх не восходи!
И впредь не будет наших встреч!
Спустись и Старцу не перечь!
Я много выставил преград,
Уйди, уйди! Вернись назад!
Поверь, поверь мне, старику:
Тебе не место наверху!
Не спорь со старым мудрецом:
Нельзя началу стать концом!
Спустись, спустись и вверх не лезь!
Знай: ждет тебя смятенье здесь!

Она остановилась, чтобы передохнуть, и взглянула вверх. До Яйца было еще очень, очень далеко, она не добралась и до середины лестницы.

– Старик с Блуждающей Горы, – сказала она громко, – если бы ты не хотел, чтобы мы встретились, ты не спустил бы мне эту лестницу. Твой запрет и привел меня к тебе.

И она снова стала подниматься.

Твои творенья, жизнь твою Вношу я в летопись мою, И что в движенье было, Все буквами застыло.

Ко мне наверх ты не стремись, Сулит несчастье эта высь!

Ведь здесь конец твоих начал, Я стар и малым не бывал, Как я, тебе не стать такой, Ты – пробужденье, я – покой, Живому права не дано Знать, как оно погребено.

Вскоре ей опять пришлось остановиться, чтобы перевести дух.

Она взобралась уже очень высоко, и лестница раскачивалась от шквалов начавшейся снежной бури, как тонкая ветка. Но Девочка Королева все продолжала карабкаться вверх, крепко держась за обледенелые буквы перекладин.

Послушать лестницы совет,
И раз уж то, что не должно
Случиться, вышло все равно,
Тебя сдержать я не могу,
Ну что ж, будь гостьей старику!

Преодолев последние перекладины, она тихо вздохнула и оглядела себя – широкое белое одеяние было изорвано в клочья, лоскутки висели на завитках букв этой удивительной лестницы. То, что буквы оказались так ей враждебны, не удивило ее – неприязнь была взаимной.

Девочка Королева постояла перед Яйцом, вернее, перед круглым люком в нем, к которому крепилась стремянка, и шагнула внутрь. И в тот же миг люк за ней захлопнулся. Она не обернулась, а застыла в темноте и ждала, что же произойдет.

Однако долгое время не происходило ничего.

– Вот я и здесь, – тихо сказала Девочка Королева. Ее голос отозвался глухим эхом, будто она говорила в большом пустом зале. А может, это был другой, куда более низкий голос, который ответил ей ее же словами?

Мало-помалу она различила в темноте слабый красноватый лучик света. Он исходил от раскрытой книги, которая парила посреди этого яйцевидного помещения. Книга была повернута так, что можно было разглядеть переплет. Он был из шелка медно-красного цвета, и, как на Знаке Власти, который Девочка Королева носила на шее, на нем были изображены две змеи, вцепившиеся друг другу в хвост и образовавшие овал. Тут же было начертано и название книги:

«БЕСКОНЕЧНАЯ ИСТОРИЯ».

У Бастиана все окончательно спуталось в голове. Ведь это была та самая книга, которую он читал! Он еще раз поглядел на нее. Да, тут не может быть никаких сомнений, это та книга, которую он сейчас держит в руках. Но как она могла оказаться там, в самой себе, в книге?

Девочка Королева подошла поближе и увидела за парящей книгой голову старца, чуть подсвеченную снизу, с раскрытых книжных страниц, зеленоватым светом, который исходил от сине-зеленых крупных букв.

Лицо его, казалось, вырезанное из коры очень старого дерева, было испещрено морщинами. У него была длинная седая борода, а глаза сидели в глазницах так глубоко, что их и вовсе не было видно. Одет Старик был в синюю монашескую рясу с капюшоном, накинутым на голову. Он держал в руках карандаш и не отрываясь писал что-то в книге.

Девочка Королева долго стояла молча и глядела на него. Собственно говоря, то, чем он занимался, нельзя было даже назвать письмом в обычном смысле этого слова – его карандаш медленно скользил по пустым страницам, а буквы и слова появлялись на них сами собой, как бы возникая из пустоты.

Девочка Королева прочла, что там было написано, и это оказалось то, что происходило сейчас, в этот миг:

«Девочка Королева прочла, что там было написано…»

– Ты записываешь все, что происходит? – спросила она.

– Наоборот, происходит все, что я записываю, – прозвучало в ответ.

И она узнала этот низкий глухой голос, который вначале приняла за эхо своего собственного.

Самым удивительным тут было то, что Старик с Блуждающей Горы и рта не раскрыл. Он вписал в свою книгу ее и свои слова, и она их услышала, но так, будто вспомнила, что он только что их произнес.

– Ты, и я, и вся Фантазия – все-все записано в этой книге? – спросила она.

Он написал, и она как бы услышала его ответ:

– Не так. Эта книга и е с т ь вся Фантазия, и ты, и я.

– А где эта книга?

– В книге.

Таков был написанный им ответ.

– Значит, это лишь отражение отражения? – спросила она.

И он написал, а она услышала его голос:

– Что отражает зеркало, которое отражается в зеркале? Знаешь ли ты это, Златоглазая Повелительница Желаний?

Девочка Королева молчала, и Старик тут же записал, что она не отвечает.

Потом она тихо сказала:

– Мне нужна твоя помощь.

– Я знаю, – написал он.

– Да, так, наверно, и должно быть, – решила она после некоторого раздумья. – Ты – Память Фантазии и знаешь все, что здесь произошло от начала всех начал и до этой минуты. Но не можешь ли ты полистать свою книгу и посмотреть, что должно произойти дальше?

– Пустые страницы! – был ответ. – Я могу сказать лишь о том, что уже произошло. Ведь я прочел это, когда писал. И я это знаю, потому что прочел. А писал это, потому что это происходило. Так «Бесконечная История» пишет сама себя моей рукой.

– Значит, ты не знаешь, почему я к тебе пришла?

– Нет, – услышала она его глухой голос, – и я желал бы, чтобы этого не произошло. Здесь у меня все становится окончательным и неизменным – и ты тоже, Златоглазая Повелительница Желаний. Это Яйцо – твоя усыпальница и памятник тебе. Ты навсегда вошла в Память Фантазии. Отсюда нет возврата.

– Всякое яйцо, – ответила Девочка Королева, – начало новой жизни.

– Верно, – написал и произнес старик, – но только если разобьется его скорлупа.

– Ты можешь открыть мне отверстие – ведь ты впустил меня сюда.

Старик покачал головой и записал это.

– Нет, это сделала ты сама своей силой. Но после того, как ты здесь оказалась, ты потеряла эту силу. Мы здесь заперты навеки. Воистину, ты не должна была сюда приходить. Это конец «Бесконечной Истории».

36
{"b":"31143","o":1}