ЛитМир - Электронная Библиотека

Секунду. А может быть, Алена напрасно беснуется? Может быть, Игорь все-таки не слышит ни стука, ни звонков? Да, спит крепким сном, а мобильник забыл дома. И что такого? Запросто! Гениальная писательница и сама страшная раззява, сколько раз уходила, оставив телефон на письменном столе!

Она попыталась успокоиться, собраться с мыслями.

Надо постучать с черного хода, вот что надо сделать. Подсобка (самое теплое место во всем «Барбарисе»), в которой, конечно, поставлен топчанчик для сторожей, находится именно рядом с задней дверью. Конечно, конечно, если Алена постучит туда, Игорь услышит и откроет ей. И вообще, можно дотянуться до окна подсобки, уж стук-то в окно он точно услышит!

Алена подхватила свои сумки, мельком отметив, что ананас уже почти прорвал донышко непрочного пластикового пакета и надо бы его переложить, но тут же забыла об этом и ринулась за угол дома. Вбежала через арку в тесный дворик и остановилась. Ну и темнотища! Она никогда не была здесь ночью. Куда теперь податься?.. Вроде бы вот здесь, направо, дверь черного хода. А еще правее – окно подсобки.

Во всяком случае, там темно. Значит ли это, что Игорь там один и спит? Или это значит, что он там спит не один?

В самом деле, зачем двоим свет?!

Алена неуверенно пошла туда, где, как ей казалось, должна была находиться дверь черного хода. Темнотища, фонарик бы… Фонарика нет, но есть мобильный телефон!

Перехватила сумки одной рукой, достала телефон, включила дисплей. И вдруг вспомнила, как осенью они с Игорем были в гостях у Жанны на даче, в Зеленом городе. То есть там был и Валерий, муж Жанны, были и Андрей с Леной, коллеги Игоря по танцевальному шоу, но для Алены, как всегда, имел значение только он один. Это было в конце ноября, темнело необыкновенно рано, уже в шесть стало хоть глаз выколи. Пошли гулять по лесу, и Алена где-то потеряла перчатку. Всей компанией начали искать ее, подсвечивая себе мобильниками. Картина, конечно, выдалась еще та: в полусогнутом состоянии бродят по лесу полупьяные фигуры, мертвенно мерцая разнокалиберными телефонами… Нахохотались вволю, вошли в страшный поисковый азарт. Правда, у Игоря и Алены зарядники телефонов почему-то очень быстро сели, так что они оказались в темноте и участия в поисках больше не принимали. Отстали от других, чтобы нацеловаться до одури, но им все было мало, мало, так что радостный крик Андрея, нашедшего наконец злополучную перчатку, их вовсе не обрадовал, а поверг в немалое уныние, потому что заставил испуганно отпрянуть друг от друга, торопливо застегиваясь и поправляя одежду…

Стоило вспомнить жадные губы Игоря, его нетерпеливые руки, шальной блеск его глаз в темноте, как у Алены чуть слезы не хлынули. Неужели всего этого больше не останется в ее жизни? Может быть, не нужно рваться в этот несчастный «Барбарис»? Может быть, лучше убраться восвояси, не дергаться, не мучиться? Зачем ей знать то, чего не нужно знать? Во многой мудрости многие печали… Может быть, есть смысл убедить себя в том, что Игоря здесь вообще нет? Ну, не дежурит он сегодня, вообще никто не сторожит «Барбарис»… Да кому, в самом-то деле, нужны груды строительного мусора?!

Алена нервно махнула телефоном, и тут сердце ее дрогнуло, потому что в промельке света она разглядела: дверь черного хода в «Барбарис» чуть-чуть приоткрыта. А еще она увидела на снегу…

* * *

– Димка! Дим! Привет, это я, Раечка!

Молчание. Раечка перепугалась. Она с таким трудом дозвонилась, сколько дней мучилась, а он молчит, как будто совершенно не желает с ней разговаривать!

– Димка!!! Ты чего молчишь? Ты меня не слышишь, что ли? – чуть не закричала она.

– Слышу.

Может, он спал, а она его разбудила? Какой-то голос у него… как из бочки – глухой, гулкий. Или это телефон чудесит?

– Ой, ты знаешь, я никак не могла к тебе пробиться! У тебя почему-то телефон был все время выключен. Или ты уезжал? Или что?

– А, это ты, Райка? Привет. Я тебя не узнал, – промямлил Димка.

Опять Райка! Опять он ее так называет! Но Раечка спрятала обиду поглубже.

– Как не узнал, погоди, ты что? У тебя разве не работает определитель номера?

– А при чем тут определитель номера?

– Как при чем? У тебя ж должен мой номер определиться, должна появиться надпись: Раечка, мол, звонит.

– А… ну это, я… нет, номер не определился, – вяло объяснил Димка.

– Почему?

– Ну, я его… это… стер нечаянно в телефонной книжке.

Нечаянно?! Знаем мы эти нечаянно!

Но что случилось, почему?.. Неужели он до сих пор злится?

– Дим, ты что, все еще сердишься?

– На что? На тебя? – Димка, чудилось, даже не заметил, что назвал Раечку неодушевленным местоимением. – Да ты знаешь, мне все это по такому большому барабану…

Раечкино замирающее сердечко вовсе перестало биться.

Все по барабану?! Все? И она в том числе?

Господи! Что с ним происходит?!

– Дим, мне нужно с тобой поговорить.

– Ну, говори, – согласился он с тяжким вздохом. – Только знаешь, у меня зарядка в мобильнике вот-вот кончится. Так что ты побыстрей.

– Димка! – заорала Раечка сквозь внезапные слезы. – Я так не могу! Куда ты пропал, почему не хочешь со мной общаться, почему не звонишь мне? Я чуть с ума не сошла, я…

– Я тоже чуть с ума не сошел, – вдруг быстро проговорил Димка, и Раечкино сердце заколотилось с невероятной быстротой.

«Я тоже чуть с ума не сошел!»

Значит, Димка по ней скучал? Так же сильно, как Раечка – по нему? Но почему тогда… почему тогда ни разу не позвонил, не нашел ее? Неужели и в самом деле стер нечаянно телефон? А что? Такое вполне может случиться с кем угодно!

Ну да – и мобильный нечаянно стер, и квартирный…

Запросто! Только не нечаянно, а нарочно! В сердцах. А потом жутко раскаялся и… и, как сам признался, чуть с ума не сошел.

– Ты даже представить не можешь, что тут со мной происходит, – сдавленно пробормотал Димка. – Я в такой заднице, Раисенок, ты бы знала!

Она насторожилась. С одной стороны – «Раисенок». С другой стороны, словечко «задница» не слишком-то стыковалось с сумасшествием от любви, с разбитым сердцем…

Ой, что-то она стала не по делу цепляться к словам, совсем как противная писательница Дмитриева!

– Что ты говоришь? – переспросила Раечка дрогнувшим голосом, очень надеясь, что ослышалась и чего-то не поняла.

– Я знаешь, почему телефон выключал? – выпалил Димка. – Я боялся, что они меня найдут. Думал, если не буду отвечать на звонки, как-нибудь все обойдется. А они меня нашли, домой ко мне притащились и говорят: «Все, парень, дело твое швах. Ты у нас на крючке, счетчик включен, штраф капает, и если ты не заплатишь или как-то не выкупишься, тебе кранты. Понял?»

– Погоди, я не понимаю… – жалобно пробормотала Раечка. – Ты о чем? Какой кран? Что капает?

– Да не кран, а кранты! Я про долг! – хмуро ответил Димка. – Помнишь, я у тебя деньги просил?

– Конечно, но ведь ты говорил, что для развития бизнеса. Дим, ты знаешь, я попро… – начала было Раечка, но Димка не дал договорить:

– Нет, там все гораздо хуже. На самом деле я брал у одного серьезного человека деньги в долг. Как раз для развития этого долбаного бизнеса. Но меня кинули… Я заказал одному чуваку товар, а он меня бортанул и скрылся с деньгами. И вот теперь тот чел, который мне давал в долг, требует его вернуть. Ну, это нормально, это понятно, однако ж у меня башлей нет! Он говорит: «Верни долг, и я тебя возьму в свое дело, будешь зарабатывать как надо. Пока ты не отдал деньги, я тебе доверять не могу. А вернешь – я перед тобой такие перспективы открою, ты сразу человеком станешь».

– Дима, – чуть дыша от волнения, проговорила Раечка, – я тебе знаешь что хочу сказать?..

– Да знаю я все, – со вздохом перебил Димка, – знаю. Но мне теперь вообще писец, понимаешь? Мне придется человека убить, чтобы с крючка слезть. И я даже не знаю, кто этот человек, я его увижу сегодня вечером впервые в жизни. А может, он меня убьет. Это уже как повезет, так что, Раечка, ты извини, мне сейчас не до…

17
{"b":"31723","o":1}