ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A
* * *

Честно говоря, она еле удержала себя, чтобы в четверть пятого не выйти из дому. Как раз хватило бы времени доехать до площади Минина. Просто так, из чистого любопытства. Чтобы убедиться, что никакого киллера там нет и не было, а поганые звонки – не более чем розыгрыш.

А может быть, это средство выманить ее из дому именно в нужное время?!

Эта мысль была как прозрение. Вот оно что! Все так просто, а она навоображала себе… Дура – она дура и есть, что тут скажешь!

Но если так, значит, нельзя и с Инной ехать. Они ведь могут и ночью прийти.

А сигнализация на что? А четыре замка? Антон просто помешан на мерах безопасности. И еще надо включить «ревун». Это такая штука… Чуть только чужой человек начинает открывать нижний замок на первой двери, не учитывая некоторых хитростей, вдруг раздается дикий рев или вой, вернее, что-то среднее, надрывающее слух и душу. Антон поставил это устройство, прочитав в газете, что какой-то воришка отдал богу душу, когда на него внезапно обрушилась какофония душераздирающих звуков. Нервный такой воришка оказался…

Насколько Нина помнила, Антон включал «ревун» только однажды, когда они ездили на пару дней на Горьковское море навестить деда. И по возвращении, конечно, он начисто забыл отключить. Что было!.. Изо всех квартир выскочили люди и помчались к их двери, движимые только одним желанием: немедленно убить того, кто подверг их такому стрессу. Или, на худой конец, сдать его в милицию. С Дебрскими потом чуть не месяц никто из соседей не здоровался! А сам Антон тогда так перепугался, что решил больше не включать «ревун». Жили ведь с обычной сигнализацией: звонишь на пульт, сообщаешь свой номер, все тихо, спокойно… Однако сегодня Нина непременно приведет «ревун» в действие. Пусть приходит этот мерзкий шутник! Хорошо же он будет выглядеть, когда глухою полуночью…

Инна задерживалась. Дважды позвонила с извинениями: «Все, выезжаю!», но появилась только в восемь, когда Нина уже решила, что никуда они сегодня не поедут. Подруга ворвалась с круглыми глазами, подхватила приготовленную и уже заскучавшую в прихожей сумку:

– Все! Поехали! Надо еще в «Европе» чего-нибудь купить на ужин!

– На площади Горького? – мигом оживилась только что клевавшая носом Лапка. – А в «Макдоналдс» зайдем? Давайте лучше биг-маков на ужин купим, а то мы уже сто лет их не ели.

– Ты что, дитя? – фыркнула Инна. – Неужели не знаешь, что твоя мамочка решила больше не поддерживать нашим русским рублем проклятых мировых жандармов?

Лапка только вздохнула покорно. Да, Нина позаботилась доходчиво объяснить ребенку, почему они не ходят в «Макдоналдс»: Сербия, Косово и все такое. У каждого есть какие-то свои принципы!

– А чаю ты приготовила? – спросила Инна, ковыряясь в сумке. – Термос с чаем? Возьми Христа ради, а? Нет, давай я сама налью, а то опять забудешь сахар положить. – И рванулась на кухню.

Нина обреченно вздохнула. Инна называет чаем такой жутко-приторный сироп! Ну и пусть пьет его в дороге сама, а они с Лапкой дотерпят до дачи, там ведь есть газовая плита. И вообще, на ночь пить не рекомендуется, чтобы не отекали глаза, а приедут они уж точно на ночь глядя! К десяти только и доберутся, и то если бог даст.

Но бог почему-то не дал… Ему одному только и известно, чем прогневала его Инкина «Лада», однако, не доезжая до деревни каких-то десяти километров, она вдруг зачихала мотором и стала.

– Бензин кончился? – пробормотала Лапка. – Будем опять просить добрых людей?

– Вот же чертенок злопамятный! – проворчала Инна, не переставая терзать стартер. – Чтоб ты знала: я заправилась перед тем, как за вами заехать!

Один раз у них такое уже было, чего греха таить. Только, что бак пустой, обнаружилось на шумном шоссе, и кругом тогда стоял белый день. А здесь-то никого, и стемнело уже. А как зябко вдруг стало!

– Мама, мне холодно, – заныла Лапка. – Ты одеялко не взяла?

– Ага, и подушечку, – съехидничала Инна. – И матрасик. И спальный мешок.

– Зачем мешок? – удивилась Лапка. – Можно спать в машине, на сиденье, тут мягко. И голову маме на колени положить, прямо вот так. – Она немедленно сопроводила свои слова действиями. – А без одеялка плохо.

Лапка была очень обстоятельным ребенком и обычно смешила Нину своим легким бытовым занудством, однако сейчас она улыбнулась другому. Уж сколько лет прошло, а воспоминания о ее «автомобильных приключениях» вспыхивают при самых невинных репликах, так и норовят высунуться из тайников памяти!

– Пойду посмотрю, может, что-то с мотором? – Инна открыла дверцу. – А вы чаю попейте – и согреетесь. Он просто кипяток.

Это была мысль. Ладно, фиг с ними, с веками, которые завтра непременно отекут. Но почему она не прихватила плед?! В плаще уже познабливает, а Лапка вообще такая мерзлячка…

Чай Лапке понравился. Она пила долго, обстоятельно, то и дело шумно дуя в пластмассовый колпачок-стаканчик. Нина терпеливо ждала своей очереди. Наконец Лапка, раскрасневшись, с бисеринками пота на курносом носишке, передала ей тару:

– Ого! Даже жарко стало!

Нина с опаской глотнула. Ну надо же! Вполне терпимо. Наверное, второпях Инна положила сахару совсем чуть-чуть, ну, каких-то шесть ложек на термос, а не двенадцать или, к примеру, пятнадцать.

– А мы когда поедем? – прошептала Лапка уже совсем сонно.

– Пойду спрошу у тети Инны. А ты подремли пока, делать-то больше нечего.

Лапка свернулась калачиком, а Нина выбралась наружу.

Ого! Вечера уже просто холодные! Первым делом на даче надо протопить, а то спать будет просто невозможно. Черт, ну зачем они потащились на эту дачу, интересно? Все-таки Инка, наверное, сохранила над Ниной остатки прежней власти, если она так безропотно, можно сказать, тупо поехала с ней, да еще и ребенка взяла. Какие уж такие уикенды в сентябре-то?! Переночуют в холоде, с минимумом удобств, а завтра домой. А может, вообще вернуться? Прямо сейчас поехать домой. Только «ревун» не забыть отключить.

Нет, дело не в Инне. Дело в Шатуне и его звонке…

Инка, подсвечивая себе фонариком, с головой окунулась в машинное нутро, только туго обтянутый джинсами зад торчал.

– Ну, что там?

– А леший его знает! Думала, бензонасос засорился, но вроде нет. Какой-нибудь тайный заводской брачок вылез. Если ты купил авто, еще не факт, что оно потом будет ездить. Но это уже проблема покупателя, а не производителя! Ох уж эти наши отечественные производители… Колбасы делают хорошо, но за машины лучше бы не брались. Дура я, конечно, мне ведь предлагали подтянуть ее до класса «люкс», но таких деньжищ потребовали, что я пожмотилась. А зря, жадность фраера сгубила.

– Может, кого-то попросить остановиться, посмотреть? – робко заикнулась Нина.

– А кого?

Именно в это мгновение мимо них на полной скорости промчалась «Волга». Нина импульсивно взмахнула руками, но автомобиль уже исчез за пригорком.

– Видела, как он пролетел? – зло усмехнулась Инна. – Гнал, чтобы, не дай бог, не тормознули его, не попросили помочь. Ну, мужик пошел… Да он не иначе с неба свалился, потому что по этому проселку практически никто не ездит, особенно в такое время. Дернула же меня нелегкая сюда свернуть! Надо было так и ехать по главной дороге. На полчаса дольше, конечно. Хотела путь сократить! Тут можно до утра ждать – и не дождешься никого. Не на шоссе же идти помощи просить. Кто поедет на проселочную, да в темноте, да неизвестно зачем? Вот ты бы поехала?

– Нет, – уныло призналась Нина. – Конечно, днем бы…

– Ну, днем!

Инна, сердито фыркнув, снова окунулась в недра мотора, и голос ее прозвучал неразборчиво:

– Иди лучше в машину, не стой над душой. Выпей еще чайку, расслабься. Когда исправлю, вернусь.

Нина послушалась, думая при этом, что слово «если» было бы здесь гораздо уместнее.

Лапка уже спала. Нина притулилась с краешку, и девчонка, мгновенно ощутив ее присутствие, тотчас приподнялась, положила головенку ей на колени и снова накрепко уснула.

10
{"b":"31779","o":1}