ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Только что?

– Знаешь, какое чувство всегда сопутствует любви?

– Знаю, – шепнул он, кладя ладонь на ее грудь и медленно ведя вниз. Дрожь прошла по ее телу – привычная, такая знакомая дрожь…

– Нет, не это. – Кошка отстранилась, оперлась на локоть, серьезно взглянула ему в глаза. – Это и есть любовь. А сопутствует ей – страх.

– Ты меня боишься? – воскликнул Шатун, чувствуя себя почему-то польщенным.

При одной только мысли о ее страхе его снова охватило возбуждение. А что, может быть, что-то и в самом деле есть во всех этих садомазохистских приколах? Заломить ей руки – до боли, шлепнуть – сначала слегка, потом сильнее, потом ударить по лицу, увидеть отпечаток своей ладони на ее щеке, а потом, может быть, узкий, набухающий кровью след кнута на теле… Увидеть страх в ее глазах!

Нервно сглотнув, Шатун резко опрокинул ее на спину, навалился, грубо расталкивая ноги коленями.

Она издала горлом странный, нетерпеливый звук – и между ними надолго воцарилось задыхающееся, стонущее молчание, пока два вспотевших тела не откатились друг от друга. И лишь тогда Кошка наконец договорила – хрипловатым, измученным голосом:

– Это страх потери. Страх тебя снова потерять, понимаешь?

* * *

Какое счастье, что на свете существуют видеомагнитофоны! Лапка была всецело поглощена мультяшками, и весь окружающий мир перестал для нее существовать.

Нина осторожно прикрыла дверь в детскую, потом в гостиную и только потом набрала номер Инны.

– Ты представляешь? – спросила она с нервическим смешком, услышав голос подруги. – Мне только что позвонил какой-то придурок, назвался киллером и сообщил, что Антон меня ему заказал!

– А я тебе говорила, не связывайся с этим потаскуном! – автоматически выдала Инна фразу, которая всегда болталась у нее на кончике языка, и только потом ошеломленно протянула: – Что-о?!

– Что слышала, – вздохнула Нина. – Нет, я, конечно, понимаю, это глупость и дурацкий розыгрыш, но до того стало на душе погано…

Она не договорила, однако Инна и без того знала, что имелось в виду: Ниночке срочно потребовался психотерапевт, а лучшего утешителя, чем задушевная подруга Инночка, в природе просто не существовало. И это при том, что Инна никогда не гладила ее по головке и не разражалась слезами сочувствия. Она была прямолинейна, даже резка, порою грубовата, не затрудняла себя подбором слов, однако каким-то непостижимым образом умудрялась сказать именно то, что в данный конкретный момент было особенно необходимо Нине и что наилучшим образом приводило в порядок все ее перепутанные мысли.

Но сейчас, похоже, Инна сама растерялась. Уникальный случай!

– Какой-то телефонный хулиган, – сказала она неуверенно. – А он не говорил каких-нибудь сексуальных гадостей, а то сейчас это модно? К одной нашей сотруднице беспрестанно звонит какой-то идиот и всяко домогается ее по телефону.

– Он меня не домогался, – успокоила Нина. – Совсем даже нет. Правда, свидание назначил.

– То есть? – насторожилась Инна.

– Ну, говорит, если я не верю, то он может мне показать некоторые документы, подтверждающие… – У нее внезапно пропал голос.

– Подтверждающие, что Антон тебя ему заказал? – договорила Инна. – Письмо на бланке, да? Киллеру такому-то от гражданина такого-то, проживающего… Что за бредятина!

– Бредятина?

– Господи, Нинок, да что с тобой?! Ну сама посуди, даже при том напряге отношений, который существует у вас с Антоном, разве дошло дело до того, чтобы тебя убивать? Существует же цивилизованный развод, к тому же милые бранятся…

– Да мы и не бранимся.

– Тем более! Ты знаешь, я Антона не выношу, всегда считала, что с ним ты здорово пролетела. Но не стоит доходить до абсурда.

– Да… – вздохнула Нина. – Честно говоря, я думала, ты за эту ситуацию уцепишься и будешь меня убеждать, что этот поганый киллер правду говорит.

– Нинок, ты… – Инна осеклась.

– Что?

– Слушай, извини, конечно, подруга, но не обратиться ли тебе к врачу? К невропатологу? Все-таки, знаешь, это ненормально, что ты так однозначно отреагировала. Любая другая женщина на твоем месте восприняла бы это как наговор на мужа, как глупый розыгрыш, в конце концов, а ты…

Нина зажмурилась.

– Инка, это ты сдурела, а не я! Я же с самого начала сказала, что это телефонный розыгрыш. А тебе позвонила, потому что на душе стало нехорошо. Это уже ты целое дело состряпала!

– Ты бы услышала собственный дрожащий голосочек – еще не такое дело состряпала бы! – обиженно сказала Инна. – Полное ощущение, что этот поганый киллер уже в дверь к тебе ломится. А что ты там говорила, какое свидание он тебе назначил?

– Сегодня в пять у фонтана на площади Минина.

– Надо надеяться, ты не пойдешь?

Опасение, звучавшее в голосе Инны, вызвало у Нины невольный смешок:

– А почему бы не прогуляться? Тем более там такая толкучка в это время, что просто невозможно кого-нибудь убить незаметно.

– Не вздумай! Ты что, газет не читаешь? Сейчас из чего только не убивают! Из портсигаров, даже из самих сигар. А еще я читала, что какого-то террориста застрелили из зонтика. Представляешь, останавливается рядом какой-нибудь мужик, начинает раскрывать зонтик, и ты падаешь мертвая.

– Погода отличная, сейчас никто не ходит с зонтиками, – успокоила ее Нина. – Да и не пойду я никуда.

– Конечно, не ходи. Кстати, а где Антон?

– В Москве. Вернется во вторник.

– А чего он там до вторника будет сидеть? Он же всегда на выходные приезжал.

– Ну, приезжал, а вчера позвонил и сказал, что задержится, потому что надо поработать с документами, в понедельник у них какая-то тусовка намечена по поводу их обсуждения, во вторник утром подписание – и он сразу домой.

Инна молчала. И вдруг Нина догадалась, о чем думает подруга. То есть она могла бы голову дать на отсечение, что Инну одолела та же подленькая мыслишка, что и ее: Антон в Москве, в случае чего, если жена погибнет, его дело сторона, у него полное алиби, как говорится, я не я, и бородавка не моя…

– Нет, это полный бред! – возмущенно воскликнула Инна. – Просто зараза какая-то! Теперь и я начинаю в это верить. Ну вот ты скажи: у Антона есть хоть одно основание для того, чтобы с тобой разделаться? Отбросив все эти мещанские домыслы насчет дележа квартиры. Как поменяли вы две своих на эту одну, так и разменяетесь в случае чего. К тому же он человек не бедный, ему вообще новую квартиру купить куда проще, чем какому-нибудь начинающему адвокатику.

«Начинающим адвокатиком» была Инна, и Нина прекрасно знала ее мечту о хорошей, просторной квартире. Пока же подруга ютилась в однокомнатной, то и дело затопляемой верхними жильцами клетушке на первом этаже панельного дома в Гордеевке.

– Да вроде бы никаких таких особенных оснований нет, – подумав, сказала Нина. – И если мне кажется, что у него появилась другая женщина…

– Другая женщина?! – Инна ахнула так, что у Нины гулко отдалось в ухе. – Ты соображаешь, что говоришь? С чего ты взяла?

– Ну, с чего? – невесело усмехнулась она. – С ночей, как ты понимаешь.

– Ой, погоди, – Инна тяжело, взволнованно дышала в трубку. – Погоди, это не телефонный разговор. К тому же тут у меня народ под дверью. Слушай, ты как насчет развеяться сегодня? Я все равно собиралась на дачу, поехали вместе, а? Бери Лапку, купим по пути хорошего коньячку, растопим камин, расслабимся, а потом поговорим нормально. А завтра в лес сходим, прикоснемся душой к природе и всякое такое. Поехали, а?

– Ну давай, – растерянно сказала Нина, которая всегда чувствовала себя неуютно, когда приходилось вот так, с бухты-барахты, принимать решения. – Я, правда, хотела завтра стирать…

– Постирай сегодня, – скомандовала Инна. – Какая разница? У тебя еще полдня. Устираться можно.

– Ну ладно. Тогда я чего-нибудь куплю, до базара добегу, что ли.

– Никуда не ходи! – жестко велела Инна. – Все купим по пути. Я заеду не позднее шести. И не вздумай мне сбегать на это дурацкое свидание, к фонтану, поняла? К тому же все это бред, никакого киллера не существует в природе. О! – вскричала она радостно. – Я поняла! Просто кто-то захотел подлянку Антону подложить, какой-нибудь его конкурент, а мы, две дуры… Ну ладно, Нинок, до вечера, а то меня сейчас клиенты на части разорвут. Все, пока!

3
{"b":"31779","o":1}