ЛитМир - Электронная Библиотека

– Не очень, мы уже прикинули. Если использовать крашеные алюминиевые профили, один человек вполне справится.

– Получится вроде морского семафора, – обрадовался, осознав общий принцип, старшина.

– Точно, – подтвердил Перегуда.

– Тогда хорошо бы и нам такую штуку… Ну, я хочу сказать, переносную.

– А вот это идея, – согласился Ростик. – Только она должна быть очень компактной.

– Подумаем, – согласился вдруг Поликарп. Оказывается, он давно стоял рядом, просто почему-то был незаметен. – Только вам придется морзянку учить в обязательном порядке.

– Ради такого дела – выучим, – кивнул старшина.

– А может, обойдемся тюремной азбукой? – спросил Перегуда. – Знаете, шесть по горизонтали, пять по вертикали, и в итоге получаем…

– Морзянка экономичней, – решил высказаться сын радиомастера Ростик. – Лучше поработать, зато…

Докончить он не успел. На дороге, соединяющей обсерваторию и городские новостройки, появился шлейф пыли. Кто-то из солдат поднялся на нижнюю площадку обсерваторской радиоантенны, приставив руку козырьком ко лбу, осмотрелся.

– Он! – крикнул солдатик, наконец.

Это и в самом деле оказался «КрАЗ», у которого был разобран кузов, а скрепленные строительными скобами шпалы образовывали что-то вроде невысокого колодца. В этот колодец и полагалось, по идее, установить шар, скрепив его растяжками.

Сначала Ростик сомневался, что им удастся что-нибудь сделать. Но шар оказался нетяжелым, меньше семисот килограммов, как сказал Поликарп. А это было вполне по силам четырнадцати молодым ребятам, считая водителя. Разумеется, поднимать его, взваливать на помост и закатывать в ложемент – как назвал колодец Поликарп – было неудобно, тем не менее они справились. И при этом даже не очень запыхались.

Закончив расчаливать шар, используя невесть откуда взявшиеся капроновые шпагаты, способные, по словам Поликарпа, выдерживать нагрузку до пяти тонн, все потащились к городу. Поход к вышке оказался недолгим. Пуская жеребцов попастись в тени ближайшего дома, Квадратный сказал:

– Эх, нужно было не болтать у обсерватории, а лошадок на конюшню отвести. Нечего им с нами так-то таскаться.

Ростика эти лошадиные нежности, однако, не встревожили. Он знал, что кони и не такое могли выдержать.

Потом все разом, как зачарованные, стали осматривать вышку. Это было сорокаметровое сооружение, смонтированное из стандартных секций. Такие типовые вышки были расставлены на Земле во всех сколько-нибудь крупных городах России. Все немного приуныли, вышка показалась чересчур высокой, шар неуклюжим, а надежных креплений не предвиделось.

И тем не менее Поликарп принялся командовать. То ли он действительно был хорошим инженером, то ли обдумал все заранее, но проблема не вызвала у него – единственного – никаких колебаний. Перебросив через верхние балки капроновые тросы, смазав сталь какой-то липкой на вид смазкой, он заявил, что подъем может быть осуществлен грузовиком вместо лебедки и десятью помогающими и направляющими монтажниками.

Так и оказалось. Соорудив довольно сложную многоступенчатую проводку капронового каната, инженер приказал водителю потихоньку трогать по его команде, а десяти остальным орлам направлять. И когда заурчал мотор машины, шар медленно поплыл вверх.

До темноты осталось не меньше часа, когда шар, подтягиваемый поднявшимися наверх солдатиками, перекатился через край вышки и прочно улегся на верхней площадке, сваренной из рифленых листов.

– Ну, все, – сказал Поликарп и гордо осмотрел результаты трудов. – Остальную работу завтра вручную закончим.

Ростик, который работал на верхотуре с остальными ребятами, посмотрел вниз. К его удивлению, их суета привлекла немало наблюдателей. Народ стоял чуть в отдалении и получал от зрелища массу удовольствия.

– Здоровая и блестит хорошо, – сказал кто-то из солдатиков, обходя шар по периметру, с заметным уважением похлопывая его по боку.

– Может, и заработать наш семафор, – отозвался Квадратный.

– Непременно заработает, – отозвался Перегуда, который последнюю стадию работы тоже провел наверху. – Вот катки под штору установим, назначим вахты – и заработает, как миленький.

– А как будет эта штора крутиться? – спросил с внезапным подозрением любопытный солдатик. – Моторов-то нет.

– Зачем нам моторы? – отозвался Квадратный. – У нас есть солдатики, вроде тебя. Как я понимаю, тут предполагается команду наблюдателей держать?

Перегуда только кивнул, к немому изумлению всех солдат разом.

Пока они спускались, довольные выполненной работой, от толпы внизу отделился уже знакомый Ростику сарафан. Его заметил и Поликарп. Но как это было и на заводе, он слегка покраснел. Постоял на площадке, покрутил головой, словно бы осматриваясь, беспомощно улыбнулся и стал спускаться дальше.

За его спиной вдруг вполне разоблачительно вздохнул Квадратный:

– М-да, а тут…

Рая уже ждала у лестницы. На ее плече в обыкновенном солдатском сидоре что-то ощутимо бултыхалось. Она улыбалась так, что на нее хотелось смотреть, не отрываясь. Но она, кажется, замечала только Поликарпа. Впрочем, когда Ростик подошел к ней на расстояние вытянутой руки, она его тоже заметила. И тоже слегка смутилась.

– Я подумала, если вы и после темноты будете работать, то… Вот.

– Уже не нужно, – ответил Поликарп. – Мы идем домой, остальное завтра будем доделывать.

– Вот и хорошо, – обрадовалась Рая, тут же отдавая увесистый сидор своему кавалеру, который безропотно его принял. Потом взглянула на Ростика внимательно. – Да и Любаня будет довольна. А то она в своей больнице прямо как… – Она подумала, подыскивая сравнение, – …как твоя мама вкалывает.

– В больнице? – удивился Поликарп. – А я думал…

– К свекрови поближе, – сказала с непонятным удовлетворением Рая, – под присмотром все-таки спокойнее.

– Спокойнее кому? – спросил Поликарп.

Ростик удивился.

– Мне, конечно, кому же еще?

Рая вдруг испытующе посмотрела на Ростика.

– А ей?

На этот вопрос он ответа не знал, но прежняя уверенность в правоте ничуть от этого не потускнела. Отец его бы одобрил – в этом Ростик не сомневался. К тому же кто-то должен был делать эту работу, так почему же не он?

Глава 6

Поутру мама ушла в больницу, разрешив Любане опоздать на два часа, чтобы ребята впервые, вероятно, ощутили себя настоящими новобрачными. Они так и не успели сыграть свадьбу, действительно не успели почувствовать себя молодоженами. Два часа выглядели царским подарком, но…

Скрипнула калитка, и Ростик даже не успел натянуть штаны, как во входную дверь уже стучали. Это оказался Квадратный, выбритый, начищенный, затянутый в старую, выцветшую, но вполне справную гимнастерку. Бравый вид его привел Ростика в замешательство:

– Ты что, всю ночь наглаживался?

– Не всю, но некоторое время пришлось потратить на внешний вид… Тебя Рымолов приглашает на совещание.

В этот момент на кухню в тонком халатике вышла Любаня. По ее виду каждый понял бы, что она счастлива, что на душе у нее царит покой и что она верит – так будет всегда.

– А завтрак? – спросила она. – Здравствуйте, Квадратный.

– Привет, – улыбнулся старшина. Он откровенно залюбовался, но это было такое любование, что Ростик не ощутил ни грана раздражения, наоборот, он тоже был счастлив и немного горд.

– А вот завтракать, кажется, придется в обед.

– Тогда я тебе вчерашнюю лепешку медом намажу, – решила Любаня.

Лепешки в последнее время мама научилась печь как настоящая азиатская женщина – мягкие, душистые… А мед всегда был медом, даже в Полдневье. Выпив кружку молока и захватив лепешку, Ростик почапал за старшиной.

– Слушай, к чему такая спешка? – спросил он, жуя на ходу.

– Сам не знаю, я зашел в Белый дом случайно, а они подняли крик, чтобы я тебя тащил, хоть на аркане.

– Зачем?

Квадратный пожал плечами.

– Поживем – увидим.

Заседание было уже в самом разгаре, когда они проскользнули в кабинет. Ростик и не подозревал, что он так заспался. Впрочем, зато он отдохнул так, что хоть в новое путешествие отправляйся. Вот только с Любаней толком полюбезничать не удалось, ну да это дело никуда не убежит, будет еще время.

8
{"b":"31843","o":1}