ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Вещи новичков принесли к вечеру, с этим проблем не возникло. За ужином Ибраил выдал им деньги, и Трол с неудовольствием отметил, что моряк, кажется, собирается это дело обмыть.

– Нет, – он поднял руку, – никаких гулянок. Глупость не должна разрушать дисциплину.

Слово «дисциплина» моряк отлично понял, он умел быть сдержанным в течение месяцев плаванья. Поэтому напряжение спало само собой.

На следующий день Лукаса и Корка снова тренировали, а вернее сказать – дрессировали полетами на фламинго. Чтобы не перегружать птиц перед большой работой в перелете через море, их меняли, давая им возможность только размять крылья. Обоим новичкам, конечно, тоже давали передохнуть, но не очень. Чтобы сразу же внушить им понимание того, сколько и как придется работать во время путешествия.

К вечеру Корк выдохся совершенно, он даже есть не мог. Лукас чуть потемнел лицом, но держался хорошо, даже помог Келге обиходить птиц. Хотя оба еще не научились править птицами в полете, Трол вынужден был признать, что свежие фламинго даже этот вариант неправильного управления вполне могли бы выдержать.

Еще неделю новички закрепляли все, чему научились, а потом Трол объявил, что пора собираться.

В следующие три дня сборы проходили по обычной схеме – подготовка оружия, пища в дорогу, необходимые вещи, расчеты с трактирщиком за оказанные услуги, избавление от всего лишнего. В эти дни Трол попробовал обходиться без своего костыля. Сначала у него получалось не очень-то хорошо, колено ныло, тело было чужим, к тому же иногда почему-то тряслась левая рука. Особенно это мешало в полетах, которые Трол тоже вынужден был опробовать, начиная с самых простых приемов.

Но главным оказалась не слабость и боли. За месяцы сидения на Алдуине, по приказу Ибраила, Тролу перековали сложный чешуйчатый комбинезон Сварты Соблазнительницы. Его перебрали в плечах и груди, вставили новые пластинки в местах повреждений, зачинили у чуть более коротких, чем нужно, рукавов и удлинили защиту ног. Когда Трол, подчиняясь требованию Ибраила, натянул его на себя впервые, он почувствовал себя не очень-то уютно. Тело стало тяжелым, движения отзывались металлическим шуршанием, а скорость, с какой Возрожденный привык двигаться, работая мечом, существенно снизилась. К такой броне в его состоянии требовалось привыкать неделями.

Но этих недель у них не было, поэтому Трол попробовал наверстать упущенное как можно скорее… Но так ничего и не добился. Вернее, ему показалось, что не добился, потому что Ибраил радовался своей идее использовать этот доспех, и утверждал, что у Трола все получается. Да и Келга, когда увидела Возрожденного, облитого броней, восхищено поцокала языком.

А вот Кола и Лукас хмурились. Им казалось, что Трол явно не дотягивает до необходимых для похода кондиций. Но лишь до того вечера, который предшествовал вылету с Алдуина, когда Трол решил помахать мечами в вольном темпе, но в полную силу. Для того чтобы вышло потруднее, он использовал свои более неуклюжие тренировочные мечи. Отошел от трактира к морю, выбрал место неподалеку от могил Ровата, Крохана и Бужа и попытался вспомнить хотя бы азы, с которых начинал обучение в пещере Учителя.

Разумеется, он не сумел добиться своей настоящей скорости ударов, подзабыл постановки ног, которые сам же выдумал, разучился действовать короткими рывками, как делал с мечами саджей, и у него почти ничего не выходило с работой всем телом и двумя мечами одновременно. Но когда он решил, что для начала достаточно и вернулся в трактир, глаза Лукаса стали еще уже, чем обычно. Оказалось, наемник сходил и посмотрел на эту тренировку вдвоем с принцем. И если принцу видеть Трола с оружием было не в новинку, то наемник не мог прийти в себя.

– Я не понимаю… Никогда не видел ничего подобного, Трол, – пояснил он свое состояние за ужином. – Это что-то… демонское.

Трол не ответил. Лишь покачал головой, выдавая свое сомнение, неудовольствие и признаваясь в некотором чувстве растерянности, от которого не мог избавиться.

– Посмотришь на него, когда он войдет в силу, – пояснил Ибраил, как всегда аккуратно отщипывая кусочки еды со своей тарелки смуглыми пальцами.

– Ты мог бы… – Наемнику все еще не хватало слов. – Ты мог бы выйти один против полудесятка таких мечников, как я. Хотя прежде мне казалось, что я не последний в этом искусстве.

– Не думаю, что полдесятка бойцов твоей школы могли бы сдерживать Трола дольше, чем пару минут, – хладнокровно отозвался Кола. – Даже полдесятка таких, как я, Трол сейчас бы разделал под орех и, возможно, не запыхался при этом. Но это, вынужден признать, еще очень далеко от того, что он умел прежде.

Слово за слово, но обоим новичкам пришлось рассказать, что тут произошло на самом деле. Оказалось, что легенды, которые ходили по острову о бое Возрожденного с Поллыром, Свартой и привидением, сильно переоценивали Трола, но в целом недооценивали эту победу. Как такое могло получиться, осталось для Трола непонятным, наверное, потому, что неправильно была учтена подлинная сила его противников. Но, в общем, он не слишком вникал в эту проблему, она его не интересовала.

Выкупавшись, все улеглись спать. А утром, чуть свет, поднялись, вывели птиц из конюшни, нагрузили всем, что собирались взять с собой в поход, и поднялись в воздух. Трол объяснил обоим новичкам, что им не следует выходить на острие клина, которым обычно летели фламинго, даже если птицы попробуют занять эту позицию самостоятельно. У них была еще слишком несовершенная техника пилотирования. Зато в начале полета через море Трол пропустил вперед Келгу, и она выдерживала свою лидерскую позицию куда дольше, чем можно было ожидать.

Светлеющее внизу под лучами восходящего солнца море начинало отливать все более глубокой зеленью. И блеском – ясным и радостным, как улыбка любящей девушки. Ветер привычно посвистывал в ушах, крылья птиц работали мерно и уверенно, а сами фламинго, выстроившись косым клином, радовались жизни и стремились к новым просторам. Но Трол почему-то побаивался радоваться, опасался, что ослабеет раньше других, к тому же и боль в колене не проходила ни на минуту. Он знал, что лишь окончание пути, когда все устанут, проявит их возможность добраться до северного берега.

Почему-то, как это уже случалось, первой стала уставать заводная птица. Она отстала, поорала, догнала стаю, но войти в ее ритм уже не могла. Чуть ли не с середины пути она стала сбиваться, ее махи сделались чуть замедленнее, чем нужно, а на последней трети пути она отстала уже совершенно безнадежно. Трол как раз вышел вперед и ментально спросил Ибраила, не может ли он помочь выдохшемуся фламинго.

Маг некоторое время не отвечал, потом резковато предложил не сбавлять темп. Лишь тогда Трол понял, что маг и без того помогает всем птицам, которые несли наездников. Больше Трол его не беспокоил, у Ибраила в самом деле было много работы.

Незадолго до того, как показался берег, вперед уже во второй раз вышла Келга, сменив принца. Кола очень старался, он даже слегка подгонял свою птицу, чтобы показать всем, что добился почти такого умения летать, как Трол с Ибраилом. Но это и вывело его фламинго из равновесия. Птица устала, правда чуть меньше, чем фламинго Лукаса и Корка.

Моряк перенес этот полет лучше наемника. Он не боялся почти до конца, а вот Лукас стал нервничать примерно с середины дистанции, и эта нервозность, естественно, передалась его фламинго. Они тоже пару раз отставали, тогда клину приходилось чуть притормаживать, потому что без помощи идущих впереди птиц он до берега не долетел бы. Но зато, когда появился берег, Лукас мигом успокоился и действовал вполне уверенно.

Береговую полосу пересекли часа за три до заката, и птица Лукаса тут же попробовала сесть на галечно-песчаную отмель, выдававшуюся в море на пару миль. Ибраил резковато подхватил ее, накачал магией, и они проделали еще миль пять до нормальной поляны с травой и свежим ручьем, стекающим с невысоких тут холмов. Трол отлично его понимал: они лишились заводного фламинго, и им следовало искать воду и траву, чтобы птицы могли попастись.

4
{"b":"31851","o":1}