ЛитМир - Электронная Библиотека

Стремительно разворачиваясь, Ланкастер шагнул к больному «ведуну» и с размаху ударил его носком ботфорта в затылок.

– Командир… – голос был непривычно слабым, и Виктор тотчас обернулся, ожидая увидеть раненого, но нет – перед ним стоял Деллинг, без шлема, дрожащий: он держал за руки, схватив своей громадной чешуйчатой перчаткой сразу множество крохотных ладошек, девятерых детей. Самому старшему было лет пять – все они, бледные до синевы, едва держались на ногах. Еще двух крох, вряд ли умеющих ходить, широченный унтер уместил на своем наплечнике, придерживая их свободной рукой.

– Мо-озес! – надрываясь, крикнул Ланкастер. – Вашу мать, почему на поле боя только один врач? Мозес!!!

Чечель был уже здесь, – бросив раненых эсис, он осторожно оторвал детей от Деллинга, и, шепча им что-то, отвел их в сторону – малышей нес лейтенант медслужбы, спустившийся с катеров. Унтер, не спрашивая разрешения, присел на поваленный ствол и потянул из кармана сигарету.

– Мастер-унтер-офицер Деллинг, встать! – сглотнув, непривычно тихо приказал Виктор.

Офицеры штаба, находившиеся рядом, по привычке вытянулись и обменялись недоуменными взглядами. Рауф на всякий случай стянул с головы шлем и приблизился к командиру.

– Ваша милость… – начал он, но Ланкастер отодвинул его легким движением ладони.

Деллинг неловко поднялся. Он был по-прежнему бледен; рука отшвырнула зажженную сигарету, глаза смотрели вниз. Унтер вздохнул, но встретить взгляд командира не сумел.

– Поздравляю вас лейтенантом. – Легион-генерал Ланкастер говорил тихо, слишком тихо. – И, – сейчас голос его возвысился, – Крестом Конфедерации в Золоте. Рауф! Где пленные?

– Что делать с женщинами? – негромко спросил кто-то за его спиной.

– Сжечь, – не оборачиваясь, ответил Ланкастер. – Все равно им подыхать. А хоронить их я не позволю.

Он подошел к «ведуну», пнул неподвижное тело ногой. Эсис открыл глаза. Виктор тотчас же ощутил удар в области затылка, но сейчас ему это было не страшно.

– Твои друзья подохнут относительно быстро, – Ланкастер вытянул из внутреннего кармана куртки сигару и, щелкнув зажигалкой, пустил в затененное ветвями небо струйку безразличного ко всему дыма. – А тебя я засуну в форсажную камеру маршевого двигателя моего линкора. Ты будешь подыхать часов десять. Ты, кажется, боишься смерти? О, ты вспомнишь все свои страхи с самого рождения!

И он, как всегда, исполнил свое обещание – главный инженер «Бегемота», облаченный в скафандр, распахнул тяжеленный люк, двое солдат в таких же скафандрах впихнули в узкий тоннель длинное, отчаянно изгибающееся тело, и люк закрылся. Ланкастер, сидевший в кресле второго пилота, хмыкнул и потянул на себя тугой сектор газа маршевых двигателей.

Так он учился ненавидеть.

Глава 7.

1.

Где-то за окнами шумел океан, и этот ровный, пульсирующий в висках гул мог свести с ума – он то приближался, то откатывался куда-то за пределы реальности, чтобы вернуться вновь, но не ласково, не умиротворяюще, а наоборот, с тяжкой туманной угрозой. Ланкастер потянулся, чтобы закрыть наконец оконную раму, и в этот момент проснулся. Над головой зеленовато тлел плафон дежурного освещения. Окна, разумеется, были герметично закупорены, а от ближайшего моря его отделяла не одна тысяча километров.

– Черт, – сказал Виктор. – Адъютант, прикажите дежурному повару подать кофе и что-нибудь перекусить.

Он прижал пальцем управляющий сенсор плафона, в кабинете вспыхнул общий свет. Виктор сел на постели, свесив ноги на пол, и прикрыл глаза. Было понятно, что теперь уже не уснуть. Самым смешным выглядел тот факт, что проклятые нервы сдали уже после войны, после допросов в военной прокуратуре, вообще после в с е г о. Смешно и глупо, хотя, по уверениям Чечеля, обычно так и бывало, не он первый, не он последний…

«Другим снятся кошмары, – подумал Виктор, натягивая рубашку. – По крайней мере, содержательно…»

Он умылся, растер лицо горячим полотенцем, и без всякого удовольствия посмотрел на поднос, принесенный адъютантом – горстка риса в чашечке, кусочки копченого осьминога, тонкие ломтики жареной утки, овощное ассорти. Поднос выглядел игрушечным натюрмортом, так готовил сержант Лаурен, большой мастер подавать на званых обедах. Сейчас Ланкастер предпочел бы обычный кусок ветчины, но обижать старательного повара не следовало. Даже здесь, хмыкнул он, я во всем завишу от подчиненных.

В спальне было прохладно, однако включать отопление генерал не стал – так, пожалуй, лучше думается. Он накинул на плечи любимый старый свитер, взял поднос и прошел в кабинет. От белой рисовой пирамидки поднималась тоненькая струйка пара, такая же ненавязчиво-изысканная, стильная, как и весь этот неожиданный ночной завтрак. После первого глотка кофе почему-то запершило в горле. Виктор кашлянул и с недоумением уставился на верещащий экстренным вызовом блок внутренней связи. Это был не Рауф – случись что, они вышли бы по боевому каналу в обход дежурных служб. Кто мог решиться поднимать командира в такое время?..

– Слушаю командир.

– Ваша милость, – адъютант казался удивленным. – Вас требует полковник Томор, срочно.

– Переключайте.

«Что там у тебя? – тревожно кольнуло шею. – ЧП? Вряд ли так просто…»

– Господин генерал, простите. Я не стал бы тревожить вас, но мои офицеры считают, что это было необходимо.

– Я не спал, Антал. Что у вас, говорите…

– Произошла очень странная история. У нас тут стоит новейшая система наведения, ее в последний год разработали, и работать с настройками пока трудновато. Поэтому мои люди гоняют ее день и ночь, посменно… в общем, наш «глаз» видит гораздо больше, чем все его загоризонтные предшественники. Вроде бы обычный «трикс», то есть с тройным отражением от ионосферы, но у него специфические возможности.

– И что вы там увидели? – Виктор поставил чашку на стол и незаметно для себя прикусил изнутри щеку.

– Да вот, у меня такое ощущение, что вблизи экватора был какой-то выброс энергии…

– Что значит «какой-то»? Вы что, не можете определиться?

– В том-то и дело. Кажется, мои инженеры перемудрили с настройками, и на какое-то время вывели из строя весь аналитический блок, он просто перестал отзываться на все запросы. Но тут вот еще… какой-то след в атмосфере, что ли… выглядит так, как будто был проход некоего энергетического сгустка до верхних слоев, причем без отражения.

– С выходом за пределы атмосферы? – Ланкастер сжал кулак.

– Насколько я могу понять, нет. След был нестабилен и исчез практически сразу же. Потому я и беспокою вас – у меня тут есть инженер: когда-то она училась на планетолога, потом летала, после списания переучилась, – неважно… она бросила мысль, что это может быть извержение вулкана. Недра, по ее словам, иногда преподносят самые странные сюрпризы.

– Так отправьте туда катер.

– У меня нет таких машин. Это больше десяти тысяч километров, а у меня только «джипы»… Может быть, вы переориентируете свой орбитер? Для него это вопрос нескольких минут, не понадобится даже далеко отгонять.

– Обождите, Томор. Вам приходилось видеть след прохождения плазмозащищенных челноков эсис?

Полковник помолчал.

– Приходилось.

– И?..

– Во-первых. Я видел это сверху вниз, и ни разу наоборот. Во-вторых, я работал на другой аппаратуре. Но все же… нет.

– Вы уверены?

– Точно нет, не тот спектр. Не тот шлейф, я бы сказал. Впрочем, вы, наверное, не поймете.

– В этой области профессионал у меня один – вы. Но… тогда что же?

– Вы сами понимаете, – Томор виновато вздохнул, – теперь уж не уснем. Посмотрите своими силами, это же не слишком сложно?

– Я представляю себе реакцию моего главного инженера… но с вами я согласен, гм… полностью. Сейчас будем что-то решать. Готовьте мне карту, что ли – где там этот вулкан?

«Или он умнее, чем кажется, или я подозрительный идиот. Или?.. или?»

29
{"b":"31926","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Тайная опора. Привязанность в жизни ребенка
Исцеление от травмы. Авторская программа, которая вернет здоровье вашему организму
Неправильные
Hygge. Секрет датского счастья
Тихий человек
Не надо думать, надо кушать!
Продать снег эскимосам
Настоящая любовь
Необходимые монстры