ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Все это имеет чисто астрономическое, магическое и эзотерическое значение. Читающий эти таблички сразу узнает библейское повествование; и будет судить в то же время о том, как искажена великая вавилонская поэма евгемеризованными персонажами – низведенными с их возвышенного положения богов в простые патриархи. Недостаток места не позволяет нам полностью углубиться в эту библейскую пародию на халдейские аллегории. Поэтому мы только напомним читателю, что по признанию наиболее нерасположенного свидетеля – такого как Ленорман, сперва изобретателя, и затем поборника аккадийцев – халдео-вавилонская Троица, помещенная под Илоном, непроявленным божеством, состоит из Ану, Нуах и Бэла. Ану есть изначальный хаос, божественное время и мир одновременно, χρόνος и κόσμος, несотворенная материя, исходящая из единого и основного начала всего. Что же касается Нуах, то, согласно тому же востоковеду, он есть:

«…разум, мы охотно скажем – слово, которое оживляет и оплодотворяет материю, которое пропитывает вселенную, направляет и заставляет ее жить; и в то же время Нуах есть повелитель принципа влаги; Дух движущийся по водам».

Не самоочевидно ли все это? Нуах (Nuah) есть Ной (Noah), носящийся по водам в своем ковчеге, причем последний – эмблема Аргха или Луны, женского начала. Ной есть «дух», падающий в материю. Мы находим его, как только он спускается на землю, сажающим виноградник, пьющим вино и опьяняющимся им, то есть, чистый дух становится опьяненным, как только он окончательно погружается в материю. Седьмая глава «Бытия» есть лишь иное изложение первой. Таким образом, тогда как последняя читается: «… и тьма была над бездной. И Дух Божий носился над водою», в седьмой сказано: «… и умножилась вода… и ковчег плавал [с Ноем-духом] по поверхности вод». Таким образом, Ной, если он тождественен халдейскому Нуаху, есть дух, оживотворяющий материю, которая позднее является хаосом, представленным как бездна или же как воды потопа. В вавилонской легенде именно Иштар (Астарта или Венера, богиня Луны) заперта в ковчеге и высылает голубя (эмблема Венеры и других лунных богинь) на поиски суши. Тогда как в семитских табличках это Ксизутр или Хасисадра, «который за свое благочестие был приобщен к богам», – в Библии это Енох, который ходил перед Господом и – будучи взят Богом к себе – «исчез».

В последовательное существование неисчислимого количества миров до последовавшей за ними эволюции нашего нынешнего мира верили все древние народы и этому учили. Наказание христиан за присвоение древних записей евреев и отказ от истинного ключа к этим записям началось в самых ранних веках. И таким образом мы находим, что святые отцы церкви трудились и путались в невозможной хронологии и в нелепостях буквального толкования, тогда как ученые раввины были прекрасно осведомлены о действительном значении своих аллегорий. Так, не только в «Зогаре», но также и в других каббалистических трудах, признаваемых талмудистами, как, например, «Мидраш Берашет» или универсальная «Книга Бытия», которые вместе с «Меркаба» (колесница Иезекииля) составляют «Каббалу», – можно найти доктрину о целой серии миров, образующихся из хаоса и последовательно подвергающихся разрушению.

Индусские доктрины учат о двух пралайах или растворениях: одна всеобщая, маха-пралайа, другая частичная или меньшая пралайа. Последняя не имеет отношения ко всеобщему растворению, которое наступает в конце каждого «Дня Брахмы», но относится к геологическим катаклизмам в конце каждого малого цикла нашей планеты. Этот исторический и чисто местный потоп Центральной Азии, предания о котором могут быть найдены в каждой стране и который, по мнению Бунзена, произошел около 10 000 лет до Р. X., – не имеет никакого отношения к мифическому Ною, или Нуаху. Они гласят, что частичные катаклизмы происходят в конце каждого «века» мира, которые не разрушают его, но только изменяют общую его внешность. Новые расы людей и виды животных и новая растительность развиваются из растворения предыдущих.

Аллегории «грехопадения человека» и «потопа» являются двумя наиболее важными чертами Пятикнижия. Они, так сказать, представляют Альфу и Омегу, высочайший и нижайший ключи гармонической гаммы, по которой звучат величественные гимны сотворения человечества; ибо они раскрывают тому, кто ставит вопросы Зуре (фигуративной Гемантрии), процесс человеческой эволюции от высочайшего духовного существа до нижайшего физического – послепотопного человека; как в египетской иероглифической системе, где каждый знак пиктографического письма, который не соответствует внутренности обведенной определенной геометрической фигуры, может быть отвергнут как нарочная маскировка, умышленно введенная священным иерограмматистом, – также многие подробности в Библии требуют такого же обращения, и следует принимать во внимание только те части, которые отвечают числовым методам, преподанным в «Каббале».

В индусских книгах потоп появляется только в виде предания. Оно не претендует на священность, и мы находим его только в «Махабхарате», в «Пуранах», и в еще более ранней «Шатапатха», одной из позднейших «Брахман». Более чем вероятно, что Моисей или кто-то другой, писавший вместо него, пользовался этими повествованиями как основою для своей собственной умышленно искаженной аллегории, добавив к ней еще халдео-беросские повествования. В «Махабхарате» мы узнаем Нимрода под именем царя Дайтха. Происхождение греческого мифа о титанах, взбирающихся на Олимп, и другого мифа о строителях Вавилонской башни, стремившихся достичь небес, явлено в нечестивом Дайтха, который посылает навстречу небесным громам проклятия и грозится завоевать со своими могучими воинами само небо, чем навлекает на человечество гнев Брахмы.

«Тогда Господь решил», – говорится в тексте, – «поразить свои творения страшным наказанием, которое должно было послужить предостережением для тех, кто выживут, а также для их потомков».

Вайвасвата (который в Библии становится Ноем) спасает маленькую рыбку, которая оказывается аватаром Вишну. Рыбка предупреждает праведного человека, что вся земля скоро будет затоплена, что все живущие на ней должны погибнуть, и приказывает ему построить судно, в которое он должен перейти со всею своею семьею. Когда судно готово, и Вайвасвата запер в нем вместе со всею своею семьею семена растений и пары от всех животных, и начинает лить дождь, гигантская рыба, вооруженная рогом, становится перед носом ковчега. Праведник, следуя ее указаниям, привязывает к рогу канат и рыба проводит ковчег целым через бушующие стихии. В индусском предании число дней, в течение которых продолжается потоп, в точности совпадает с числом в Моисеевом повествовании. Когда стихии успокоились, рыба привела ковчег на вершину Гималаев.

Многие ортодоксальные комментаторы считают это повествование заимствованным из Моисеевых «Писаний».[505] Но, несомненно, если бы такой всеобщий катаклизм когда-либо имел место в пределах человеческой памяти, то некоторые из памятников египтян, из которых многие относятся к такой невероятной древности, отметили бы это происшествие, заодно с рассказом о позоре Хама, Ханаана и Мизраима, их предполагаемых предков. Но до сих пор не найдено ни малейшего намека на такое бедствие, хотя Мизраим определенно относится к первому поколению после потопа, если в самом деле не является допотопным. С другой стороны, халдеи сохранили это предание, как об этом свидетельствует Берос, и древние индусы также имеют вышеизложенную легенду. Таким образом остается только одно объяснение тому чрезвычайному факту, что из двух одновременных и цивилизованных наций, как Египет и Халдея, одна не сохранила никакого предания, хотя имела самое прямое отношение к этому событию, – если верить Библии, – а другая сохранила. Потоп, отмеченный в Библии, в одной из «Брахман» и во «Фрагменте» Бероса, относится к локальному новоднению, которое 10 000 лет до Р. X., по мнению Бунзена, а также по брахманским зодиакальным вычислениям, изменило всю поверхность Центральной Азии.[506] Поэтому, вавилоняне и халдеи могли узнать об этом от своих таинственных гостей, окрещенных некоторыми ассирологами аккадийцами, или, что еще более вероятно, они сами, возможно, являлись потомками тех, кто обитал в затопленных местностях. Евреи заимствовали от последних это повествование, как и все другое; брахманы могли записать предания стран, в которые они сперва вторглись и где, вероятно, обитали до того, как основались в Пенджабе. Но у египтян, первые поселенцы которых, очевидно, пришли из Южной Индии, было меньше причин отмечать этот катаклизм, так как их он, возможно, никогда не задел иначе, как только косвенно, поскольку наводнение ограничилось Центральной Азией.

вернуться

505

«Мертвая буква, которая убивает» во всем блеске показана в случае иезуита дэ Кариера, цитированного в «Bible dans l'Inde» [373]. Нижеприведенное рассуждение представляет собою дух всего католического мира: «Так что сотворение мира», – пишет этот верный сын Лойолы, объясняя библейскую хронологию Моисея, – «и все то, что написано в „Бытии“, могло стать известным Моисею путем повествований, лично переданных ему его отцами. Возможно даже, что среди израильтян живы еще были воспоминания, и из этих воспоминаний он мог записать даты рождений и смертей патриархов, перечисление их детей и имена различных стран, где они обосновались под водительством Святого Духа, которого мы всегда должны рассматривать как главного автора священных книг»!!

вернуться

506

См. главу XV и последнюю первой части.

132
{"b":"31937","o":1}