ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
День из чужой жизни
Соблазненная по ошибке
Сабанеев мост
Записки путешественника во времени
Женщины, которые любят слишком сильно. Если для вас «любить» означает «страдать», эта книга изменит вашу жизнь
Как бы ты поступил? Сам себе психолог
Сила Киски. Как стать женщиной, перед которой невозможно устоять
Ореховый Будда
Цель. Процесс непрерывного совершенствования
Содержание  
A
A
Тайная доктрина. Том III - i_012.png

Хорошо известно, что самыми ранними христианскими эмблемами – прежде, чем были совершены попытки изобразить телесный вид Иисуса – были Агнец, Добрый Пастырь и Рыба. Происхождение последней эмблемы которая так смущала археологов, становится таким образом понятным. Весь секрет заключается в том легко улавливаемом факте, что, несмотря на то, что в «Каббале» царь-мессия называется «Толкователем», или Раскрывателем тайны, и указан, как пятая эманация, в «Талмуде» – по причинам, которые мы сейчас объясним – мессия очень часто обозначается как «Даг», или рыба. Это – наследие от халдеев, и относится – как показывает само имя – к вавилонскому Дагону, человеку-рыбе, который был наставником и толкователем для людей, которым он показывался. Абарбанель объясняет это имя, утверждая, что знаком времени прихода его (мессии) «является соединение Сатурна и Юпитера в знаке одиака] Рыб».[273] Поэтому, так как христиане намеревались отождествить своего Христоса с мессией Ветхого Завета, – они приняли его столь охотно, что забыли, что его истинное происхождение можно проследить еще дальше назад, чем вавилонский Дагон. С каким пылом и подробностями ранние христиане объединяли идеал Иисуса с каким только можно каббалистическим и языческим учением, можно заключить из слов Климента Александрийского, обращенных к своим единоверцам.

Когда они обсуждали выбор наиболее подходящего символа, который напоминал бы им об Иисусе, Климент посоветовал им следующими словами: «Пусть резьба на гемме вашего кольца изобразит или голубя или лодку, гонимую ветром (аргха), или рыбу». Находился ли этот добрый отец, когда писал это, под впечатлением воспоминания об Иошуа, сыне Навина (называемом Иисусом в греческой и славянской версиях), или же он забыл действительное толкование этих языческих символов? [274]

А теперь с помощью всех этих отрывков, разбросанных то тут, то там по «Изиде» и другим такого рода трудам, читатель увидит и сможет судить сам, которое из двух объяснений – христианское или объяснение оккультистов – ближе к истине. Если бы Иисус не был посвященным, почему тогда были бы даны все эти аллегорические события его жизни? Почему принимать на себя столько хлопот и тратить столько времени, стараясь подвести вышесказанное, чтобы оно: а) отвечало и совпадало с преднамеренно подобранными изречениями в Ветхом Завете, чтобы продемонстрировать их, как пророчества; и б) чтобы сохранить в них посвятительные символы, эмблемы, так насыщенные оккультным значением, причем все они принадлежат мистической философии язычников? Автор «Источника мер» выдает это таинственное намерение, но только еще раз и опять в его одностороннем, числовом и каббалистическом значении, не обращая никакого внимания и не касаясь его первичного и более духовного происхождения; и он занимается им постольку, поскольку оно имеет отношение к Ветхому Завету. Он приписывает намеренное изменение в изречении «Eli, Eli, lama sabachthani» уже упомянутому принципу скрещенных костей и черепа в Лабаруме,

Как эмблеме смерти – помещенной над дверью смерти и означающей рождение – или взаимовмещения двух противоположных принципов в одном, точно так же, как, мистически. Спаситель считался муже-женщиной.[275]

Идея автора заключается в том, чтобы показать, как евангельские писатели мистически сливают Иегову, Каина, Авеля и т. д. с Иисусом (соответственно еврейскому каббалистическому исчислению); чем более он в этом успевает, тем более ясно он демонстрирует, что то было навязанное слияние, и что у нас нет записей о действительных событиях жизни Иисуса, рассказанных очевидцами или апостолами. Все повествование обосновано на знаках Зодиака:

Каждый был двойной знак или муже-женский (в древней астрологической магии) а именно: это был Телец-Ева, и Скорпион был Марс-Луна, или Марс с волчицей (в отношении Ромула). Поэтому, так как эти знаки были противоположениями друг друга, все же встречались в центре, они были соединены; и так, фактически, это и было, и в двойном смысле, зачатие года было в Тельце, также как зачатие Евы Марсом, ее противоположением, в Скорпионе. Рождение было бы во время зимнего солнцестояния, или на Рождество. Наоборот, зачатием в Скорпионе – а именно, Луны Тельцом – рождение было бы во Льве. Скорпион был Хрестос в унижении, тогда как Лев был Христос в торжестве. В то время как Телец-Ева выполнял астрономические функции, Марс-Луна выполнял духовные функции по своему типу:[276]

Автор обосновывает все это на египетских соотношениях и значениях богов и богинь, но игнорирует арийских, которые гораздо древнее.

Мут, или Моут было египетским прозвищем Венеры (Евы, матери всего живого) (как Вак, матерь всего живого, пермутация Адити, так как Ева была одной из Сефир), или Луны. Плутарх («Isis», 374) отмечает, что Изиду иногда называют Мут, это слово означает матерь. ... (Исса, יאשה, женщина) («Isis», 372). Изида, говорит он, есть та часть природы, которая, будучи женской, содержит в себе, как (нутрикс) кормилица, все, что рождаться должно. ... «Конечно, Луна», выражаясь астрономически, «главным образом выполняет эту функцию в Тельце, Венера – дом (в противоположение Марсу, породителю, в Скорпионе), потому что знаком является luna, hypsoma. Так как Изида Metheur отличается от Изиды Мут, и в слове Мут может быть сокрыто понятие рождения, и так как должно иметь место оплодотворение, причем Sol соединяется с Luna в Весах, то не является невозможным, что Мут сперва, действительно, означает Венеру в Весах: отсюда – Луну в Весах». (Beitrage zur Kenntniss, pars. 11, S. 9, под «Muth».)[277]

Затем под «Боху» цитируется Фуэрст, чтобы показать:

Двойную игру со словом Мут, с помощью которой оккультно осуществляется действительное намерение... грех, смерть и женщина едины в этом глифе и соответственно связаны со сношением и смертью.[278]

Все это применено автором только к экзотерическим и еврейским евгемеризованным символам, тогда как они предназначались, прежде всего, для того, чтобы сокрыть космогонические тайны, и затем – тайны антропологической эволюции в отношении семи Рас, уже совершивших свою эволюцию и будущих, и в особенности что касается последних подрас третьей коренной расы. Однако слово пустота (первичный Хаос) показано, как принятое за Ева-Венера-Наама, согласно с определением Фуэрста; ибо, как он говорит:

В этом первичном значении (пустоты) был בחן (боху) взят в библейскую космогонию и использован в установлении догмы יש מאיו

Иис(ус) m'aven,(Иис-ус из ничего), в отношении сотворения. (Что показывает, что составители Нового Завета были весьма искусны в «Каббале» и оккультных науках, и еще больше подтверждает наше утверждение.) Вследствие этого Аквила переводит ουδεν vulg. vacua (откуда и vacca, корова) (отсюда также и рога Изиды – Природы, Земли и Луны – взятые от Вак, индусской «Матери всего, что живет», отождествленной с Вирадж и названной в Атхарваведе дочерью Камы, первых желаний: «Эта твоя дочь, о Кама, называется коровой, та, которую мудрецы называют Вак-Вирадж, которую доил риши Брихаспати, что является другой тайной) Онкелос и Самарит ויקבי.

вернуться

273

Кинг («Гностики») приводит фигуру христианского символа, весьма обычную в Средние века, состоящую из трех рыб, образующих треугольник, на котором выгравированы ПЯТЬ букв (очень священное пифагорейское число) Ι, Χ, Θ,Υ, Σ. Число пять относится к тому же каббалистическому вычислению.

вернуться

274

«Разоблаченная Изида», II, гл. 6.

вернуться

275

См. указанное издание. Все это связывает Иисуса с великими посвященными и солнечными героями; все это чисто языческое, в нововведенном варианте, по христианской схеме.

вернуться

276

Там же, 296.

вернуться

277

Стр. 294, 295.

вернуться

278

Стр. 295.

44
{"b":"31938","o":1}