ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Снежная роза
Ненужные (сборник)
Последняя миссис Пэрриш
Здоровое питание в большом городе
Няня для олигарха
Кузнец душ
Код да Винчи
Хватит быть хорошим! Как прекратить подстраиваться под других и стать счастливым
Роза любви и женственности. Как стать роскошным цветком, привлекающим лучших мужчин
A
A

– И она тоже не проявляла настойчивости?

– Прежде чем отвечу на этот вопрос, сперва задам свой…

– Какой? – гаркнул он.

– Кому первому пришло в голову, что ваша вторая жена по своей доброй воле бросилась с двадцатого этажа? – спросил я. – Судя по всему, это была ваша мысль, не так ли?

– Убирайтесь вон! – прорычал он. – И побыстрее! Иначе я могу забыть, что вы – лицо официальное!

Я неторопливо направился к своему «остину», который стоял у дороги, и сел за руль. На моих часах была уже половина третьего ночи, и я подумал, что вряд ли мне удастся вообще поспать сегодня ночью.

Через несколько минут я уже мог увериться в том, что вечер у Шепли в полном разгаре. Ритмы музыки, доносившиеся из дома, были столь оглушительны, что перекрывали шум мотора моей спортивной машины, хотя я был еще в полумиле от этого дома. Когда я наконец остановил машину у подъезда с колоннами, какофония была уже настолько оглушительной, что я начал серьезно подумывать о том, чтобы заткнуть чем-нибудь уши.

Дверь дома была распахнута настежь, поэтому я безо всяких помех сразу вошел в холл.

Навстречу мне, плавно покачиваясь, шла девушка с иссиня-черными блестящими волосами и с любопытством во взоре. На ней была надета белая туника с разрезом, который почти достигал талии, и было явно заметно, что тонкий светлый шелк не в состоянии справиться с тем избытком жизни и энергии, который проявлялся в ее полных и сочных грудях. Туника заканчивалась там, где берут свое начало ноги, а отрытые сандалии со шнуровкой до самых колен завершали греческий наряд.

– Вы слишком поздно пришли, – сказала она мне. – И, кроме того, вы почему-то совершенно не посчитались с тем, что идете на маскарад. Как вы могли появиться здесь в этом мятом и поношенном костюме?

– Я ищу кого-нибудь из Шепли, – сказал я.

– Говорите громче! – прокричала она. – При такой идиотски громкой музыке нельзя разобрать даже своих собственных слов.

– Ищу Шепли! – прокричал я.

– Что-о?

Она наклонилась ко мне, чтобы лучше услышать мои слова, и нежный шелк подался… На меня своими глазами уставилась дынеобразная красавица, называемая женской грудью.

– Простите, – сказала девушка как ни в чем не бывало и тут же засунула свое хозяйство туда, где оно и должно было пребывать. – Вы, кажется, что-то сказали?

– Я ищу Шепли, – закричал я изо всех сил.

И как раз в тот момент, когда я был на середине этой короткой фразы, какой-то идиот выключил стереопроигрыватель.

– Чего вы так разорались? – холодно посмотрела на меня брюнетка. – Дэвид и Марта должны быть где-то здесь. Будет лучше всего, если вы сами постараетесь их отыскать.

– С таким лицом и фигурой, как у вас, – сказал я на прощание, – вы можете потопить сразу сотню кораблей вместе с экипажем.

Войдя в гостиную, я сразу же столкнулся с какой-то огромной гориллой, которая заигрывала с миловидной девушкой в матросском костюме. В помещении находилось около десятка людей. Некоторые были в масках, другие в вечерних туалетах, а одна парочка в углу практически вообще не была одета. Все свое время они, казалось, поделили между поглощением напитков и сюсюканьем. Была здесь и индивидуалистка – златокудрая красавица, которая, стоя на столе, медленно скидывала с себя одежду. Видимо, она начала свой стриптиз под музыку и теперь по инерции продолжала раздеваться. Когда она нагнулась для того, чтобы скинуть с себя штанишки, какой-то старый пират укусил ее за ягодицу. Златоглавка громко вскрикнула и, сделав огромный прыжок, приземлилась на ковре из искусственной леопардовой шкуры. Я успел схватить за руку пирата как раз в тот момент, когда он хотел последовать за ней через стол.

– Я ищу Шепли, – сказал я. – Или его, или ее – мне совершенно безразлично.

– Ого! Значит, вам совершенно безразлично, с кем иметь дело: с мужчиной или женщиной? – еле проговорил он заплетающимся языком. – А я все-таки предпочитаю женщин, приятель! И особенно рыжих… Вон та стройная рыжуха, запомни, она моя!

Он оттолкнул меня, издал какой-то победный дикарский клич и, перелетев через стол, приземлился со страшным грохотом на златокудрую красотку. Тогда я обратил внимание на парочку, лежавшую на диване, может быть, они мне помогут. Но приглядевшись к ним повнимательнее, я решил, что в этот момент их беспокоить не стоит.

Снова в поле моего зрения попала черноволосая гречанка. Она наплывала на меня – медленно, но вполне целеустремленно. Я понял, что неизбежного не миновать, и покорился судьбе, не двигаясь с места. Подойдя ко мне вплотную, она остановилась и перевела дыхание. Нежная шелковая тушика опять не выдержала и подалась.

– Прошу прощения! – Она автоматическим движением положила свою правую грудь на место, под нежную материю. – Я вас правильно поняла: вы ищете Шепли, не так ли?

– Совершенно верно. – Я обрадованно закивал.

– Я только сейчас вспомнила, что я как раз и есть Шепли, – сказала она с очаровательной улыбкой.

– А где ваш супруг? – осведомился я.

– В кабинете, – ответила она. – Он не любит веселья и вечеринок. Не вообще, а только и именно сегодняшнюю, потому что он сегодня приблизился к малютке Меллор ближе, чей нужно, и за этот маневр получил от ее мужа в нос. А Дэвид очень не любит, когда его бьют в нос. Особенно же в тех случаях, когда бьют до крови.

– Спасибо за сведения, – поблагодарил я. – Где его кабинет?

– В задней части дома… – Ее пьяные глаза все время тщетно пытались сфокусироваться на мне. – Отсюда вы не попадете к нему. Вам нужно вернуться обратно в холл, а оттуда уже идти в его кабинет.

Из-за ее плеча возникло сладострастное лицо гориллы. Лапами она схватила ее за груди.

– Это моя девушка, – раздался хриплый голос из-под маски. – Ты – Джейн, а я – горилла. Гориллы намного лучше Тарзана. Горилла это все равно, что два Тарзана вместе.

– Извините, – брюнетка вежливо улыбнулась мне. – У вас не найдется огонька?

– Конечно, найдется.

Я протянул ей коробку спичек.

– Благодарю! Я сейчас освобожусь!

Она зажгла спичку и поднесла ее к лапе гориллы. Синтетический мех вспыхнул с необыкновенной легкостью. Из-под маски гориллы вырвался громкий крик ужаса. А в следующее мгновение горилла, вся объятая клубами дыма, уже мчалась к двери.

– Он знает, где здесь бассейн, – совершенно спокойно ответила на мой взгляд брюнетка. – Поверьте мне, холодная ванна не принесет ему ничего, кроме пользы.

– Только что он охотился за какой-то девушкой в матросской куртке, – сказал я. – И она, казалось, не очень спешила от него избавиться. Он бы ее обязательно поймал, если бы проявил хоть немножко больше ловкости.

– Он, наверное, ее все-таки поймал, – не согласилась она. – Только такой близорукий болван, как Пол, может додуматься до того, чтобы напялить на себя узкую маску, которая не оставляет места для очков. Возможно, что он мог натолкнуться и на свою собственную жену. А кто вас пригласил на вечер?

– Никто, – ответил я. – Но мне крайне необходимо поговорить с вашим супругом.

– Я вас провожу к нему.

Плавно покачивая бедрами, она направилась к двери, а потом вдруг легко перепрыгнула через пирата и златокудрую красавицу, которые катались на полу. Мы вошли в холл, и я направился вслед за Мартой Шепли по коридору к кабинету ее супруга.

Человеку, который вяло сидел в кресле, держа в руках стакан, было, на мой взгляд, где-то около тридцати. Из-за залысин лоб его казался высоким, и сочетание этого лба с жидкими волосами придавало ему вид интеллигента. Водянисто-голубые глаза были посажены близко друг от друга, а маленький рот на узком лице был презрительно искривлен. Нос у него был красный и толстый, и поскольку он все время им шмыгал, можно было предположить, что у него насморк.

– Дэвид, – сказала его жена, – я привела к тебе человека, которого я совершенно не знаю, но который хочет поговорить с тобой.

– Скажи ему, чтобы он уматывал отсюда, – раздраженно ответил Дэвид Шепли. – Сегодня я больше не буду ни с кем говорить. И это ты очень хорошо знаешь. Вполне возможно, что я вообще никогда не буду больше ни с кем говорить, не исключая и тебя.

4
{"b":"31956","o":1}