ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Он кивнул.

– Вы правы.

– Это привело к другим неприятностям – появился Пол Кендалл. Донна Альберта просто не могла устоять, потому что Марго Линн первая завладела им. Кроме того, Рекс Тибольт, который был без ума от нее, и Хелен Милз. Но камнем преткновения стал Кендалл. Вы не могли вынести, что он и Донна занимаются любовью. Вы решили поссорить их.

– Выходит, вы знаете о том, как это произошло с Ники? – засмеялся Касплин. – А я-то решил, что заплатил вам пятьсот долларов ни за что!

– Вы убедили Тибольта, что если он поможет с собакой, вы используете это против Кендалла – в краже легче всего было обвинить именно его. Потом вы попросили его уговорить Хелен Милз, используя те же аргументы. И это тоже сработало.

– Все-то вы знаете, Бойд, – медленно проговорил Касплин. – Но стоит пересказывать все шаг за шагом. Я с самого начала намеревался убить Кендалла – он был хамом, который делал из меня посмешище почти во всех своих глупых шуточках. Когда он решил втянуть меня в последнюю из них, я был просто счастлив угодить ему. Одна мысль о том, что он приходит в номер к Донне, даже ненадолго, была невыносимой!

– Поэтому вы пришли к нему домой до того, как вернулась Марго. А потом вызвали полицию, и она прибыла как раз тогда, когда Марго должна была открыть крышку?

– Повезло, – согласился он. – Вообще-то я не был уверен, сколько им потребуется времени. Но позвонить было несложно. – Он взволнованно засмеялся. – Никогда не забуду выражения его лица, когда он уже сидел в коробке, и я сказал ему, как собираюсь его убить. В этой коробке, руки по швам, он был такой беспомощный… После того как все было закончено, я перенес телефон из гостиной на кухню – у него в каждой комнате была розетка. Потом, когда я появился на вечеринке, я пошел в ванную рядом с кухней, оттуда проник на кухню и позвонил.

– А почему Тибольт? – спросил я.

– Он был дурак! Сначала надоедал с собакой – что я с ней сделал? Затем, когда понял, что исчезновение Ники ему не помогло, стал совершенно невыносим. Стал требовать от меня объяснений по поводу смерти собаки и убийства Кендалла. Потом стал угрожать – если я не помогу ему сблизиться с Донной, он расскажет ей о том, кто убил собаку.

– Пришлось избавиться и от него, – резюмировал я. – Меня интересует еще парочка деталей. Главным вашим врагом был все-таки Эрл Харви – он заставил вас плясать под свою дудку. Поэтому, убивая продюсера, потом баритона, вы, прежде всего, убивали оперу. Это был удар по Харви, а он даже не догадывался, что это вы!

– Наверно, вы правы, – согласился он. – Но здесь основной причиной была Донна.

– Объясните, – попросил я.

– Великая примадонна поет в третьесортной постановке, в десятиразрядном театре на Второй авеню! – Его даже передернуло. – Я не мог допустить этого, Бойд! Понимаете? Это надо было прекратить любой ценой!

Я закурил и посмотрел на него, размышляя, происходит ли это все на самом деле.

– Теперь, когда вы знаете все, что вы собираетесь предпринять? – после затянувшегося молчания спросил он.

– Единственное, что я могу сделать, Касплин, – сказал я, – позвонить лейтенанту Чейзу.

– Я бы не делал этого.

– У меня нет выбора, – не согласился я и потянулся к телефону.

Касплин неожиданно встал, правой рукой сорвал серебряный набалдашник со своей трости – из полого отверстия выскочило тонкое, как рапира, лезвие. Через секунду лезвие оказалось у моего горла.

– Положи трубку, Бойд, – приказал он. – Не заставляй убивать тебя!

Я оказался в явно невыгодной позиции, пришлось сделать то, что он приказал. Хватило бы легкого движения его руки, чтобы воткнуть рапиру мне в шею.

– Ты сделал одну ошибку, Бойд, – спокойно сказал он. – Ты забыл задать мне еще один вопрос. Не спросил о загадочном орудии убийства, которое так и не нашла полиция.

– Серьезная ошибка, – согласился я.

Внезапно хлопнула входная дверь, раздались быстрые шаги. В кабинет вошла Фран Джордан с виноватой улыбкой на лице.

– Дэнни… – увидев нас, она замерла. – Извините, я совсем забыла…

Глаза Касплина дрогнули, голова начала поворачиваться в сторону Фран. Я стремительно отдернул свою голову в сторону – тонкое лезвие просвистело в дюйме от моего лица. Времени на раздумья не было, и когда Касплин ринулся ко мне, я схватил его обеими руками за пиджак и швырнул через свое плечо. Он вскрикнул, зазвенело разбитое стекло и – наступила тишина. Я почувствовал холод за своей спиной и медленно повернулся. Там, где за моим столом должно было быть окно, теперь зияла дыра, окруженная осколками. Я подошел и посмотрел вниз. Шестью этажами ниже вокруг маленькой темной кляксы на тротуаре быстро собирались люди. Я почувствовал нежное прикосновение к руке – Фран стояла рядом со мной.

– Все в порядке, Дэнни? – спросила она дрожащим голосом.

– Нормально, дорогая, – сказал я. – Ты пришла во время. Что ты забыла, кстати?

– Забыла передать последние слова Марго Линн. Она сказала, что возвращается к себе домой, и если никогда вас не увидит, то будет очень рада.

– Она должна нам тысячу долларов, – сказал я. – Может и нагрубить за такую плату.

– Наверное, надо позвонить в полицию? – задумчиво произнесла Фран.

– Надо, – мрачно согласился я. – Рад, что ты мой свидетель, – лейтенант Чейз будет просто счастлив!

– У тебя был трудный день, Дэнни, – нежно сказала Фран, и я вдруг почувствовал, как она прижалась ко мне всем своим прекрасным телом. – После того как закончим с полицией, почему бы не пойти ко мне? Обещаю домашний ужин!

– Звучит заманчиво, – сознался я.

– Звонить в полицию сейчас? – спросила она.

– Постарайся, чтобы тебя соединили с Чейзом.

Она подошла к телефону. Я вытащил несколько осколков стекла из сломанного окна и осторожно выглянул на улицу. Из-за дождя огни в городе были нечеткими. Где-то там, на юго-востоке, в своем номере в «Тауэрз», жила жестокая Саломея. Она еще не знала, как закончилась эта история. Кажется, мое первое впечатление о ней, как о вестнице смерти – валькирии, было верным. Кендалл – она увела его от Марго – мертв. Тибольт – мучить которого доставляло ей удовольствие – мертв. Хелен Милз – издеваться над которой было так приятно – ушла. Карлик Касплин – мучить которого было, наверное, забавнее всего – мертв.

Интересно, одиноко ли ей сейчас?

27
{"b":"31961","o":1}