ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Конечно, я была немного расстроена, когда Пол так быстро потерял ко мне интерес и стал волочиться за Донной Альбертой, – непринужденно продолжала она. – Может быть, у него был пунктик насчет перезрелых примадонн? Не потому ли от него кто-то избавился? Жалко, что он мертв, но, дорогой, печаль лучше поберечь для чего-то более важного. Скажем, ларингит во время премьеры! Вот это действительно ужасно!

– Все зависит от того, что для тебя важнее, – сказал я, слегка потрясенный. – Я бы не назвал твое объяснение простым, но это, тем не менее, объяснение.

Она распахнула на мне рубашку и развязала свой широкий пояс. Жакет соскользнул вниз, и ее упругие высокие груди уперлись в мою грудь. Ее лицо было так близко, что все, что я мог сейчас видеть, были ее волосы, похожие на темное облако, и глаза, полные желания. Ее ногти впились в мою поясницу, и это было так неожиданно, что я вскрикнул. Ногти продолжали блуждать по моей пояснице, сцарапывая кое-где по пути куски кожи. В целях самообороны мои пальцы нырнули глубоко под ее атласное белье, и я вонзил ногти в ее упругую гладкую кожу. Она проворковала что-то, как во сне. Затем ее губы впились в мои, а ногти продолжали все быстрее и больнее перемещаться по моей разодранной коже. Я подумал, что если это были те дополнительные льготы, которые обещала Марго, то мне не мешало бы подумать о своей страховке от несчастного случая.

4

На следующее утро, ровно в пол-одиннадцатого, я пришел в контору Касплина. Его рыжая секретарша встретила меня весьма недоброжелательным взглядом.

– Мистера Касплина нет, – пробурчала она.

– Вышел, – согласился я. – Исчез!

Она мрачно уставилась на меня. Под ее глазами можно было разглядеть темные круги, и даже толстый слой губной помады не мог скрыть скорбное выражение ее рта.

– Очевидно, он ушел поздно ночью, Максин? – спросил я сочувственно.

– Убирайся! – рявкнула она.

– Максин, дорогая! – укоризненно сказал я. – Так-то вы заботитесь о репутации своей корпорации?

– Его не будет весь день, – злобно ответила она. – Хотите ждать – пожалуйста. Только не здесь. Идите к нему в кабинет, рано или поздно вы его увидите. Лично я видеть вас около себя больше не желаю.

– По-моему, я в здравом уме, – но согласился я с ее предложением. – Разве человек в здравом уме захочет видеть Касплина?

Ее тон стал почти умоляющим:

– Что вам от меня надо?

– От вас мне хотелось бы очень многого. От Касплина – всего-навсего чек. Он, случайно, не оставил его где-нибудь поблизости? Мы могли бы поискать его вместе.

– Ах, вот оно что! – ее глаза повеселели. – Я совершенно забыла. Он где-то здесь, в конверте.

Она порылась среди бумаг на столе, нашла конверт и вручила его мне. Я сунул его в карман и в благодарность предоставил ей возможность насладиться вблизи профилем Бойда. Никакой реакции! Видимо, у нее действительно были какие-то неприятности. Она машинально рисовала в блокноте какого-то сюрреалистического зверя – наполовину копытного, наполовину пушного. Старик Фрейд по этому рисунку, возможно, и смог бы разобраться, что творилось внутри этого непреклонного рыжеволосого идола, – мне это было явно не под силу. Она посмотрела да меня снизу вверх:

– Вы все еще здесь?

– Иду, – сказал я с сожалением. – Обидно, черт побери! Вместе мы могли бы сотворить великолепное музыкальное произведение! Вы бы увидели меня с дирижерской палочкой в руках! Когда вы еще увидите такого блистательного дирижера?

– Ради Бога! – презрительно воскликнула она. – Для дуэта со мной у вас не хватит выносливости. Слишком уж вы большой!

Пришлось уйти. По дороге я решил, что она права, но мне, все-таки, хотелось убедиться в этом на практике.

Я вернулся к себе в контору и в приемной наткнулся на официальный взгляд Фран Джордан.

– Если вы кого-то убили прошлой ночью, – не дожидаясь вопроса, выпалила она, – могу вас обрадовать – плата не замедлила себя ждать.

Я широко раскрыл рот и глаза.

– Чек на тысячу долларов. Подписан Марго Линн. Посыльный принес его рано утром. – Она наконец улыбнулась. – Если вы никого не убивали, то за что же вы заработали такую кучу денег?

– Мне не позволит сознаться в этом природная скромность, – самодовольно ответил я.

– Думаю, это все-таки убийство. – Фран снова стала серьезной. – Иначе бы в кабинете вас не ждал лейтенант.

– Лейтенант? Какой лейтенант? – пробормотал я.

Она пожала плечами.

– Кажется, Чейз. По-моему, он очень суровый человек.

– Как давно он там торчит?

– Минут пятнадцать. Я сказала ему, что понятия не имею, когда вы явитесь, но он даже не стал слушать. Сказал, что в любом случае дождется вас.

Пришлось поторопиться. Полицейские не любят ждать. Мне, в свою очередь, тоже не очень понравилось, что у меня в кабинете торчит полицейский.

– Доброе утро, лейтенант! – весело и громко заговорил я, еще не открыв дверь и наполовину. – Извините, что заставил вас ждать.

Чейз повернул голову и так посмотрел на меня, что мое наигранное веселье как ветром сдуло.

– Где вас носит, черт побери! – рявкнул он. – Я торчу тут уже двадцать минут. Вы что, всегда приходите в контору в это время?

– Вы говорите со мной как акционер с нерадивым управляющим, – сказал я, обходя свой огромный стол.

– Если вам хочется вежливости, можно пройти в мой кабинет, – проворчал он.

– Ладно, лейтенант, – осторожно ответил я и сел. – В чем дело?

– В ту ночь, когда убили Кендалла, вы сказали, что Касплин нанял вас, чтобы найти убийцу собаки мисс Альберты. Так?

– Так.

– Есть какие-нибудь результаты.

Я покачал головой.

– Касплин позвонил мне вчера утром и сказал, что во мне нет больше необходимости. Убийство Кендалла полностью затмило прежнее горе Донны Альберты.

– Досадно! – Чейз демонстративно оглядел дорогую обстановку моего кабинета, затем посмотрел в мою сторону. – Значит, теперь вы без работы, мистер Бойд?

– Не совсем так, – я слегка прокашлялся. – Прошлым вечером меня наняла Марго Линн. Она хочет выяснить, кто убил Кендалла.

Чейз оскалил зубы.

– Прекрасно! Она что, не доверяет полиции?

– Она считает, что вы необъективны по отношению к ней, – сказал я. – Вы ведь сходу зачислили ее в главные подозреваемые, не так ли?

– Кендалла убили где-то между половиной десятого и десятью, – не<> вдруг продолжил Чейз. – Самое интересное, что ни у кого нет алиби. Они либо одевались к вечеру, либо были в дороге. И все – поодиночке.

– Почему тогда подозревается Марго? У нее что, какое-то особое отсутствие алиби?

– Все дело в мотивах, – ухмыльнулся Чейз. – Она спала с Кендаллом, затем он устал от нее и стал волочиться за Донной Альбертой.

– За это она засунула его в коробку и перерезала ему горло?

Лейтенант покачал головой.

– В коробку он засунул себя сам – никаких сомнений. Думаю, они крепко поцапались, когда он забирался в коробку. А когда он накрепко втиснулся в нее, она быстро сообразила, какая ей подвернулась прекрасная возможность.

– Есть доказательства? – спросил я.

– Отпечатки пальцев. На коробке они только ее и Кендалла.

– Она могла оставить их, когда нажимала кнопку у всех на глазах, – не согласился я.

Чейза это не смутило.

– Может быть, может быть… Ну, а собака? Вам не кажется, что это ужасное предупреждение Донне Альберте? Оставь, мол, в покое Кендалла!

– Интересно, а как вы узнали об убийстве еще до того, как было обнаружено тело? – поинтересовался я.

– Анонимный звонок. Мужской голос. Во всяком случае, малый, который взял трубку, считает, что это был мужской голос. А я уверен – ненастоящий.

– И это все? – поднял я брови.

– В данный момент все, – кивнул Чейз. – Может быть. Бойд, вы хотите что-нибудь добавить?

Я покачал головой.

– Лучше сказать сразу, если хотите отработать те деньги, которые заплатила вам госпожа Линн, – сказал он, нехорошо ухмыльнувшись, и встал. – Частный сыщик, несогласный с полицией, – мне это нравится! – Он дошел до двери и резко обернулся. Его указательный палец погрозил мне. – Обнаружите что-нибудь – хоть что – я должен знать об этом первым, Бойд! Ясно?

8
{"b":"31961","o":1}