ЛитМир - Электронная Библиотека

– Значит, вы отрицаете тот факт, что были в двенадцать часов дня на Конюшковской улице?

– Отрицаю, потому что я там не был! – Демьян Иванович впервые занервничал. – А что случилось, вы можете мне объяснить?

– Сегодня около двенадцати часов дня на вашей машине «Toyota Land Cruiser», государственный номер С 234 ХУ, был совершен наезд на пеше… – Зыбин замолчал на полуслове: пешеходом Мариновского никак назвать было нельзя. – На… депутата Государственной думы Мариновского, – нашелся следователь. – Мариновский скончался на месте, водитель с места происшествия скрылся. По факту смерти Мариновского возбуждено уголовное дело, ведется следствие. В ходе следственных мероприятий нами установлено, что наезд был совершен умышленно.

– Мариновского сшибли на моей машине?! – Демьян Иванович потрясенно посмотрел на Зыбина. – Епэрэсэтэ… Подождите, ничего не понимаю. Вы подозреваете, что я был за рулем? Но зачем мне давить Мариновского? Зачем?

– А зачем вы бросили в депутата майонез?

– Пиарил я его, – нехотя объяснил Бутырский.

– У вас что, была взаимная договоренность с Мариновским?! – уронил очки на стол следователь.

– А за что, вы думаете, меня отмутузили товарищи из оппозиции?

– Оппозиции? За что?

– За то, что я Мариновскому рейтинг до небес поднял. Сам учредитель банка «Русский резерв» майонезом в него швыряется! А заодно и себе. Клиенты валом в банк поперли. Вы словно в первый день на свет родились. Никогда не слышали, что такое черный пиар? В России он лучше всего работает.

– Почему заявление не написали? – спросил Зыбин, пребывая под сильным впечатлением от услышанного. Совсем все обалдели, просят швырнуть в морду майонез, чтобы рейтинг себе поднять. Куда катится этот мир!

– Какое заявление? – удивился Бутырский.

– О причинении вреда здоровью.

– Нет.

– Почему?

– Как почему? – Демьян Иванович посмотрел на следователя так, словно он спросил абсолютную глупость. – Что же, я буду поклеп на своих потенциальных клиентов наводить? Ну, погорячились ребятки, потом остыли и деньги свои ко мне в банк положили. О, стихами уже заговорил на нервной почве. А с Мариновским мы вообще в приятельских отношениях. Мне с ним делить нечего.

– В приятельских отношениях, так и запишем. Значит, вы знали, что Мариновский собирается спрыгнуть с крыши мэрии? С парашютом, – уточнил Антон Петрович.

Учредитель банка «Русский резерв» долго молчал.

– Вы что, шутите? – спросил он шепотом после паузы. – Не может этого быть! Прыгать с парашютом с мэрии – это же форменное самоубийство. Ни один уважающий себя бейсер не станет делать подобной глупости.

– Кто?

– Никогда не слышали про бейс-джампинг?

– Что-то, кажется, слышал, – вздохнул следователь. – Насколько я знаю, это самый экстремальный вид прыжков с парашютом с небольших высот и с недвижимых объектов. Мариновский увлекался бейс-джампингом?

– Понятия не имею. Так он что, правда спрыгнул? – Следователь кивнул, Бутырский охнул: – Невероятно!

– А вы, Демьян Иванович, увлекаетесь этим видом экстрима?

– Я? – Бутырский на секунду смешался. «Увлекается, – подумал следователь, – значит, в курсе был, голубчик». – Ах, вот к чему вы клоните! – сощурился учредитель банка. – Мало того, что хотите обвинить меня в том, что я задавил Мариновского, так еще намекаете на то, что именно я вынудил его совершить полет с крыши? Без адвоката я больше ни слова не скажу. Я требую адвоката! – рявкнул Бутырский и треснул кулаком по столу.

– Ваше право. Да вы не нервничайте, Демьян Иванович, не нервничайте. Раз не виноваты, так чего паниковать? Есть свидетель, который видел, как произошел наезд, и запомнил водителя. Опознание проведем. Согласны? – Бутырский хмуро кивнул. – Вот и славненько. Тогда протокольчик подпишите. И своему адвокату можете позвонить. Как только он приедет, будем начинать.

Глава 2

МЭРИЛИН МОНРО И ШАХМАТНЫЙ КОРОЛЬ

В зале прилета аэропорта Домодедово толпился народ, туда-сюда сновали люди – возбужденные, уставшие, радостные, грустные, смущенные, растерянные – столько разных эмоций на лицах можно увидеть только в аэропорту.

Откуда-то тянуло табаком и вкусно пахло кофе.

– Щас бы кофейку дерябнуть, с сигареткой, – мечтательно сказала худенькая невыразительная блондиночка в рваных джинсах и широкой растянутой черной футболке с надписью на груди.

– Сходи да купи, – посоветовал сопровождающий ее парень, стриженный под ноль здоровяк – на плече он держал профессиональную видеокамеру.

– Ты видел, сколько здесь кофе стоит? Это же грабеж средь бела дня!

– Сейчас вечер, Коновалова, половина восьмого, – хмыкнул парень.

– Не умничай, Чижиков! Лучше приготовься. Скоро он должен выйти, – напряженно сказала девушка, вытягивая шею и разглядывая появлявшихся из зоны таможенного контроля пассажиров. – Это будет наш триумф, Чижиков! Никто не знает, что он прилетит в Москву. Мы будем первыми, кто возьмет у него эксклюзивное интервью. – Девушка, не сдержав эмоций, взвизгнула и взбила рукой светлый ежик на голове. Оператор покосился на журналистку и вздохнул: почему-то он сильно сомневался, что знаменитый на весь мир шахматист, гроссмейстер Леонид Штерн, прибывший, по имеющимся у них данным, рейсом 874 авиакомпании British Airways Лондон – Москва, захочет давать интервью этой замухрышке. Какой только идиот дал ей прозвище Мэрилин Монро? За что ей такая честь? Ни кожи ни рожи – одни глазищи. Единственное украшение – крошечная родинка над губой. А амбиций больше, чем волос. Если это гнездо бешеной птицы у нее на голове вообще можно назвать волосами. В телекомпанию блондиночку взяли неделю назад, пока как стажера. Это был их второй совместный выезд на репортаж, первый закончился полным провалом.

– Ты хотя бы глаза накрасила, что ль, Коновалова, – посоветовал оператор, – или губы.

– Чего? – девушка посмотрела на оператора, как на полоумного.

– В кадре твое лицо нечетко будет видно, – буркнул Чижиков и отвернулся, он почему-то всегда смущался, когда Мэрилин смотрела на него в упор своими синими блюдцами.

– А… что ж ты раньше не сказал, – расстроилась девушка, сняла с плеча потасканный джинсовый рюкзачок, уселась на пол и стала ковыряться в поклаже. – Вот, нашла! – вытащив яркий тюбик, похожий на тушь, доложила девушка, на минуту низко склонила голову и вновь подняла лицо к оператору. – Так лучше?

– Лучше, – кивнул Чижиков, не заметив в лице Мэрилин почти никаких изменений, разве что губы у нее теперь немного блестели.

– Я рада, – улыбнулась журналистка, поднялась с пола и слизнула блеск языком.

Прошло довольно много времени с момента объявления прибытия рейса 874 авиакомпании British Airways Лондон – Москва, но Леонид Штерн так и не вышел из зоны таможенного контроля.

– Не прилетел, похоже, – расстроился оператор.

– Быть такого не может, у меня знакомая в этой авиакомпании работает.

– Значит, мы его пропустили, – переминаясь с ноги на ногу, сказал оператор. Плечо у него уже отваливалось, хотелось кофе и огромный гамбургер. А цены в Домодедове действительно кусались, и очень больно кусались.

– Чижиков! Разве такого можно пропустить! – достав толстый журнал и сунув его под нос оператору, возмутилась журналистка. С глянцевой обложки на него смотрел привлекательный голубоглазый блондин с вьющимися волосами средней длины.

– Мажор близорукий, – сообщил свое мнение оператор, склонившись над журналом, и вдруг почувствовал толчок в спину. Чижиков пробежал по инерции пару шагов, споткнулся о рюкзак Мэрилин, который она так и не подняла с пола, и, размахивая руками, плашмя рухнул на пол. Дорогая видеокамера отлетела в сторону. Чижиков, матюгаясь на весь зал, медленно поднялся, хмуро оценил обстановку и, схватив за грудки виновника своего падения, худосочного светловолосого типчика в льняном пиджаке, встряхнул его.

– Простите! Я не хотел причинить вам беспокойство. Понимаете, очки в самолете случайно разбил. А запасные были в чемодане, но он потерялся в дороге.

3
{"b":"31964","o":1}