ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Жертвы Плещеева озера
Как приручить герцогиню
Голос рода
Ведьмы. Запретная магия
Сказать жизни «Да!»: психолог в концлагере
Ghost Recon. Дикие Воды
Лесовик. В гостях у спящих
Гимназия неблагородных девиц
Последняя девушка. История моего плена и моё сражение с «Исламским государством»

То ли от холода, то ли от чего-то еще, Джинни расслабилась и задышала более ровно. Даже сумела выдавить из себя:

– Спасибо.

Ричард еще раз посмотрел на палец, потом перевел взгляд на нее саму.

– Не за что, – без тени улыбки сказал он.

Пожалуй, резюмировала про себя Джинни, он менее опасен, когда улыбается. Она пошевелилась, надеясь высвободить руку и отступить, но Ричард не отпустил ее.

– С рукой у тебя все в порядке. Впрочем, если ты действительно считаешь, что разгром моей кухни это отличная забава, то тебе нужно дать пару-тройку уроков о том, как действительно следует получать удовольствие.

Только после этого Ричард разжал пальцы, отвернулся и взял тарелки.

– Захвати вино и бокалы, пожалуйста, – попросил он.

То, что сначала показалось ей облегчением, теперь обернулось сожалением. Джинни была уверена: если ей потребуется репетитор по предмету «получение удовольствия», то он будет самой лучшей кандидатурой на эту роль, и экзамены она сдаст на пять с плюсом.

– Да, хорошо, – отозвалась Джинни, прижав бокалы к груди, чтобы они не звякали друг о друга.

Ричард с тарелками в руках привычно сбросил обувь у входа в японский павильон, выстроенный прямо у кирпичной стенки, и обрадовался приятной прохладе, коснувшейся его разгоряченного тела.

Он поставил тарелки на низенький столик, повернулся и забрал у Джинни бокалы и бутылку.

– Спасибо, – поблагодарила Джинни. Мимолетная застенчивая улыбка едва тронула ее губы. – Я схожу принесу салат.

– Нет, садись. – Вид у нее был как у человека, который вот-вот подхватится и убежит. Во второй раз он не мог этого допустить. – Я сам принесу.

– Да? Ну ладно. И не забудьте хлеб. И соус к салату.

Ричард ничего не ответил, просто ждал. Она неловко скинула туфли, не смутившись и не бросив какого-нибудь глупого комментария, грациозно опустилась на колени на одну из подушек у низкого столика.

Ее изящная фигура хорошо смотрелась бы в кимоно, мелькнуло у него в голове. Волосы собраны в замысловатую высокую прическу, несколько локонов спускаются вдоль лица. Он уже представил, как станет вынимать длинные шпильки из ее волос, как они упадут на его руки.

– Еще что-нибудь? – спросил Ричард.

– Нет, все, – неуверенно отозвалась Джинни и открыла рот, чтобы сказать еще что-то, но потом подумала и решила промолчать.

– Я справлюсь, – заверил ее Ричард. – Даже несмотря на то, что у меня манеры пещерного человека.

– Я хотела напомнить, что нам еще потребуются вилки.

Вернувшись, Ричард опустился на подушку и налил ей вина в бокал.

– В таких декорациях мы скорее должны есть суши, – заметила девушка. – А я должна подавать вам чай с церемонным поклоном.

– Думаю, лазанья тоже подойдет. И надеюсь, эта задержка ее не испортила.

– Она подпеклась на краях. Вы можете их отломить и не есть.

– Хорошо.

Он предложил ей салата, потом положил немного себе. Не торопясь. Хвалил ее кулинарные способности – от чистого сердца, получилось на самом деле вкусно.

На город спускались сумерки, небо приобретало мягкий темно-синий оттенок старого бархата, свойственный лишь теплым августовским ночам.

– Очень люблю это время суток.

– За городом вечера лучше. Воздух свежее и ничто не мешает любоваться звездами.

– Ты живешь за городом? А где?

– Нет, я живу в Оксфорде. Но люблю ездить на природу, когда есть время. Жду не дождусь, когда вернусь домой.

– А зачем ты приехала в Лондон?

– Мне нужно часто посещать Британскую библиотеку для моих исследований. Снимать жилье слишком дорого, я не могу себе это позволить. Поэтому и присматриваю за чужой квартирой. Мне очень повезло, что есть возможность жить в таком чудесном доме совершенно бесплатно.

Значит, это просто случайность, что Джинни поселилась в соседней квартире? Или все было задумано с самого начала? Кажется, она немного знакома с Филли Макбрайд. Интересно, откуда? Запутанная история.

– А какая у тебя тема? – поинтересовался Ричард.

– «Герой: миф или реальность?». – Смеркалось, трудно было разглядеть, покраснела ли она. Впрочем, он был почти уверен в этом.

– И к какому выводу ты пришла?

– Работа еще не закончена.

– А чем еще ты занимаешься?

– В каком смысле?

– Ты учишься, читаешь лекции, ездишь за город, держишь хомяка. Просто я пытаюсь набросать твой портрет. Увидеть тебя полностью. Где ты живешь?

Есть ли в твоей жизни какой-то важный для тебя человек? Любишь ли ходить в кино?

– Похоже, начался допрос с пристрастием. Может, начнем с вас?

– Хорошо. Но тогда ты будешь говорить мне «ты».

– Ладно.

– Моя жизнь – открытая книга. Финансовые газеты регулярно информируют население о состоянии моего бизнеса. А желтая пресса неустанно разбирает мою личную жизнь. Предлагаю следующее правило: ответил на вопрос, задай свой. Ведь так будет честно?

Джинни пожала плечами.

– Пожалуй. Я живу в отдельной комнате в общежитии колледжа.

– И тебе это по душе? – (Она приподняла одну бровь.) – Ах, да. Теперь твоя очередь спрашивать.

– Да, мне нравится там жить. Очень удобно. Девушка помолчала. – Как вы… то есть ты относишься к тому, что твою жизнь рассматривают под микроскопом? И ты служишь объектом для бесконечных слухов, сплетен, пересудов? – Казалось, что ей это действительно интересно. Как будто…

Лотур, Лотур. Ну конечно! Как он сразу не вспомнил?!

Ее мать – Джудит Лотур, воинствующая феминистка, выбравшая какого-то блестящего ученого в качестве отца будущему ребенку. Это был своего рода эксперимент по генной инженерии, опередивший науку на несколько десятилетий. Смогут ли два гения воспитать вундеркинда?..

Из-за небывалой шумихи в прессе ее книги побили все рекорды продаж.

– Хочешь знать правду? – спросил он, наконец прервав затянувшееся молчание. – Раньше это выводило меня из себя. Но потом я понял: зачем переживать? Это ведь все не больше, чем выдумки журналистов на потребу публики. Такая ежедневная мыльная опера. Небольшое развлечение перед завтраком. Теперь моя очередь задавать вопрос.

– Есть ли в моей жизни какой-то важный для меня человек? – спросила Джинни.

– Неужели нет такого, кто мечтает надеть обручальное колечко на твой палец? – удивился Ричард, не в силах удержаться от маленькой провокации.

Ответ «да» или «нет» его не устраивал.

– Брак – устаревшее понятие, тебе не кажется?

– Значит, ты пошла в мать не только в профессии, но и в убеждениях?

Джинни помедлила.

– Не совсем. Во многом я не хотела бы повторять ее поступки.

– Например, не стала бы в одиночку воспитывать ребенка?

– Если бы он был плодом любви – может быть, и стала бы. Но мама зачала от донора. А не от любимого мужчины, понимаешь?

Они договорились задавать по одному вопросу.

Ну уж нет – к черту договоренность. У него в голове уже созрел десяток-другой вопросов. Какое у нее было детство? Как ей жилось среди постоянного любопытства? Люди ведь наверняка постоянно интересовались ею.

– Что-то не очень, – признался Ричард. – И я не разделяю твоего мнения о браке, как о чем-то устаревшем. Тут дело не в отношениях. Я уверен: брак заключается раз и на всю жизнь. И должен быть начат с соответствующей торжественной церемонии.

И обе стороны обязаны понимать, что берут на себя ответственность. – Он вдруг вспомнил, как был тронут клятвами сестры и ее мужа на их свадьбе. Джинни смотрела на него недоверчиво. Ричард пожал плечами. – Как и в любой деловой сделке, – добавил он.

В конце концов, надо же соответствовать своей репутации. – Осознать это можно только во время свадебной церемонии – простой или пышной, не важно.

– И чтобы потом непременно был веселый банкет с огромным тортом?

– Может быть, я и старомоден, но все-таки верю в порядок. – Он помолчал. – Нет-нет, вопрос я еще не задал…

– Еще как задал!

– А вот и нет! Ты задала вопрос, а я ушел от ответа. Тогда ты ловко вставила еще один. Так что теперь, безусловно, моя очередь спрашивать. – Неожиданно для самого себя молодой человек усмехнулся. – Причем, два раза.

17
{"b":"32","o":1}