ЛитМир - Электронная Библиотека

Что же это такое, а? Я снова склонился к окуляру. Какое-то светлое пятно слева… Длинное, вытянутое…

– Костя! Сюда, скорее! – голос Виктора звучал немного испуганно.

Я рванулся к нему, Монах следом за мной, и возле самого пульта мы стукнулись головами. Виктор загипнотизировано смотрел на экран, покрытый густой рябью помех.

– Сейчас, даю увеличение… Вот, смотрите!

Расплывчатые контуры постепенно приобретали форму… чего? Внезапно машину тряхнуло, словно игрушечную, над головой оглушительно грохнуло. Я больно приложился затылком о металл.

Картинка на мониторе смазалась, и экран померк. Погасли почти все контрольные лампы.

– Твою мать!.. Витя, что там было? Что ты увидел?

– Не знаю, толком рассмотреть не успел. – Виктор говорил, одновременно щелкая переключателями. Чувствовалось, что он испуган. – Сейчас предохранители поменяю… Чертова молния… Костя, может я и ошибаюсь, но вот там… – он ткнул пальцем в противоположный край монитора, – Там еще что-то… летело. Крупное существо, несколько метров точно.

Мы с Монахом переглянулись. Я кивнул на пулемет. Монах развернул турель и приник к прицелу. Тяжелая патронная лента сбоку качнулась в такт движению.

Перископ не работал. Я немного подумал, взял бинокль, открыл верхний люк и высунулся из него по пояс. Мы уже почти догнали группу – справа по курсу сквозь серую пелену крошечной точкой виднелся рубиновый огонек кормовой фары. Впереди вспыхнул прожектор с какой-то машины. Луч резанул туман, и увяз в нем.

Хотя скорость была относительно небольшой, впечатление было, что наша «эмтэшка», разбрызгивая в стороны грязь, несется по болоту словно катер, подпрыгивая на кочках, как на волнах. Меня в люке мотало из стороны в сторону, бинокль прыгал перед глазами. Впрочем, от него все равно никакого толку – видимость всего метров десять – пятнадцать, надо спуститься вни… О, дьявол!!!

Большой призрак внезапно возник перед самым носом амфибии, практически невидимый на фоне белой стены тумана. Я даже не успел рта раскрыть, чтобы крикнуть водителю об опасности, как наша машина прямиком вошла в слегка фосфоресцирующее марево.

Я почувствовал, как кожу под скафандром укололи тысячи ледяных игл. Голова закружилась, мир перед глазами опрокинулся, завертелся в бешеной круговерти, так же как и в тот раз, когда…. Ноги подогнулись, и я рухнул вниз в люк, корчась от нестерпимой боли, разрывающей все тело. Удара я уже не почувствовал.

* * *

– Порядок, кажется приходит в себя… – голос Монаха звучал откуда-то издалека. – Сейчас сделаю один стимулирующий, для верности…

Что-то острое вонзилось в руку. Глаза застилала мерзкая желтая пелена, во рту стоял странный железистый привкус. Но боль понемногу отпускала, и по саднившему телу медленными волнами разливалось тепло.

Я с трудом разлепил веки и несколько раз моргнул. Два светлых пятна, маячивших перед глазами превратились в лица Монаха и Виктора.

– Ты чего это наверх полез, Командир, а? – Монах наклонился ко мне. – Сам же предупреждал нас насчет тумана…

Виктор молчал, только обеспокоено смотрел на меня.

– Мы… Где?.. – прохрипел я – Группа?.. До… догнали?

– Да догнали, догнали, не беспокойся. Стоим сейчас «коробочкой».

– А… тварь…эта?

– Исчезла. Пока тихо.

Я приподнялся.

– Давай мы тебя в кресло посадим.

Руки и ноги слушались с трудом, словно набитые ватой. Общими усилиями я был водружен в кресло. Через несколько минут моё самочувствие улучшилось настолько, что я потянулся к перископу. Монах наблюдал за мной с аптечкой в руках.

– Командир, я тебе стимулятор ввел, но ты это… В общем, пока не гарцуй особенно. Подожди еще чуть, в себя приди… Все-таки долбануло тебя здорово.

– А вы как?

– Да нормально. Покололо только немного и все. За броней, как ни крути, веселее. Макс молодчина, не растерялся – дал газу, проскочили. – Он помолчал. – А фантомы эти, оказывается, гадость редкая…

Снаружи постучали прикладом в борт. Монах глянул в триплекс и открыл люк. Внутрь машины влез Бивень с автоматом в руках. С его ботинок на пол обильно стекала болотная грязь.

– Ну, что у вас тут?

Доложились.

– Сталкеры, м-мать вашу! Только попробуйте еще раз оторваться от группы! – Бивень погрозил нам увесистым кулаком. – Ладно еще эти салаги, с них взятки гладки, но вы ж профессионалы, млин…

Мы молчали. Упрек был справедливым.

– Ладно… Значит так. Пока стоим на месте. Кажется, туман потихоньку рассеиваться начал. Ждем ещё двадцать минут, потом начинаем движение. Рации не работают ни хрена, поэтому если снова появится это «нечто», прислушивайтесь. Две длинные пулеметные очереди – открыть огонь в его сторону. Две короткие и одна длинная – поворачиваем назад. Запомнил?

– Да.

– Расстояние между машинами – пятнадцать-двадцать метров. Чтоб задние фары отчетливо видел, понял? – последняя фраза адресовалась водителю, тот кивнул.

– Есть!

– Добро.

Майор повертел в руках респиратор и поднял взгляд на меня.

– Но вообще, мужики, если честно… Не нравится мне здесь, ох как не нравится. Стоим в полутора километрах от квадрата, штатники от восторга млеют, мол, такого уровня Ф-излучения в жизни не видели, а фантомы меж тем активизировались – будь здоров. Чтобы там, – Бивень указал рукой куда-то назад, за спину, – сталкер сознание потерял при контакте с фантомом?! Да никто о таком не слышал. А здесь – на тебе, получите. Хорошо, что хоть жив остался… Да ещё этот туман, с… с непонятно чем впридачу. – Бивень повернулся к Виктору. – Ты уверен, что оно летело?

– Ну… я же его только на мониторе видел. Секунду, не больше… По всем признакам – летящий объект.

Бивень тяжело вздохнул, надел респиратор и выбрался из люка, аккуратно прикрыв за собой крышку.

* * *

Виктор сосредоточенно копался в недрах своей аппаратуры. После удара молнии, угодившей совсем рядом с машиной, что-то там отказало в самый неподходящий момент, и мы остались без инфракрасного датчика кругового обзора. Сейчас наш высококлассный спец пытался вернуть его к жизни.

Двигатель приглушенно ворчал на холостых оборотах. Время от времени слышался еще один звук – скрип и лязг металла: Монах, «прописавшийся» в кресле пулеметчика, поворачивал башенку, водя стволом по горизонту. Старый НСВТ – это, конечно, не шестиствольник, но в умелых руках способен испортить настроение и здоровье почти любому незваному гостю. Более чем солидный калибр в сочетании с бронебойно-зажигательными и разрывными пулями позволяют. Насколько я знал, обычно на армейские вездеходы-амфибии этого типа устанавливали ПКТ – «Калашников танковый», но наша «эмтэшка» несла нетиповой вариант вооружения. Впрочем и аппаратуры тоже.

Терять бдительности не следовало, но, наученный горьким опытом, я уже не спешил вылезать из люка наружу, и теперь оглядывал окружающий туман исключительно в перископ, благо на этот раз он работал.

Виктор поднял голову.

– Костя!

– Что? Помочь?

– Нет. Тут такое дело… Мне надо ненадолго обесточить машину. Совсем.

– Так в чем проблема, действуй. Или ты хочешь и двигатель заглушить?

– Не нужно, на приборы отдельный генератор, не помнишь? Я хочу сказать, что мы полностью ослепнем на пару минут. Ваши с Максом ПНВ тоже отключатся.

Я помолчал, соображая. Сначала гусеницы, теперь электропитание… М-да… Везет, как утопленникам. Но ведь никуда не денешься.

– Переживем. Надо так надо. Давай, только побыстрее. Сам знаешь, что вокруг…

Контрольные лампы и экраны снова погасли. Виктор с удвоенной энергией завозился в очередном блоке, подсвечивая себе фонариком и вполголоса ругаясь.

Я попробовал посмотреть в окуляр, переключив перископ в обычный режим, но ничего не увидел кроме белой мглы и огоньков фар соседних машин. Поморщившись, откинулся в жестком и неудобном кресле, посматривая на секундную стрелку часов. Она медленно сделала первый оборот. Второй… пятый… Черт возьми, сидеть вот так: слепым и глухим, пусть даже за броней – последнее де…

6
{"b":"322","o":1}