ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Кора соединилась с домом археологов. Ассистент отдыхал – он испуганно моргал черными глазками, желтая пелена наезжала на зрачок сбоку, как тень Луны на Солнце в затмение.

– Орсекки! – сказала Кора, не прося прощения за неожиданный звонок. – Скажите мне, сколько дней самки на вашей планете вынашивают яйца, по сколько яиц одновременно и что происходит после того, как они снесут яйца. Вы меня поняли?

– Конечно, конечно же… – Ассистент замялся.

– Что вас смущает?

– Поймите меня правильно, но на нашей планете мужчине и женщине нельзя разговаривать о таких вещах.

– Это табу? Запрет?

– Не совсем табу, но это немного неприлично!

– К счастью, я не отношусь к вашим самкам, – съязвила Кора. – Так что можете смело открывать мне ваши секреты.

– Не знаю, что вы думаете по этому поводу, – возразил ассистент, – но для меня вы самая типичная самка, и даже самка с икрой.

– Что?

– Это простонародное выражение, – пояснил ассистент. – Яйца в обиходе называются икрой. В этом нет ничего обидного.

– Может, в этом нет ничего обидного, но раз уж я попалась в ловушку, я хочу сидеть в ней с открытыми глазами. Забудьте, что я кажусь вам соотечественницей. Сколько времени происходит между зачатием и родами?

– Два месяца, – прошептал молодой петушок.

– Что происходит дальше?

– О, не мучьте меня!

– Я не мучаю, я выясняю. Вас это не касается.

– Затем вы снесете яйца… родите яйца.

– Снесу их. Хорошо. Сколько за один раз?

– Это зависит от любви.

– От чего?

– Количество яиц в самке находится в прямой зависимости от глубины ее чувства к супругу или возлюбленному.

– А сколько яиц вы ожидаете от меня?

– Боюсь, что по крайней мере три, – признался ассистент.

– Значит это, что я страстно любила профессора Гальени?

– Я не знаю, о, я не знаю! Я так недавно сюда прилетел!

– Разве вы прилетели не все вместе?

– Но это было так недавно!

– Хорошо, оставим этот пустой разговор. Просветите лучше меня: сколько времени надо насиживать яйца?

Ассистент замолчал и демонстративно отвернулся от экрана. Его профиль, завершенный клювом, был трогателен и даже мил. Гребень скосился набок, как берет бравого французского стрелка.

– Об этом тоже не принято говорить? – спросила Кора.

– Вы правы, ах, вы правы!

– И все же!

– У нас… у нас дома это делается в инкубаторах. Правда, есть консервативные семьи, патриархальные – там насиживает мать или нанятая для этой цели насиживательница.

– Сколько?

– Нам, мужчинам, об этом не рассказывают.

– Сколько?

– Чуть больше недели! Не мучьте меня.

И ассистент отключил связь. Кора поняла, что звонить снова бестактно.

Но самого главного вопроса Кора, конечно же, не задала – она не знала, через какое время ей придется нести яйца. Правда, Орсекки мог и не знать об этом. По простой причине: он не знал, когда будущие птенцы были зачаты.

Вернувшись к окну, Кора продолжала перелистывать папку «Дело об убийстве профессора Гальени».

Вот и копия документа, заставившая Кору прилететь на эту богом забытую делянку цивилизации, – официальная нота правительства планеты Ксеро Галактическому центру: «По имеющимся у нас сведениям, на планете Дил-ли совершено злодейское покушение на ведущего профессора Академии археологии, президента общества „Наши предки покорили Галактику!“ господина Гальени. Мы убеждены, что за зверским преступлением стоят козни изоляционистов, желающих закрыть нашу планету для контактов с прогрессивным человечеством и готовых на все ради достижения своих грязных целей. Известно, что разбитые на планете, но не смирившиеся изоляционисты пользуются скрытой поддержкой некоторых агрессивных кругов Галактического центра, что заставляет нас требовать немедленного расследования гибели профессора и выдачи виновных…»

На полях документа располагались разного вида и степени грозности резолюции дипломатических и интергполовских начальников. Видно, лишь ввиду спешки с отлетом Коре не пришлось увидеть эту ноту раньше. А они так суетились в Галактическом центре!.. Надо будет завтра снова поговорить с Орсекки – пускай объяснит, насколько изоляционисты – реальность. Или они – плод административного воображения ксеровских властей.

Листая дальше бумаги и акты, Кора непроизвольно прислушивалась, что происходит у нее в животе. Ну почему бы здесь не оказаться еще одной ксеровской самке? Они бы все обсудили. Главное – ясность. А ведь Коре неизвестно даже, насколько болезненны роды. Ведь земные, мелкие курицы кудахчут довольно громко и даже отчаянно, когда сносят очередное яйцо… «О господи! За что на меня такая напасть?!»

Кора отложила папку.

Разумеется, не исключалось, что преступление совершено из политических соображений. Тем более раз уж соотечественники профессора в том не сомневаются. Но где здесь отыщешь изоляциониста? Ведь здесь курице не укрыться и уж тем более не загримироваться под человека. Наемный убийца?

Кора решила поговорить с Греггом, чтобы узнать, насколько свободно прилетают сюда бродяги или туристы с других планет. Но видеофон администратора молчал. Того не было ни дома, ни на службе.

Будь Кора в обличии нормальном, своем, она отправилась бы в городок, зашла бы в бар, поужинала в ресторане, поговорила с людьми – может, даже сблизилась бы с каким-нибудь рудокопом или космонавигатором. Но вряд ли она представит интерес для навигатора в образе курицы, даже если убедит, что ее шкура – временная. Ведь бравые штурманы не ждут, пока лягушки сбросят пятнистую кожу и превратятся в принцесс.

Значит, этот путь расследования, самый плодотворный, если ты молода и хороша собой, исключается. Придется работать в одиночку.

Чтобы не терять времени даром, она решила проникнуть в квартиру Гальени – в собственную квартиру. Как она поняла, никто еще специально ее не осматривал, – но чем больше ей удастся узнать об убитом, тем больше шансов понять, кто же убийца.

День уже клонился к закату. Кора проголодалась. Ей не хотелось идти по больничному коридору в столовую или на кухню – она знала, что ей предложат обычную кашу или бутерброды. Бутерброд она еще могла съесть, но без всякого удовольствия. Каша была ей противопоказана. Попробуйте хлебать кашу, если у вас клюв!

13
{"b":"32205","o":1}