ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Вообще-то позиция у них выгодная, дорога неширокая, с одной стороны обрыв, с другой – поросший тайгой склон, развернуться машина, конечно, может, но их надо сначала заметить…

– Туда! – Он показал Борусу рукой. – Прострелишь шины по моему сигналу, мы зайдем сзади…

«А что дальше? – подумал он смятенно. – Щелкать этих парней, что ничего не подозревают? Ситуация…»

Борус хладнокровно встал за кедр, положил ствол автомата на подходящий сук. Остальные тоже укрылись за деревьями. Шум мотора приближался, распадаясь на двойное урчанье – басовитее и потише…

От дороги их отделяло метров восемьдесят. Данил навел бинокль, благо – солнце светило в спину.

И вскоре засомневался в первоначальных догадках – а там и убедился, что запаниковал раньше времени. Это был огромный тупорылый военный автобус грязно-зеленого цвета, с армейским номером и эмблемой ФКГЗ на дверках. В открытых окнах виднелись головы, четко разбитые на две группы: без головных уборов (эти сгруппировались сзади) и стриженные короче, в «афганках» (эти впереди). Десятка два солдат и тех с десяток… бичи и охрана? Некому больше… Конечно, это еще не означает, что клад упакован и готов к отправке. Бичи сняли верхний слой, а дальше пошли профессионалы с орудиями поделикатнее лопат. Но куда везут бичей? Неужели отпустят?

Позади, метрах в трехстах, на дороге показалась еще одна машина – открытый УАЗ-469 с ветровым стеклом, по-американски опущенным на капот. Там был один водитель. Данил попытался определить, не Логун ли это, но было пока что слишком далеко.

Борус обернулся, нашел его взглядом. Данил мотнул головой. Тохарец понял, кивнул, опустил бесшумный автомат.

Автобус вот-вот должен был пройти прямо под Данилом, и он инстинктивно отступил за ствол, хотя и понимал, что снизу его не углядеть. Явственно лязгнула коробка передач – водитель готовился поворачивать влево, поворот довольно крут…

И тут грохнуло, тугая волна ударила по ушам, обожгла лицо, качнула ближайшие деревья, на миг опередив ослепительную желтую вспышку… Эхо взрыва унеслось в тайгу, дробясь в чащобе, тая…

Данил выглянул. Огненный, чадящий желтым пламенем вперемешку с антрацитово-черным дымом, огромный ком сорвался с обрыва, катился, уже исчезнув с глаз – только струйка дыма медленно таяла.

«Уазик» остановился. Водитель выпрыгнул. Нет, не Логун, помоложе, крепко сбитый чернявый майор с эмблемой ФКГЗ на правом рукаве комбинезона. Из полукобуры на поясе торчит рукоять «Стечкина». Он спокойно подошел к обрыву и пару минут смотрел вниз. Закурил и стоял на том же месте с таким видом, словно любовался пейзажем. Снизу, из-под обрыва, донесся короткий грохот, дым повалил гуще.

Борус показал на майора указательным пальцем. Данил мотнул головой, запрещая. И правильно сделал: майор, докурив до фильтра и швырнув окурок вниз, взял с сиденья черную рацию, выдвинул антенну, спокойно произнес всего несколько слов. Потом сел в машину, развернулся и поехал назад.

Они рубили концы. Бомба, очень похоже, срабатывала по радиосигналу – не случайно же рванула как нельзя более кстати, так, чтобы автобус по инерции сорвался с обрыва, и ни солдат теперь, ни бичей, а в округе бродят разбойные тохарцы… На которых при минимальном напряжении ума и фантазии списать можно что угодно и кого угодно, проверять все равно не будут, а если и доберутся какие проверяльщики, доказать ничего не смогут, Логуна уже и след простынет…

Глава шестнадцатая

Ставьте жирные точки…

Заветная долина оказалась не так уж и велика – неправильный круг радиусом метров пятьсот. Правда, Данил вскоре сообразил: кедры вокруг растут на ровном месте, за семьсот с лишним лет тайга всего-навсего спустилась с окрестных гор, придвинулась, окружила, только-то и всего, ей бы еще лет двести – и окончательно покрыла бы долину, где когда-то, как гласил рассказ китайца, прошли десять тысяч полудиких коней…

От обрыва, где взорвался автобус, до кромки тайги было километра три – и первое время они, направляясь к долине, слышали выстрелы. Автоматные очереди, одиночные пистолетные, сухие хлопки дробовика. Выстрелы прекратились очень быстро, и Данил догадался, что обрублены п о с л е д н и е концы, что они успели вовремя – опоздай всего на сутки, а то и на часы, Логун упорхнул бы…

Прячась за деревьями, он зашел так, чтобы солнце светило в спину, чтобы не выдать себя бликами на линзах бинокля. Поднял его к глазам.

Котлован, размерами в точности такой, как его описывал куруманский бич, довольно глубокий, дна отсюда не видно. Рядом аккуратный вал земли. Поодаль еще два, но земля там, и впрямь, снята не более чем на метр. Красно-желтый крохотный бульдозер. Шесть палаток аккуратным рядком, седьмая гораздо дальше от раскопа. «Уазик». И два огромных трехосных «Урала» с зелеными коробками фургонов, развернутые носом к выходящей из долины дороге. И не видно ни единого трупа – в палатках добивали, что ли?

Грохнул дробовик – это Логун, подойдя к палаткам, в упор палил по ним. Майор ходил поодаль, на другом конце лагеря, время от времени выпуская в воздух короткие автоматные очереди – кладут последние штрихи на декорации, сучня… Кроме этих двоих, никого больше не видно.

– Ну, все, – сказал Данил, ощущая во всем теле знакомое возбуждение. – Пора брать, господа. Чернявого будем валить, но вон того непременно взять живым и не дырявленным, иначе шкуру спущу… Ларка, ты идиллически стоишь под деревцем и ни во что не вмешиваешься, ясно? Да тебе и нечем…

– Метров двести открытого пространства, – столь же тихо ответил Борус, покачав головой. – Не получится так, чтобы ни малейшего шума…

– За одного я ручаюсь, – Валентин уже держал собранный лук. – Даже на таком расстоянии… Достану.

– Значит, майор твой, – сказал Данил и ухмыльнулся. – Поговорите, как майор с майором…

Он быстренько прикинул насчет возможного гэджета. Ничего толкового не лезло в голову. Пускать дядю Мишу под видом охотника? Хлопнут, и все. Повторить трюк незабвенного старшины Васькова? Но Логун, скорее всего, знает Лару в лицо, моментально сообразит, и кранты девчонке – как и Борусу будут кранты, появись он под видом мирного тохарца. Явную перестрелку устраивать нельзя – у них рация, черт его знает, кто может примчаться на выручку и сколько их будет. На месте Логуна Данил поступил бы незамысловато: если есть группа в какой-то степени посвященных или просто группа подстраховки, она непременно сидит в вертолете, а не шарашится по дорогам. Аксиома. Страховочная группа должна располагать самым мобильным, что у тебя только отыщется, то бишь вертушкой – для данных условий…

– Хорошо, – сказал он, решившись. – Не фон-барон, в самом-то деле, постараемся довезти и подпорченного… – Обернулся к Борусу. – Сможете продырявить полковника, чтобы получился хороший шок, но транспортировку он потом перенес бы?

Тохарец молча кивнул.

– Брать будем на броске, – сказал Данил, закинул автомат за спину, загнал патрон в ствол «беретты», проверил, как выходит из ножен нож. – Майор, на позицию.

Валентин бесшумно двинулся параллельно опушке. Данил показал на него тохарцу и сделал недвусмысленный жест, поручая не спускать глаз. Борус кивнул. Дядя Миша с карабином наготове торчал рядом, явно собираясь отыграться за все время бездействия – общий сдержанный азарт его тоже захватил. Лара стояла позади и никакого желания лезть в драку не проявляла.

Данил выжидал. Шли минуты, но никто так и не показался из палаток, никто не вышел из фургонов. Логун с напарником о чем-то спокойно беседовали.

Данил поднял палец, посчитал про себя: «Три, два, один» – сделал резкий жест.

Валентин спустил тетиву – и майор бесшумно упал ничком, стрела угодила ему в шею под затылком. Тут же едва слышно хлопнуло: «Пок!» – и Логун, как подсеченный, упал.

Вымахнув одним прыжком на открытое место, Данил помчался к нему, уже не беспокоясь за свою спину – Борус прикроет…

Логун лежал лицом вниз, на правом предплечье расплывалось темное пятно. Выходного отверстия не видно – пуля угодила в кость, наступил шок, но рука вытянута вдоль тела, к бедру. Все-таки этот сучий выползок был неплохим профессионалом и успел рвануть руку к кобуре, едва завидев, как падает напарник с торчащей из глотки стрелой…

57
{"b":"32335","o":1}