ЛитМир - Электронная Библиотека

– Следующие, кто там? Прохановский и Рапкорт! – донесся из-за двери сварливый голос преподавателя.

Вызванные студенты обреченно оглянулись по сторонам, словно в последний раз, как приговоренные к смерти, вздохнули практически в унисон и поплелись в аудиторию.

– Ну, Зловред зажигает сегодня! – сказал Карел. – Двенадцать «пар» уже влепил.

– Мне тоже, – сказала вновь прибывшая девушка.

– Не расстраивайся, пересдашь. Месяц впереди. Иволка, а тебе что?

– Трояк.

– Ну, не так плохо, – Карел со своей четверкой чувствовал себя вправе раздавать покровительственные советы.

Ксюха выглянула из-за его плеча:

– Ивол, привет. А ты на что рассчитывала?

– А-а, – девушка махнула рукой, – разве можно с ним на что-то рассчитывать. Ладно, пусть хоть трояк, слава богу, не пересдача. Я, кстати, принесла, что ты просила; как ни странно – не забыла. Меня с утра такой мандраж взял, только держись!

Она поставила на подоконник сумку и стала в ней копаться. Заинтересованный Карел сопел над ухом, и Ксюха деликатно отодвинула его плечом.

– Вот! – Ивола извлекла на свет немного помятую черную тетрадку. – Там все отмечено, не пропустишь.

– Ой, спасибо! Ты даже не представляешь, как меня выручила.

– Да ладно, пользуйся на здоровье.

Ксюха взяла тетрадку, быстренько пролистала. Названия и номера билетов действительно были отмечены красным цветом, а некоторые даже заложены.

– Бескорыстная помощь молодому поколению? – веселясь, спросил Карел. Сейчас, после тяжелейшего экзамена, ему все вокруг казалось смешным. – Можно посмотреть?

– Чего там смотреть? Экзамен по фиче прошлогодний, – сказала Ивола.

Ксюха расстегнула рюкзак, стала запихивать в него тетрадку, и в этот момент из нее вывалились какие-то бумажки. Часть их рассыпалась по подоконнику, две или три, кружась, опустились на пол.

– Надо же! – удивилась Ивола. – До сих пор лежат!

Карел нагнулся, поднял упавшие листочки.

– Что это? Любовная записка? Кому?

– Ну конечно же не тебе! – Ивола ткнула его кулачком в живот. – Это шпоры, умник!

– Шпоры? – Ксюха развернула одну бумажку. На ней очень мелким шрифтом теснился какой-то текст.

– Угу. Помнится, три ночи над ними корпела. Возьми тоже, пригодится.

Ксюха на мгновение задумалась.

– Нет, не возьму. Большое тебе спасибо, Ивол, но лучше – оставь у себя. Чтоб не было соблазна ими воспользоваться. А то понадеешься на шпоры, ничего не выучишь, а на экзамене так получится, что и достать не сможешь. Лучше уж я сама.

– Верно рассуждаешь, Ксюшка! – восторженно завопил Карел.

Ивола кивнула, соглашаясь, спрятала шпаргалки в кармашек сумки.

– Мы сейчас в «Эпицентр», пойдешь с нами?

– Нет, простите, ребята, не могу. Вы свое сдали, а мне завтра в десять еще предстоит…

– Можешь не продолжать. Экзамен – это святое! – со смехом заключил неугомонный Карел. – Ну, пойдем, что ли?

Экзамен по физиологии человека группа сдала на удивление легко – без единой «пары» и всего лишь с тремя трояками. Даже Инка получила четверку. Наверное, теплые солнечные деньки, пришедшие в Североморье с началом июня, расслабляли не только студентов. Суровые и требовательные внешне преподаватели тоже хотели побыстрее разделаться с летней сессией, рвануть в отпуск, в Ойкумену или на южные курорты.

Победно потрясая своей четверкой, Инка провозгласила:

– Ну, это надо отметить с удвоенной силой!

Ксюха не спорила – пусть подруга порадуется.

– Эй, Ксюш, я тебя спрашиваю: надо отметить или не надо?

– Конечно. Фейерверками, артиллерийским салютом и танцевальной программой.

Инка засмеялась:

– Ну, первое и второе обещать не могу, а вот ритуальные пляски мы сегодня точно устроим. Ты, кстати, не забыла?

– Нет, я все помню, – рассеяно ответила Ксюха, думая о своем. Сейчас ее больше всего заботила мысль о том, что одеть на Инкину вечеринку. Свободные средства вроде бы появились, да и за хорошую сдачу она хотела сама себя побаловать, а ведь в ее зачетке напротив краткого «ФЧ» сегодня красовалась жирная пятерка. Может, зайти в «Kosmoshauff», поискать что-нибудь…

– Не спи, подруга! Запомни – в половину десятого собираемся у «Голодной собаки» и всей толпой едем ко мне. Ау-у! Слышишь?

– Инка, прекрати! Я прекрасно слышу! В половину десятого.

Ксюха подхватила рюкзак, закинула за плечо.

– Вечером увидимся.

– Не опаздывай, – посоветовала Инна напоследок. – Вечно тебя ждать приходится.

Ксюха ее уже не слушала. Она думала, что надо бы еще заглянуть в галерею на Морской. «Kosmoshauff» – это, конечно, хорошо, но на ее скромные полторы сотни там можно купить разве что заколку для волос. А времени в обрез. Ведь если ничего подходящего найти не удастся, дома придется не только наносить боевую раскраску перед вечеринкой, но и состряпать что-нибудь сногсшибательное из своего небогатого гардероба.

Простучав каблучками по лестнице, Ксюха толкнула тяжелую дверь и выскочила на улицу.

Теплый летний ветер дохнул ей в лицо, взъерошил волосы. Да и солнце тут же напомнила о себе: пришлось снять курточку, завязать на поясе рукава.

Ксюха перешла на другую сторону улицы, нырнула в узкий проулок, носящий гордое название Институтского проезда. Пешком до «Kosmoshauff»а минут десять, не было никакого смысла ждать автобус.

Она не заметила, как от бровки тротуара медленно отъехала темно-синяя «астра» и тронулась следом за ней.

Бутик «Kosmoshauff» производил впечатление даже снаружи – мраморные ступени с золоченной полоской, зеркальные двери, здоровенная ручка из мореного дуба с начищенным до блеска набалдашником. В витринах красовалось ни на что не похожее совершенно чудо – среднего пола манекен, облеченный в текучее одеяние, больше всего напоминающее греческий хитон. В яростном неоновом свете фирменной вывески на ткани вдобавок посверкивали блестки.

Ксюха от такого великолепия даже заробела. Несмело потянула на себя дверь, на цыпочках проскользнула внутрь.

Демонстрационный зал бутика был оформлен в стиле «техноромантика». В четко распланированном беспорядке тут и там из пола поднимались колонны, увитые светодиодными шнурами и искусственными цветами из металлической проволоки. Художник намеренно сделал бутоны грубоватыми: лепестки топорщились заусенцами, а у завязи цветка отчетливо проступали заклепки. В дальнем углу негромко журчал офисный фонтанчик – вода неспешно лилась из ржавой трубы в мраморную чашу. Чтобы усилить эффект к трубе был приделан обычный водопроводный кран.

Надо признать, выглядело это все весьма концептуально.

Наверное, из-за огромного количества металла, в магазине отсутствовали магнитные турникеты. Вместо них входную дверь могучим плечом подпирал секьюрити самой что ни наесть неандертальской внешности. Под его бдительным взглядом Ксюха почувствовала себя совсем неуютно.

– Чем могу вам помочь?

Из глубин магазина к ней уже бежала девушка в серебристом облегающем комбинезоне, больше всего напоминающим костюм астронавта из фантастических фильмов шестидесятых годов. Макияж соответствовал – фиолетовые тени, сиреневые ногти, губная помада цвета индиго. Бейджик на груди «космической» продавщицы гласил: «Моника, старший консультант».

«Да, – подумала Ксюха, – раньше я сюда не ходила, и сегодня не надо было. Нечего здесь делать».

Но отступать было поздно, да и… несолидно как-то. Раз уж зашла, надо поизображать из себя искушенную покупательницу. Может, по виду она и не выглядит ходячей золотой кредиткой, но ведь по одежке только встречают.

– Понимаете, – сказала она доверительно, – мне нужно что-нибудь не слишком строгое, стильное… Что-нибудь такое свеженькое и приметное, для активной вечеринки в кругу близких друзей. Сможем найти нечто подобное?

– Конечно! – консультант Моника загадочно улыбнулась. – У нас как раз есть то, что вы ищете.

Следуя в кильватере серебристой фигурки, Ксюха прекрасно понимала, что ее игру ни на секунду не приняли за чистую монету. Продавщицы в бутиках, если они не новички, конечно, и не подруги хозяйки, которых просто некуда больше пристроить, неплохие психологи, с первого взгляда вполне могут оценить кредитоспособность клиентки. На дочь имперского олигарха или подругу криминального авторитета Ксюха никак не тянула.

29
{"b":"32348","o":1}