ЛитМир - Электронная Библиотека

Денек выдался еще тот. Обычно на свою работу Моника не жаловалась – «Kosmoshauff» платил хорошо, любые издержки компенсировались солидными деньгами. Но сегодня все как-то не заладилось. Сначала позвонила напарница Истра, сказала, что не придет, сославшись на головную боль. Так что Монике пришлось обслуживать сразу два отдела, потом – в два – привезли новинки осенней коллекции, и надо было все должным образом расставить, ничего не перепутать, не помять и не испачкать. А к вечеру приперлась эта противная бабища, жена министра социальных программ, и со свойственной ей въедливостью строила всех до седьмого пота. Удалилась совсем недавно, так, между прочим, ничего и не купив. Впрочем, это тоже в ее характере. Завтра наверняка пришлет водителя, чтобы взял «это, это, вот это и еще это три пары».

Форменный бардак, в общем. Покурить и то удалось всего два раза.

Только Моника хотела попросить девчонок из «кожного», как выражались в магазине, отдела последить за посетителями, чтобы свистнули, если что, как в дверь неожиданно влетела изящная девушка. Она несколько запыхалась, да и прическа от бега растрепались, но старший консультант сразу приметила со вкусом подобранные джинсы, водолазку, так удачно оттенявшую светлые волосы… Лицо показалось Монике смутно знакомым.

Девушка сразу же направилась в ее отдел. Продавщица мигом нацепила приветливую улыбку.

– Извините, – сказала покупательница, – я была у вас два часа назад…

И тут Моника узнала ее – действительно приходила сегодня, покопалась в вещах и ушла. В цене не сошлись. Бывает. Правда, в прошлый раз она была одета попроще.

– Да-да, чем могу вам помочь? Все-таки решили что-то приобрести?

Покупательница неожиданно покраснела, глаза стрельнули куда-то в сторону, но заметным усилием она заставила себя не отводить взгляд.

– Понимаете, я стояла в кабинке, мерила веши, а тут мне позвонила подруга… мы встречаемся сегодня… в общем, я поняла, что ужасно опаздываю, подхватилась и побежала. Вы были заняты… ну и… словом, так получилось… я случайно унесла с собой вот это.

С этими словами девушка достала из сумки сверток, развернула его.

«Сиреневый топик „Ricci“, лето 2 005 670 кредитов», – всплыло в голове у Моники.

– Извините меня, пожалуйста. Я совсем не хотела.

Девушка беспомощно улыбнулась, сунула топик в руки старшему консультанту, повернулась и ушла.

Моника хотела что-то сказать ей вслед, возможно поблагодарить, ведь недостачу вычли бы из ее зарплаты, но не успела. Хлопнула дверь, и в зале вместе с ней остался лишь Марат, охранник. Правда, кто-то еще ходил в отделе кож – отсюда было плохо видно.

Машинально положив топик на место, Моника нащупала в нагрудном кармане сигареты. Страсть как хотелось курить.

– Что за девчонка? – издалека спросил Марат. – Второй раз приходит. Понравилось, что ли?

– Да нет, скорее наоборот.

– В смысле?

– Помнишь мегеру министерскую с собачкой?

– А то! Всем устроила веселую жизнь.

– Ну вот, пока мы с ней носились, эта девчонка вынесла под рубашкой эксклюзивную вещь от «Ricci» ценой почти в семьсот кредитов.

– Да ну!!! – охранник аж подпрыгнул. – Так чего ж ты молчала?! Я б ее живо…

– В том-то и дело, Маратик. Только что она с извинениями принесла все обратно. Честная попалась… Торопилась, говорит, не заметила.

– Ага! Как же! Ваши бабы по три часа вокруг зеркала пляшут и никогда не торопятся. Да ей небось денег не хватило, вот она и стащила, чтоб перед кем-нибудь покрасоваться. Напрокат, так сказать.

Моника с Маратом не замечали, что высокий мужчина в черном, еще совсем недавно увлеченный изучением кожаных сумочек и ремешков, теперь внимательно прислушивается к разговору.

Потом он достал телефон, набрал номер и встал рядом с фонтаном из ржавой трубы. Журчанье воды заглушило слова, и о чем он говорил, никто не услышал.

Ксюха все-таки успела купить «бейлиса», и даже почти не опоздала – подумаешь, пятнадцать минут! Инка, конечно, начала что-то шипеть, но сразу же отстала, услышав причину:

– Твой любимый «бейлис» искала, три магазина оббегала. Если хочешь, чтоб все было вовремя, не давай трудновыполнимых поручений.

– Ладно, не кипятись. На-аро-од!! – зычно провозгласила Инка. – По коня-я-ям!

И первая же бросилась выполнять собственную команду, ухватив Клима за локоть. Компания зашевелилась, потянулась к выходу.

Марьянка с Кристиной уже взяли на копье каких-то незнакомых парней, судя по всему – старшекурсников, друзей гитарного Мартина. Сам он, взвалив на плечо инструмент, шел отдельно, насвистывая смутно знакомую мелодию.

Ксюха прислушалась. Ну точно! «Машина времени». Что-то везет ей на имперский рок в последнее время.

Она пристроилась сзади и начала вполголоса напевать:

– …он на взводе – не подходи, он уходит всегда один… Но зато мой друг лучше всех играет блюз, круче всех вокруг он один играет блюз…

Мартин обернулся.

– Знаешь эту песню?

– А то! – Ксюха подмигнула. – Сыграешь?

– А то! – в тон ей ответил он и улыбнулся. – Не могу отказать даме.

На выходе Мартин галантно пропустил Ксюху вперед, и даже придержал дверь.

– О! – вдруг сказал он. – В первый раз вижу «астру» такого цвета.

– Какую астру?

Он указал рукой куда-то в дальний конец улицы. Ксюха не очень хорошо видела в сумерках, поэтому она успела разглядеть только какую-то темную массу. Через мгновения масса двинулась и исчезла за поворотом.

– «Астра», ойкуменская марка, – объяснил Мартин. – Никогда не видел темно-синих. Машина подается как агрессивный драйвкар для настоящих мачо, потому бывает кроваво-красной, серой, сербристой или черной. Интересно.

– Не слушай его, – сказал Ксюхе один из друзей Мартина, Алан. – Он о тачках может часами распространяться. Любимый бзик.

– Почему – не слушать? Мне интересно.

Вечеринка удалась на славу. Инка с Кристиной блеснули кулинарным талантом, парни принесли с собой хорошего вина, потом танцевали, а совсем поздней ночью, когда особо буйные уже заснули, а самые любвеобильные – уединились, Мартин отыграл настоящий концерт.

Так же как и Ксюха, он больше всего любил имперский рок: «Чайф», «Кино», «Машину времени», «Арию»… Они пели негромко, но на звук пришла Кристина со своим кавалером, откуда-то проявилась Инка (и почти сразу исчезла), и даже Анжелка неожиданно возникшая на пороге комнаты в шесть утра, мирно сидела вместе со всеми, подпевая, когда попадалась знакомая песня. Ей больше нравилось что-нибудь посовременней, но гитара Мартина заворожила и ее. А играл он отлично. Может быть, не совсем чисто, но зато открыто, с душой. Видно было, что он не заучивал аккорды, а подбирал сам к тем песням, которые ему нравились, которые он хотел вспоминать почаще.

Утром он вызвался ее провожать, правда, до дома Ксюха не разрешила – далеко, как он поедет обратно в полусонном и не совсем трезвом состоянии. Так, до остановки. На улице Мартин переключился на любимую тему – автомобили – и рассказал Ксюхе немало интересного. По крайней мере, ждать автобус было не скучно.

И конечно в самом конце он попросил у нее телефончик.

– Хочешь сходить на концерт?

Ксюха вспомнила, как совсем недавно ее уже приглашали на один концерт, и несколько погрустнела. Неужели на тот же?

– Какой? На ойкуменский фолк?

– Нет, в клубе одном будет – бардовский, авторской песни. Тридцатого числа.

– Хочу! Только билеты, наверное, дорогие…

Мартин улыбнулся.

– Мне бесплатно. Я тоже буду играть.

– Здорово! Тогда точно идем!

– Давай ближе к делу созвонимся – числа двадцать восьмого. У вас когда последний экзамен?

– Двадцать шестого.

– Ну вот, и у нас двадцать шестого. Значит, никаких проблем.

Мартин достал свою трубку, пощелкал по клавишам и сказал:

– Диктуй.

Наверное, именно тот разговор с Мартином больше всего помог Ксюхе. Так она бы и внимания не обратила, пока не стало бы слишком поздно. Но на следующее утро, садясь в автобус, Ксюха приметила в дальнем проулке темно-синий передок с летящей буквой «А». Тогда, у института она толком не успела ничего разглядеть, потому совсем не насторожилась. Но когда та же «астра» мелькнула еще несколько раз, а потом и вовсе простояла два часа под окнами института – Ксюха то и дело выглядывала, проверяя на месте ли, – ей стало немного не по себе.

31
{"b":"32348","o":1}