ЛитМир - Электронная Библиотека

Ксюха тоже улыбнулась, недавние страхи показались ей несерьезными, детскими.

Она бы многое дала, чтобы никогда больше не чувствовать холодный липкий ужас, когда немеют ладони и сердце готово выпрыгнуть из груди.

Инка распаковывала сумки, быстро и сноровисто распределяя купленные продукты, – часть на стол, для ужина, часть в холодильник. Ксюха несколько раз пыталась поучаствовать, но ей было строго сказано: сиди, не рыпайся, готовься к борьбе с похмельным синдромом.

– Какое похмелье, ты что?

– Самое обычное. Организм молодой, неокрепший, разом заглотнуть полбутылки – это тебе не просто так. Крепись, подруга, помощь идет!

С этими словами Инка достала из сумки жестяную баночку джин-тоник-лайт и протянула ее Ксюхе.

– Держи! Помни мою доброту!

– Ну, осталось теперь на курсе всем рассказать, как я у тебя напилась, и готово дело.

– Вот те крест! Клянусь Конституцией! – сказала Инка и приложила руку к сердцу. – Никому не скажу!

– Смотри, ты обещала.

Обе изо всех сил старались поддерживать веселую перепалку: Инка, потому, что хотела приободрить подругу, а Ксюхе очень не хотелось ее разочаровывать. Ведь, на самом деле, радости в ней не было ни на грамм. Тоскливо как-то, невесело. Говорят, так всегда бывает по утрам, после хорошей пьянки. Тот самый, знаменитый адреналиновый синдром.

«Ой, а сейчас разве утро?!»

– Ин, сколько времени?

– Когда я выходила, часы показывали половину первого. Сейчас около часа, наверное.

– Час ночи? – уточнила Ксюха.

– Ну да, а что?

– Хочешь сказать, что я проспала больше десяти часов?!

– Угу. Я ж говорю – пьянчуга. Падшая женщина.

– Подожди-подожди. А ты сама-то спала?

– Ну да, вечером прилегла, на пару часиков. Мне, между прочим, в отличие от некоторых, еще биоинформатику сдавать. Так что, я посидела с книжками.

Ксюха запоздало сообразила, что Инке надо к экзамену готовиться, а не с ней, глупой истеричкой, возиться.

– Так может, тебе еще поспать? А я пока все приготовлю. Тебе завтра в институт надо ехать. Или нет?

– Виола на завтра консультацию назначила…

– Ну вот!

– Не волнуйся, я все уже придумала. Поеду в понедельник, вместе с параллельным потоком.

– А вдруг она тебе не разрешит?

– Ты что, Виолу не знаешь? Разрешит, без проблем. А если спросит, почему в субботу не приехала, скажу: Ксения заболела, ухаживала, мол, за бедняжкой. Она к тебе благоволит, мигом проникнется ситуацией, еще, может, отпустит пораньше.

– Инка! Совесть у тебя есть? – в притворном негодовании воскликнула Ксюха.

– Нет, а что это?

– Такая маленькая штучка, которая мешает совершать плохие поступки, – сказала и тут же сообразила, что подставилась. Подруга не преминула воспользоваться ситуацией:

– Какие пошлые у вас намеки, Ксения! И потом, я думала, что ты – уже. А ты, значит, – еще.

Обе расхохотались.

– Поймала, да. Один-ноль в твою пользу. – Ксюха вскрыла банку с джин-тоником, разлила шипящий напиток по стаканам. – За тебя, Ин. Спасибо, что ты есть.

Девушки чокнулись, выпили.

Засиделись до утра. Сначала долго резали фруктовый салат, чтобы потом в пять минут его съесть и громогласно жаловаться друг другу: ложки, мол, слишком большие попались. Потом Инка блистала кулинарными талантами, часов до пяти пекла шарлотку.

Пирог ели обжигаясь, запивая душистым чаем, который очень любила Инкина мама – на специально отведенной полочке у нее всегда стояло не меньше пяти сортов.

Но до конца расслабиться так и не получилось. Ксюха, уловив момент, когда подруга отворачивалась к плите, мыла посуду, или ставила чайник, то и дело выглядывала на улицу. Окно Инкиной кухни выходило в пустынный переулок, укрыться в котором было тяжеловато – все на виду. Пару раз ей казалось, что она видит подозрительные фигуры, курящие под козырьком соседнего подъезда. Потом у бровки остановился минивэн с тонированными стеклами и проторчал там минут двадцать, не выключая двигателя. В следующий раз, когда Ксюха посмотрела в окно – его уже не было.

Тогда-то она и собралась с духом задать Инке вопрос, который давно ее мучил:

– Ты когда в магазин ходила – не видела ничего подозрительного?

– Ой, ты все об этом?! Расслабься, Ксюш, никто за тобой не следит. По крайней мере, сейчас. Ну, кроме меня, конечно, – я ведь вижу, что ты только третий кусок шарлотки ешь. И если ты не хочешь нанести мне смертельную обиду…

Ксюха тут же отрезала от пирога еще ломоть, положила себе в тарелку.

– То-то. Помни: Большая Сестра следит за тобой!

– И все-таки?…

– О, Господи! Да никого я не видела!!! По темным углам не прятались убийцы в лыжных масках, и подъезд не охватили полукругом стройные ряды подозрительных авто с антеннами на крышах. Веришь?

– Конечно.

– И никто не подходил и не спрашивал ненароком, куда я девала свою подругу Ксюху, за которой идет охота. И даже сумки никто не донес – вот, что обидно. Сказал бы: давайте я помогу, мол, вам тяжело. Заодно и квартиру бы выследил… Но нет. Перевелись джентльмены среди преступников.

Получилось так, что своим вопросом Ксюха накликала беду.

Часов в девять, когда все уже было съедено и выпито, когда они валялись на диване, вспоминая веселые события из жизни курса, зазвонил телефон:

Инка лениво подтащила к себе телефон – дома она не признавала никаких радиотрубок – и также лениво произнесла:

– Сестрица, наверное. Пока предков нет, она у подруги отрывается. Небось, хочет сказать, что еще на день остается. Разрешим? – И не дожидаясь ответа, она сказала в микрофон: – Алло.

Но это была не Анжела.

Незнакомый мужской голос, низкий и довольно красивый, обеспокоенно спросил:

– Добрый день! Позовите, пожалуйста, Ксению.

По окаменевшему лицу Инки Ксюха сразу поняла: что-то не так. Но подруга неплохо умела владеть собой и абсолютно спокойно ответила:

– Здесь таких нет. Вы какой номер набираете?

Собеседник смешался, пробормотал нечто неразборчивое и повесил трубку.

– Кто это был? – спросила Ксюха.

Инка несколько секунд молчала, приходя в себя и собираясь с мыслями.

«Вот оно что! Выходит, все, что наговорила вчера подруга – не бред и не вымысел. За ней действительно кто-то следит».

– Какой-то мужик. Спросил тебя.

– Меня? – Ксюха побледнела.

– Именно. Голос незнакомый. Скорее всего, он не знает, что ты здесь, просто обзванивает все твои контакты, потому и не стал настаивать. Ты записную книжку не теряла?

Телефон снова звякнул. Тот же голос сказал:

– Ксению можно услышать?

Инка внезапно озлобилась. «Да что это такое, вообще?! Какие-то уроды до полусмерти пугают бедную Ксюху, да еще имеют наглость названивать каждые пять минут?!!»

– Я же вам сказала: здесь таких нет!! Номер какой у вас?

– 865—441-373.

– Правильно, только у нас никаких Ксений нет. Вы куда звоните?

Мужчина помедлил с ответом. Инка поняла: сейчас соврет.

– В «Балтфинтраст инкорпорейтед».

– Так вот: здесь вам никакой не Балфинраз! Здесь частная квартира. Не звоните больше.

Ошеломленный неожиданным напором, собеседник снова отключился.

Ксюха смотрела на нее расширившимися от страха глазами. Только теперь Инка поняла совершенно отчетливо: дело нечисто. С подругой действительно происходит что-то нехорошее. Скорее всего, она случайно попала в эпицентр бандитских разборок и стала свидетелем какого-то преступления. А это уже не шутки. И глупыми звонками все не закончится. Преследователи наверняка побывали у Ксюхи дома, не застали ее там и теперь ищут по знакомым и друзьям.

– Так, – сказала она спокойно, стараясь унять предательскую дрожь в коленях и вытереть украдкой вспотевшие ладони, – надо звонить в полицию.

– И что ты скажешь? – горько сказала Ксюха. – Какой-то человек дважды ошибся номером, и я переполошилась?

– Скажу, что он угрожал мне.

– И что? Думаешь, они тут же приедут нас охранят? Счаз! Скажут – когда начнут убивать, тогда и звоните.

66
{"b":"32348","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Airbnb. Как три простых парня создали новую модель бизнеса
Спарта. Игра не на жизнь, а на смерть
Всё о Манюне (сборник)
Агент «Никто»
Дети 2+. Инструкция по применению
Никогда-нибудь. Как выйти из тупика и найти себя
Убийство в стиле «Хайли лайки»
Тринадцатая сказка