ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– А что? Я разве толстая?

– Нет, – хмыкнул я. – Просто в порталах оплату транспортировки считают по весу. Сколько в тебе? Пятьдесят?

– Сорок восемь!

– Это все равно.

– Нет, не все равно!

Полтора часа назад эта девочка была в шаге от смерти и трепетала в руках подонка с ножом, а сейчас спорит о какой-то ерунде. Счастливая. Мне бы научиться забывать так быстро.

– Плата за полные десять кило, так что возьмут как за пятьдесят. Да еще снаряжение, одежда. Ладно, с деньгами что-нибудь придумаем. Пошли.

Кира подняла с земли фонарь, побежала за мной. Догнала – что было не трудно, – ухватила за руку и спросила:

– Мы… к ним идем? Да?

– Если хочешь, можешь не ходить. Надо похоронить убитых. Собрать оружие, снаряжение – все, что можно продать. Я один справлюсь.

– Нет, – сказала она твердо, – я буду помогать.

Провозились мы долго, часа три, наверное. Первым делом двумя старательскими кирками вырыли могилы для погибших. Обливаясь потом, перетащили всех шестерых – я со своей ногой ковылял еле-еле, поэтому большая часть работы пришлась на долю Киры.

Она не скулила. Хотя и побледнела до синевы – смотреть страшно. Раньше ей точно не доводилось носить на руках мертвецов.

Завалили могилы землей, а Кира, стирая руки в кровь, натаскала по моему совету камней поверх насыпных холмиков. Чтоб не разрыли динго.

А пока она возилась с ними, я взял кирку и снова врубился в землю, шагах в ста от последнего пристанища шахтеров. Нога мне почти не мешала, разве что напоминала иногда непривычной тяжестью: эй там, наверху, ты не забыл, что во мне пуля сидит?

Закончив свою работу, Кира подошла ко мне.

– А это зачем? Тех… ну, других… хоронить?

«Мародеров не хоронят, девочка».

– Они этого не заслужили.

– Почему? Потому что воры, да?

– Нет, не поэтому. Корсары – тоже воры и грабители, но их хоронят, и причем с почестями. Те же рейнджеры и сталкеры, которые бьются с ними до последнего. Потому что корсары враги, а врага можно уважать. Особенно сильного и умелого.

Я с ненавистью рубил землю. Кира молча ждала продолжения.

– А эти, они шакалы. Стервятники. Трупоеды. Зачем оставлять о них хоть какую-то память?

Она не возражала. Видимо, этот негласный закон пустошей не вступил в противоречие с ее этикой. Но любопытство не давало покоя.

– Зачем же тогда яма?

– Старательский груз закопаем. Помоги дотащить.

Странно, но она ничего не сказала, а я уже ждал очередных обвинений в мародерстве. Нет, Кира без лишних слов взялась за ближайший мешок. Пока мы пыхтели, подтягивая груз к яме, я объяснял:

– У старателей есть нечто вроде законов чести – Кодекс Шахт. Он хоть и неофициальный, но действенный, за исполнением следит не столько охрана, сколько людская молва. Нарушившему закон под землю лучше не спускаться. А если доведется мастеру оступиться – ему и подавно больше веры не будет.

– Правильно! – Кира на минуту остановилась, вытерла пот, устало привалилась к мешку.

– Не думай, что все так радужно. Подонки есть везде. Но я знаю в Оазисе одного настоящего, – я выделил голосом, – мастера. Мы скажем ему, где лежит груз погибших сегодня парней. Он пошлет своих, товар откопают и доставят в город. Если не найдут наследников – продадут, а деньги положат в фонд помощи. На пенсии семьям тех, кто так и не вышел из шахты, на оружие и снаряжение для новичков.

Глаза Киры загорелись.

– Ты молодец, Андрей! Так и сделаем! А… а он не возьмет деньги себе? Твой мастер?

– Не возьмет. Все равно дознаются. И не быть ему тогда мастером. Ни на одной шахте, даже за сто переходов отсюда.

Мы плотно утрамбовали мешки. Прежде чем засыпать яму, я вынул из кармана одного из них серебристый тюбик метчика. Отвернул крышку, выдавил пасту и крест-накрест пометил наш схрон.

– Заваливай! – я махнул Кире рукой.

Конечно, она не утерпела.

– А что ты сделал?

– Обозначил место радиоактивной пастой: ею старатели новые забои столбят и проходы размечают. Счетчиком Гейгера потом найти – раз плюнуть.

Пока Кира старательно маскировала наш тайник какими-то веточками, я собрал оружие. ППШ, разболтанные рабочие лошадки старателей, поставил рядом с камнем. В реальном бою толку от них ноль, а для крыс 72 патрона в дисковом магазине – сюрприз неприятный. Ребятам Дигмана пригодится. АКМ Смазчика, к сожалению, оказался испорчен. То ли задело в перестрелке, то ли ствольную коробку сорвало от падения. Автомат вообще выглядел очень поношенным, за такой много не выручишь, только лишнюю тяжесть протаскаешь. Пусть Том разбирается, если охота, может, есть у него умельцы, починят.

А вот ХМ8-компакт Скинни оказался в приличном состоянии, да еще с подствольником – монет триста всяко можно выручить. СВД я навьючил на себя. Полезная вещь в пустыне, незачем такими подарками разбрасываться.

С поясов Грува и Скинни я снял две рации (шестеркам они, судя по всему, не полагались, или не успели скопить еще). Код скремблера, конечно, не подберешь, но кто сказал, что он вообще нужен? Я выворотил кодирующие модули, размахнулся и закинул далеко в сторону. В Оазисе поставлю новые, будет работать на ура.

Денег у всех четверых с собой не оказалось. Зато в КПК у Грува торчал чудесный модуль электронного увеличителя. Ну, понятно, снайперу без бинокля никак. А раз он ему больше не нужен, пристрою себе.

КПК с радостью заглотнул апгрейд, прогнал тесты и остался доволен:

«Дополнительные модули… электронный увеличитель „Спай-гласс“… заряд 63%».

Подошедшей Кире я протянул «хеклер».

– Умеешь пользоваться?

И по тому, как осторожно она взяла пушку в руки, понял: не умеет. Кира крутила пистолет-пулемет с тем недоуменным восхищением, которое всегда вызывает у неофитов красивое оружие.

Я быстро перещелкнул флажок предохранителя.

– Нет, – сказал Кира. – Научишь?

– Попробую. Пока носи просто так, для солидности. Ствол для девушки подходящий, какой-нибудь подонок сто раз подумает, прежде чем тебя задирать.

И тут она меня ошарашила. Прямо в лоб.

– Андрей, я хотела тебя попросить.

Она стояла прямо передо мной, тоненькая, одинокая, испуганная. Я смотрел на Киру сверху вниз, опираясь на СВД, как на костыль.

Хорошо, должно быть, мы выглядели со стороны. Как говорила мама Коуди: «Красивая пара».

– Ты… ты… только не смейся, ладно?

– Не буду.

– Можешь проводить меня в Москву?

Наверное, на моем лице отразилось как минимум удивление, потому что Кира тут же заговорила очень быстро, не давая мне вставить ни слова.

– Тебе заплатят! Обязательно! Я попрошу. Только проводи меня, пожалуйста. Знаешь, я иногда думаю: а вдруг меня преследует кто-то? Охотится на меня? Почему там, где я, всегда опасно? Почему нападают и убивают? Вот и тебя сегодня чуть не убили… А потом, когда ты так странно себя повел, я решила, что ты тоже против меня. Я уже не знаю, кому верить и что думать!

– А теперь веришь?

– Конечно! Раз попросила. Я тогда очень испугалась, Андрей, честно. И вообще, раньше все, кто брался меня защищать и охранять, – погибали…

«Вот спасибо, девочка, утешила».

– …думала, что надо мной висит какое-то проклятие, что я, вместо того чтобы лечить, приношу людям смерть. Но ты жив! Значит, все не так плохо, как мне казалось, значит, я могу туда дойти и…

Она говорила и говорила без умолку. А я размышлял: с какого лысого хрена мне сдалась эта Москва?

«Тебе мало своих проблем, Андреналин?»

Завтра в Оазисе меня будет ждать Джок с координатами Силь или хотя бы с намеком, где ее можно найти. В любом случае – хоть с какой-то информацией. И Дигману я кое-что обещал. Конечно, сегодня я вернул его траты сторицей, но Андреналин всегда доделывает до конца все, за что берется.

Да разве это проблема – дойти до столицы? Всей дороги: один портал и полтора дня. С полицаями и того быстрее. Вернемся в город, продадим барахло, выручим денег, будет чем за охрану заплатить.

18
{"b":"32349","o":1}