ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Моя девушка уехала в Барселону, и все, что от нее осталось, – этот дурацкий рассказ (сборник)
Код да Винчи
Кишечник и мозг: как кишечные бактерии исцеляют и защищают ваш мозг
Рестарт: Как прожить много жизней
Каждому своё 2
AC/DC: братья Янг
Сестра
Мертвый вор
Хватит ЖРАТЬ! И лениться. 50 интенсивных тренировок от тренера программы «Свадебный размер»
Содержание  
A
A

– Тикки! – закричала Кира и бросилась к нему. Подхватила ящерку с земли, прижала к себе и закружилась на месте от избытка чувств.

Конечно, я тысячу раз слышал о гекконах и о том, что некоторые псионики приручают их. Но вот так, на руках у человека, раньше не видел. Этих безобидных пресмыкающихся в наше время на свободе почти не осталось – который год продолжается безжалостный отстрел ради крепкой шкуры, из которой потом штампуют бронепластины. Кое-кто разводит их специально, варварскими способами вроде кипятка и кислотного душа заставляя гекконов линять по нескольку раз за год. И только некоторые пси держат их просто ради компании: благодаря прямому ментальному контакту с хозяином ящерки приручаются на удивление легко и быстро.

– Можно его погладить? – спросил я.

– Пожалуйста, – сказала Кира. – Знакомьтесь: Андрей, это Тикки. Тикки, это Андрей. Он свой и хороший.

Я протянул руку, провел пальцами по жесткой, бугристой коже. В ответ геккон высунул длинный раздвоенный язык и лизнул мне запястье.

– Ну, вот и познакомились. – Кира пристроила Тикки на плече, геккон тут же свернулся клубком, прикрыл большие светящиеся глаза. – Он устал. И хочет спать.

– Пусть спит.

– Знаешь, – она на мгновение зажмурилась, провела ладонью по закрытым глазам. – Я только сейчас поняла, что тоже жутко устала.

Я не удержался, погладил ее по волосам. Кира подалась навстречу, словно не хотела отпускать от себя тепло моей руки.

– Ничего, немного осталось. Скоро дойдем.

Да, я малость преуменьшил расстояние, чтоб не пугать ее. Мы шли к Оазису еще несколько часов. Ремень СВД давил на плечи, набитый рюкзак тянул к земле, да и анестезия начинала понемногу отходить – зуд в ноге все чаще напоминал о себе. Я пошел медленнее, Кира то и дело убегала вперед, потом, спохватившись, возвращалась, виновато заглядывала в глаза. Опять чувствовала, что ли?

Солнце уже золотило барханы на востоке, когда мы увидели дрожащую пелену защитного купола.

Киру я оставил на центральной площади Оазиса, посоветовал сходить на почту – проверить, нет ли каких сообщений из дома или из Новой Москвы. Эта идея сразу захватила ее, усталость мигом слетела, да так, что Кира умчалась в сторону делового квартала чуть ли не бегом. Еле успел вручить ей текст телеграммы для Дигмана – где искать схрон со старательским грузом – и пару монет на всякий случай.

Я смотрел ей вслед и в который раз мучил себя вопросами.

Почему мне никак не удается выбросить ее из головы? Спокойно оставить в относительной безопасности Оазиса и идти своей дорогой?

Вот и сейчас, вместо того чтобы проститься навсегда, я опять подарил ей надежду. Пообещал к вечеру узнать, кто сможет ей помочь:

– В общем, не переживай, Кир, что-нибудь обязательно придумаем!

«Зачем морочишь девчонке голову, брат Андреналин?

Может быть, потому, что никак не можешь забыть Силь и считаешь себя виновным во всем, что случилось. И, наверное, именно поэтому бросился спасать Киру? Всего лишь в бесплодной попытке убедить собственную совесть, что и ты способен «спасать и защищать»?

Ну что ж, расхлебывай теперь…»

Внутренний голос, как всегда циничный и жесткий, был прав на все сто. Не поспоришь. Я потуже перетянул ремни походного мешка, вздохнул и поплелся в госпиталь.

Надо признать, правительственные коновалы неплохо справились со своей работой. Пулю из меня извлекли секунд за пять, я не успел даже вздрогнуть. После чего наложили регенерирующий пластик, впрыснули стимулятор роста мышечной ткани. Через три часа и каких-то шесть медяков я уже мог спокойно сгибать и разгибать ногу, опираться на нее. Даже сбежал вниз по лестнице – никаких фантомных болей или неприятных ощущений.

И без нейрохимии, кстати. По крайней мере, железяка в моей черепушке не протестовала.

До вечера было еще далеко, и для начала я наведался в казармы полиции, посмотрел список патрулей, потрепался с дежурным. Сначала он встретил меня неласково, но после нескольких монет подобрел и поведал кое-что из секретной информации. Новости были неутешительные – в ближайшую неделю не планировалось крупных караванов или полицейских рейдов на Москву.

Так что хочешь не хочешь, а придется мне искать Кире проводника, раз обещал. Надо поболтать с Джоком, может, подскажет кого.

В магазине у давешнего торговца я сдал мародерское барахло, прикупил патронов к СВД, полевую аптечку, пару скремблеров для рации. В общем, дел и вправду оказалось более чем достаточно.

До паба я добрался уже к закату. Народ толпился у стойки, оставив столики почти пустыми, – старатели в основном. Небольшая эстрада призывно подмигивала веером красных огоньков: самое время для маленького обнаженного шоу.

Бармен подмигнул мне, как старому знакомому. Не без иронии поинтересовался:

– Я смотрю, ты поправил финансы. Что будешь заказывать? Виски? Или опять пойло бейлевское наливать?

Юморист, мать его. У меня с той бормотухи до сих пор руки трясутся.

И с чего это он так моим достатком озаботился? Нет, понятно, что выгляжу я получше, чем в прошлый раз. Ствол опять же на плече не дешевый, слепой не увидит. Только неужели он каждого клиента помнит, кто в чем приходил? Или ты, сталкер, так засветился, что в Оазисе тебя даже уличные попрошайки скоро будут узнавать?

– Два рэша. Двойных.

Он не глядя снял с полки бутылку, проверенным жестом толкнул вдоль стола пару стаканов.

– Правильный выбор, не пожалеешь. Настоящий рэш в наше время редкость. И пьется хорошо, а еще от него в теле такая легкость образуется. Чувствуешь себя лет на десять моложе, скакать хочется…

– Вот и проверим, – сказал я, – не подделка ли твой хваленый рэш. Если меня танцевать потянет, значит, самое то.

Бармен с сомнением посмотрел сначала на меня, потом на бутылку. Свинтил пробку, понюхал.

– Не боись. Мы за качество отвечаем. Если уж моча вроде бейлевской, то моча самая отвратительная, а если…

– …виски, – подхватил я, – то первостатейная. Ладно, расхвалил – дай еще две двойных. Джок не появлялся?

– Да уж два раза заходил, тебя спрашивал. Три монеты.

Я расплатился, выдохнул и резко опрокинул в себя стакан. Первая порция прошла как по маслу. Пойло и в самом деле оказалось приличное, на общем фоне, конечно.

– Если что, я жду его вон за тем столиком.

Джок появился минут через двадцать. То ли бармен скинул сообщение парню в КПК, то ли ему так не терпелось вывалить добытую информацию и побренчать медью, что он заглядывал в бар едва ли не каждый час.

Увидел меня еще с порога, махнул рукой – иду, мол.

Едва он уселся, как я подтолкнул к нему стакан:

– Судя по твоей ухмылке, новости неплохие. Выпей вот для здоровья, легче будет.

– Спасибо. – Джок с удивлением посмотрел на виски. – Рэш?

– Он.

Нечасто, выходит, его клиенты угощают.

Ему тоже очень хотелось сказать что-то типа: «В прошлый раз тебе на Бейля еле хватило». Но дармовая выпивка ждать не собиралась – Джок сделал пару глотков. Кашлянул.

– В общем, нашел я то, что ты просил, – хриплым голосом сказал он. – Все семеро.

– Показывай.

Он вытащил из нагрудного кармана и разложил передо мной семь голографических пластинок с образами.

– Как в казино. Только там четыре дамы, а здесь семь.

«И часто ты, парень, в казино-то бываешь, со своими заработками», – мельком подумал я, вглядываясь в лица девушек.

– Хочешь, могу в КПК скинуть. Все данные.

Первых двух красавиц я отбросил почти сразу. Рыл… пардон, личиком не вышли. Знала бы Силь, с кем я ее сравниваю, убила бы к ядреной матери. Да-аа, не повезло вам, девочки. Зато экипировка не подкачала, и пси-показатели зашкаливают.

Третью карточку я долго вертел в руках. Не слишком похожа, да и не сталкер-старатель, но, учитывая умение Силь перевоплощаться… Отложим пока в сторону.

Джок допил виски и, развалившись в кресле, рассматривал посетителей сквозь мутное стекло стакана.

20
{"b":"32349","o":1}