ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A
* * *

– Нет! Не могу поверить! Это совершенно невозможно! – Глава охранной фирмы Евгений Петрович Зарубин нервно курил одну сигарету за другой. Глаза у него ввалились, кожа приобрела землистый оттенок, пальцы дрожали.

– Почему невозможно? – поинтересовался Нечаев, сидевший в кресле напротив. – Сейчас многие кончают с собой!

– Костя Митин был настоящим христианином. – Голос шефа осекся.

– Тогда понятно[18], – кивнул Иван.

– Правда?

– Конечно, я сам верующий.

Зарубин испытующе поглядел на Нечаева.

– Помимо прочего, Костина смерть кое-кому очень выгодна, – продолжил он после небольшой паузы. – Митин случайно разузнал некоторые вещи…

– Какие именно?

– Точно не знаю. Костя сказал лишь, что, разыскивая пропавшего сына Смирнова, наткнулся на такую грязь…

– Он называл конкретные факты, имена?..

– Нет, не успел.

– А что говорит милиция?

– Самоубийство! Бесспорный, мол, факт!

– Гм, ленятся по-настоящему работать, паразиты, – криво усмехнулся Нечаев.

– Может, ленятся, а может… не хотят. Слушай, у тебя вроде старый приятель там служит, попробуй побеседовать с ним…

– Попробую, – немного подумав, ответил Иван. – Правда, мы давно не виделись, не знаю, какой он теперь…

– Попытка не пытка, – голос Зарубина принял умоляющее выражение. – Ну пожалуйста!

– Хорошо, сегодня зайду…

* * *

В кабинете начальника следственной части Н-ского ОВД майора юстиции Валерия Николаевича Кознова кипела работа: полная, завитая мелким барашком дама отстукивала на машинке какие-то архисрочные документы, внимательно изучал уголовное дело адвокат, его подзащитный курил, выпуская кольца дыма и меланхолично глядя в окно, а сам Валерий Николаевич, не стесняясь в выражениях, распекал проштрафившегося подчиненного.

– Идиот! – рычал багровый от бешенства Кознов. – Лентяй! Дармоед!..

Подчиненный преданно взирал на начальника, думая про себя: «Чтоб ты подавился, сволочь!» Неожиданно дверь отворилась.

– Я занят! – рявкнул Валерий Николаевич. – Вы разве не слышали?! – И вдруг осекся, узнав Нечаева. – Иван? Ты? Какими судьбами?!

– Нам нужно поговорить, конфиденциально…

Кознов в раздумье поморщил лоб.

– Ладно, свободен, – махнул он рукой подчиненному и учтиво обратился к адвокату: – Вам долго еще, Вадим Юрьевич?! – Тот неопределенно пожал плечами.

– Давай побеседуем на улице? – предложил Нечаев. – Душно здесь, да и людям мешать не будем.

* * *

Возле здания милиции, окруженная чахлыми топольками, стояла деревянная беседка, сооруженная с претензией на декоративность. Внутри чесали языками два сопливых юнца-альтернативника. При виде майора, славившегося крутым характером, они мгновенно испарились.

– Зачем ты так бедолагу лейтенанта охаивал, да еще при посторонних людях? – спросил Иван, присаживаясь на лавочку и закуривая сигарету.

– Заколебали меня эти болваны, – скривился Кознов. – Ни черта не умеют и не хотят уметь! Век бы их не видеть! Все нервы истрепали, охламоны!

– Хрен с ними, – прервал излияния майора Иван. – Я по другому поводу!

– Нет проблем! Для старого друга все что угодно! – лучезарно улыбнулся Валерий.

– Ты в курсе дела об убийстве Митина?

– Убийстве? – еще шире улыбнулся Кознов, однако Иван заметил нехороший огонек, мелькнувший в глазах майора. – Не было никакого убийства, он покончил с собой!

– Ты уверен?

– Конечно, я сам присутствовал при осмотре места происшествия. Митин повесился на люстре, следы борьбы в комнате, а также какие-либо травмы на теле полностью отсутствуют.

– Где труп?

– Зачем тебе?

– Ты не ответил на вопрос.

– В морге, разумеется.

– Дозволь взглянуть.

– Я тебя не понимаю, Иван, – в голосе Кознова зазвучало плохо скрытое раздражение. – Или ты некрофил?

– Митин работал в нашей фирме… Я полагаю, его убили!

– Послушай, мы оба с тобой профессионалы. Неужели ты считаешь, что я не смогу отличить настоящее самоубийство от инсценированного?

«Врет, – убежденно подумал Нечаев. – Точно врет!»

Но почему?

* * *

Служитель больничного морга Н-ского района Александр Дмитриевич Мясников, или попросту Митрич, отличался исключительным пристрастием к «зеленому змию». Он даже время измерял не часами, как все люди, а стаканами. После второго стакана привезли нового жмурика… Когда по телевизору показывали футбол? Ну, примерно после шестого стакана… Обычный человек давно загнулся бы от таких доз спиртного, принимаемых ежедневно, но Митрич, вопреки всем законам физиологии, почему-то не загибался и даже ухитрялся, когда требовалось, довольно твердо держаться на ногах.

Сегодня Митрич дежурил в ночь. В больничный морг, в отличие от обычного городского, мертвецы поступали довольно редко и только из больницы. Правда, менты привезли недавно одного самоубийцу. Их начальник лично договорился с главврачом, с которым, судя по всему, был хорошо знаком. Зачем? Не все ли равно покойнику где лежать? Впрочем, Митрич не утруждал себя излишними размышлениями. Привезли так привезли, пусть лежит, места хватит!

В настоящий момент его волновал другой животрепещущий, исключительно важный вопрос, а именно: где достать выпивку?! Он тоскливо глядел на почти пустую банку из-под медицинского спирта. Горючее на исходе, карманы безнадежно пусты. Беда!

Неожиданно в дверь позвонили.

– Кого там черти носят?! – недовольно прохрипел Митрич и, слегка пошатываясь, направился открывать.

– Привет, дружище! – улыбнулся ему незнакомый мужчина лет тридцати с небольшим и достал из полиэтиленовой сумки две бутылки водки. – Хочешь выпить?!

ГЛАВА 3

Расставшись с Козновым, Нечаев долго размышлял о странном поведении Валерия. Почему он так насторожился, когда разговор зашел о Митине, почему отказался дать разрешение взглянуть на труп? Может, оскорбился за недоверие к его профессионализму?

Покойный Андрей Николаевич Моргунов научил их многому. Затем они вместе закончили одно и то же погранучилище, прошли специальные курсы диверсионной подготовки, где овладели всеми возможными способами убийства. Потом пути друзей разошлись. Ивана отправили в Афганистан, а Кознов обосновался в одном из пограничных военных округов. В конце восьмидесятых он по неизвестной Нечаеву причине уволился из армии и поступил на службу в милицию. С тех пор они почти не встречались, и теперь Ивана неприятно поразила произошедшая со старым другом перемена. Нет, не внешняя, а, если можно так выразиться, – энергетическая. Нечаев почти физически ощущал исходящее от Кознова зло. Кроме того, с одной стороны, Иван был почти на сто процентов уверен, что Костя Митин, искренне верующий христианин, никогда не стал бы кончать с собой, с другой – Кознов, отлично владеющий УНИБОС, моментально отличил бы настоящее самоубийство от инсценированного.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru

вернуться

18

Для христианина самоубийство – тягчайший, непростительный грех. В крайнем случае, если уж совсем невмоготу, он может пойти на уловку, как, например, М.Ю. Лермонтов, который специально спровоцировал дуэль с Мартыновым, и, хотя, будучи прекрасным стрелком, мог уложить противника с одного выстрела, спокойно ждал, пока его прикончат. Правда, Бога не обманешь.

3
{"b":"32417","o":1}