ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Зачем тебе? – недовольно спросила она.

Ленка чуть не зарыдала.

– Забыла домашнее задание, прикинь, что со мной Мавра сделает.

Мавра, или Марина Владимировна Маврина, преподает в их институте технический перевод. Абсолютно непреклонная, неумолимая дама, не дававшая никому ни малейшей поблажки. Можно было сколько угодно ныть:

– Ну, Марина Владимировна, ей-богу сделала, на следующее занятие принесу, ну, пожалуйста…

Противная баба только ухмылялась и отвечала:

– Я понимаю, что технический перевод понадобится в жизни отнюдь не всем, поэтому совершенно не настаиваю на выполнении заданий, но, как педагог, не могу простить пренебрежительного отношения к науке. Поэтому минус один.

Студент, попавший в такую ситуацию впервые, как правило, интересуется:

– Минус что?

– Минус один балл на экзамене, – спокойно поясняет злыдня Мавра, – если заслужишь, отвечая, три, поставлю два, если четыре – три… Понятно? Ежели не выполнишь следующее задание, будет минус два, как наберешь минус четыре, на экзамен можешь не приходить.

Глупые первокурсники хихикали, им всем вначале казалось, что Марина Владимировна шутит. Но в первую же сессию выяснялось: Мавра говорила серьезно.

Теперь понимаете, почему забытая тетрадь превращается в катастрофу?

– Ну, пожалуйста, Полечка, – умоляла Ленка, – мне тут рядышком, за пять минут обернусь, а пешком долго бежать…

– Чего на своей не поедешь? – не сдавалась По-лина.

– Так она сломалась! Я сегодня безлошадная…

– Ладно, – вздохнула Поля, – но, если поцарапаешь или помнешь крыло, убью.

– Гореть мне синим пламенем! – воскликнула Ленка, выхватила ключи и унеслась.

Бедная Рокотова не предполагала, что буквально через пару минут и впрямь вспыхнет, как факел.

– Был взрыв? – спросила я.

Поля покачала головой:

– Я ничего не слышала, мне сказали, когда уже пожарные прибыли.

– Когда это произошло?

– Между первой и второй парами.

– Я же тебя просила ездить на метро!

– Ну да, – дернула плечом девушка, – стану я толкаться в вонючем вагоне, нашла дуру!

– Ты приехала в институт утром?

– Конечно, к девяти.

– Все было в порядке?

– В полном, и вообще, «Жигули» только-только из сервиса, а недавно техобслуживание прошла, машина практически новая. Ой, бедная Ленка, – захлюпала носом Поля.

– Послушай, – быстро сказала я, – видишь магазинчик, вон там слева?

– Ну? – перестала плакать Поля.

– Глянь, какой в витрине пуловер, прямо для тебя, пошли, померяешь.

– Дорогой небось!

– Плевать, надо же себя баловать иногда…

Поля кивнула, и мы двинулись в бутик. Девушке понравилось сразу несколько кофт, она набрала вешалок с цветными тряпками и кинулась в примерочную.

Я стала бродить по торговому залу. Честно говоря, магазинчик выглядел бедно и плохо, впрочем, и цены тут оказались ниже некуда, дешевле только на вьетнамском рынке, наверное, потому здесь толкалось невероятное количество народа, в основном тинейджеры и студенты, хватавшие свитерочки, пуловерчики и брюки. Публика вела себя бесцеремонно, люди носились, громко разговаривали и выражали негодование по поводу долго не освобождающихся примерочных. В особенности злилась одна девчонка, стоявшая перед кабинкой, в которой переодевалась Поля.

– Нельзя ли побыстрей? – верещала девица. – Заснула она там, что ли? Эй, пошевеливайся, не одна в магазине.

Полина не отвечала, и правильно делала, с хамами лучше не связываться.

– Ну сколько можно? – подпрыгивала девчонка. – Ей-богу, пора и закругляться.

С этими словами она всунула голову за занавеску. Я хотела подойти и сделать нахалке замечание, но тут от примерочной понесся дикий крик:

– А-а-а-а…

Я рванула на звук и, опередив всех, схватила противную девчонку за локоть.

– Чего орешь?

Девушка застыла с выпученными глазами и начала тыкать пальцем в сторону кабинки.

– Там, там, там…

Подлетевшая продавщица отдернула темно-синюю бархатную шторку и завопила в свою очередь:

– А-а-а!..

– А-а-а!.. – подхватили посетители, оказавшиеся в непосредственной близости от кабинок.

Я глянула внутрь кабинки и похолодела. На полу, скорчившись, лежала Полина, из-под ее тела разливалась темно-красная лужа.

– Милиция! – надрывалась продавщица. – Сюда, скорей, на помощь, человека убили…

Я стала медленно сползать по стене.

– Что случилось? – раздался знакомый голос.

Я вскинула голову и увидела, как из соседней кабинки выбирается Поля.

– Ты? – вскрикнула я. – Но почему в этой примерочной, ведь ты заходила сюда!

По дороге в Ложкино испугавшаяся донельзя Полина рассказала, что случилось. Между кабинками нет стенки, только занавеска. Не успела Поля натянуть понравившуюся кофточку, как из-за драпировки высунулась женщина и попросила:

– Будьте так любезны, поменяйтесь со мной примерочной.

– Зачем? – удивилась Полина.

– Понимаете, у вас тут стоит трельяж, а в моей висит только одно зеркало, – пустилась в объяснения покупательница. – Я же хочу посмотреть на новые брюки со всех сторон, а здесь это невозможно. Сделайте милость, у вас ведь кофточка…

– Пожалуйста, – пожала плечами Полина и, взяв в охапку вещи, прошла в соседнее помещение.

Девушки не выходили наружу, в торговый зал, они передвигались внутри примерочных. Когда раздался крик, Полина стояла голая по пояс. Удивленная, она натянула на себя свитерок и, выглянув в магазин, увидела меня в полубессознательном состоянии.

– Да я чуть не скончалась от ужаса, – воскликнула я, – думала, это ты лежишь в луже крови!

– Ну ничего себе, – возмутилась Поля, – да та девушка в три раза меня толще, к тому же она брюнетка, а я русая…

– Я настолько была уверена, что ты именно в той кабинке, – вздыхала я, – потому ничего не заметила, ни цвета волос, ни фигуры…

Некоторое время мы ехали молча, и только, когда показались ворота, Поля пробормотала:

– Это что же такое творится? За несколько дней столько жутких событий! Сначала по непонятной причине я впадаю в состояние, которое в больнице посчитали за смерть, затем Ленка погибает в моей машине…

– «Жигули» загорелись…

– С чего бы? Все было в полной исправности! А теперь еще этот случай в магазине! Слышала, что сказали милиционеры? Стреляли из пистолета с глушителем прямо через занавеску… Понимаешь, что происходит?

Я нажала на брелок, створки разъехались.

– Нет, честно говоря, не знаю, почему тебя преследуют несчастья.

Полина выбросила в окно окурок.

– Просто кто-то задумал меня убить, но, по невероятному стечению обстоятельств, сначала погибла бедная Ленка, а потом эта тетка, покупавшая брюки. Прикинь, что вышло бы, если бы за руль после занятий села я… Или останься я в той, первой кабинке…

– Но почему тебя хотят уничтожить? – оторопела я. – Ты кому-то сделала плохо?

Полина пожала плечами:

– Сама удивляюсь. Бизнесом я не занимаюсь, врагов не имею… С Костей мы со школы дружим, никаких ревнивых бывших любовников у нас нет… Как сели в девятом классе за одну парту, так и не расстаемся с тех пор, сама знаешь… Ума не приложу!

– Наверное, ты ошибаешься, – протянула я, – это просто стечение обстоятельств, в машине что-то замкнуло, а в примерочной… Ну не знаю… Случай вышел… Ты тут ни при чем…

С этими словами я крутанула руль, въехала на наш участок и обомлела. Вся площадка перед входом была забита машинами. Парадная дверь стоит нараспашку, и туда-сюда снуют люди с какими-то железками и ящиками в руках.

Я высунулась из окна и попросила водителя «рафика», закрывавшего подъезд к гаражу:

– Будьте добры, подайте чуть вперед.

– Еще чего, – ответил тот, – вечно вам, бабам, удобное место уступи. Нет уж, села за руль, сама и крутись. На дороге нет деления на сильный и слабый пол, все равны.

Недоумевая, я бросила «Форд» возле сарая и пошла в дом. Гроб все еще стоял в холле, вокруг высились прожекторы, какие-то треноги, ящики, змеились провода и бегали совершенно незнакомые люди, у которых на головах, несмотря на декабрь, красовались бейсболки.

7
{"b":"32524","o":1}