ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Шифр Уколовой. Мощный отдел продаж и рост выручки в два раза
Warcross: Игрок. Охотник. Хакер. Пешка
Бизнес х 2. Стратегия удвоения прибыли
Искусство жить просто. Как избавиться от лишнего и обогатить свою жизнь
Рыбак
Города под парусами. Рифы Времени
Путы материнской любви
Трансерфинг реальности. Ступень I: Пространство вариантов
Люди черного дракона

– Спасибо, Лампуша, ей-богу, я не забуду никогда твоей доброты. Только не старайся, все зря. Это сделал кто-то из своих, он же подсунул пистолет, скорей всего, мне не выкрутиться, прощай, свидимся лет через двадцать.

Вымолвив последнюю фразу, она шагнула за порог, за ней, шумно топая, удалились менты.

– Про какой пистолет она говорила? – в полной растерянности осведомилась я у Олега Павловича.

Адвокат размеренно ответил:

– В прачечной, в подвале, на самом дне бачка для грязного белья, нашли джинсы Рады, обшлага испачканы кровью, а в ее комнате, в искусно сделанном под подоконником тайнике, обнаружили пистолет.

– Ни фига себе, – прошептал Кирюша.

– Да уж, – покачал головой Олег Павлович, – именно, ни фига себе, полный аут. Если экспертиза подтвердит, что кровь принадлежит Глебу Лукичу, а из револьвера вылетела убившая его пуля, отвертеться будет очень и очень трудно. Надеюсь, хоть отпечатков пальцев не найдут. Хотя…

И, махнув рукой, адвокат удалился.

– Она совсем дура, да? – спросила Лиза. – Измазать джинсы в крови и положить их стирать?

– Наверное, не думала, что милиция станет проводить обыск, – прошептала я.

– Все равно, – злилась Лиза, – ужасно глупо! Я бы сожгла брюки, тут же! Ну почему она этого не сделала?

Я молчала. Действительно, почему?

– Может, все не так было? – оживился Кирюша.

– А как? – фыркнула Лиза.

– Брилась… женщины же тоже иногда бреются, ну, в общем, понимаете, порезалась, закапала джинсы.

– Знаешь, мне никогда не придет в голову бриться одетой, – вздохнула я.

– Брюки рядом лежали, кровь на них случайно попала.

Я вспомнила огромную, почти двадцатиметровую ванную, где совершала омовения Рада, и подавила тяжелый вздох. Нет, это не трехметровое пространство, где моешься, задевая локтем полотенца, халаты и тазик с замоченным для стирки бельишком.

– Дурак, – отчеканила Лиза, – кровь-то не ее, а Глеба Лукича!

– Ну он брился, а она стояла рядом, – не сдавался Кирюшка.

– И что? – хмыкнула Лизавета. – Глеб Лукич наклонился и вытерся ее джинсами? Ну и чушь! Самому не смешно?

Отчаянно споря, они убежали. Я пошла в сад, легла на раскладушку, уставилась на цветастый балдахин и призадумалась. Честно говоря, мне просто жалко стало Раду, уж больно по-хамски отвернулись от нее разом все родственнички, но в свете информации о пистолете и одежде моя уверенность в ее невиновности была поколеблена.

Впрочем, предположим на секундочку, будто Рада ни при чем, что тогда?

Липкая духота разливалась в воздухе, чуть поодаль от балдахина, в косо падающих лучах жаркого солнца, жужжали мухи, под раскладушкой бодро стрекотал сверчок. Думать совершенно не хотелось, но я заставила себя включить мыслительный процесс.

Ладно, поступим как математики. Вот они договорились между собой, что кратчайшее расстояние между двумя точками – прямая. Приняли данную аксиому, и все. Вот и я приму за аксиому, что Рада не виновна, и что получится?

Я закрыла глаза. Интересная, однако, картина выйдет.

Дом Ларионовых окружен со всех сторон гигантским, абсолютно гладким бетонным забором. Сверху торчат видеокамеры, безостановочно транслирующие изображение на экраны в домике охранника. Мало того, что через забор сумеет перебраться лишь мастер спорта международного класса по альпинизму, так и его моментально схватят. Секьюрити не станет церемониться, у него имеется право на ношение оружия, он, скорей всего, просто пристрелит бандита, справедливо полагая, что всесильный, богатый хозяин отмажет его потом от неприятностей.

Кроме того, по саду постоянно носятся собаки. Ладно, мопсих можно не бояться, они больше похожи на плюшевые игрушки, но Рейчел и Рамик! Стаффордширская терьериха выглядит угрожающе, Рамик тоже здоровенный. Кстати, у Ларионовых лабрадор, Чарли. На нем не написано, что псина миролюбива до идиотизма и любого человека встречает как друга. Впрочем, псы поднимали лай при виде чужого. Нет, пролезть на участок тайком невозможно. Единственный путь – идти мимо сторожа, а уж он никого постороннего не пропустит. Интересно, кто дежурил в тот день, вернее, ночь, когда застрелили Глеба Лукича? Коля или Сережа? Первый хоть изредка выходит из домика и делает на дорожке пару физических упражнений, зато второй неотрывно, кажется, даже не мигая, следит за экранами, боясь пропустить нарушение пространства.

Гостей, кроме меня, Кирюшки и Лизы, нет. А мы точно не убивали Глеба Лукича. Значит, действовал кто-то из своих. Ефим, Кара, Макс, Анжелика, Тина… Еще Настя, хотя она пока не родственница, но ведь была в доме.

Я открыла глаза. Итак, классические вопросы. Кто? Зачем? Какую выгоду получил? Деньги? Наследство? Но оно обломилось Раде! Я села на раскладушке. Да уж, все складывается для нее хуже некуда.

От жары в горле просто пересохло, пришлось встать и идти в дом. В холле, у зеркала, красила губы яркой помадой Марина. У ее ног стоял огромный чемодан на колесиках. Я слегка удивилась. До сих пор экономка разгуливала по дому в черном шелковом костюме, переднике и наколке. На ее лице не было никакой косметики, а волосы она укладывала в тугой пучок. Сейчас Марина стояла передо мной в бирюзовом платье без рукавов, светло-каштановые волосы красивой волной спускались на плечи, бордовая помада, черная тушь и румяна подчеркивали яркость глаз. Сразу стало ясно, Марине отнюдь не пятьдесят, скорей всего, она моя ровесница. Может, чуть старше.

– Вам идут сочные тона, – не утерпела я.

– Спасибо, – улыбнулась Марина, – я знаю.

– Отчего тогда не употребляли косметику?

– Я же экономка, – пояснила женщина. – Хозяева требовали носить форму и не употреблять косметику. Знаете, богатые люди не любят, когда прислуга выделяется.

– Почему «требовали»? – удивилась я. – Сейчас что, условия изменились?

– Я уволилась с сегодняшнего числа.

– Что так? Не поладили с кем-то из домашних? Или Ефим вами недоволен? Ей-богу, не стоит переживать, он постоянно в плохом настроении.

– Нет, – усмехнулась Марина, – Ефим Глебович, наоборот, очень просил остаться, обещал зарплату прибавить.

– Тогда в чем дело?

– Я Ефима Глебовича понимаю, – продолжала надменно ухмыляться Марина, – хорошую экономку найти трудно. Но мне дорога репутация. Знаете, когда работаешь у людей, доброе имя – это главное. Никто не захочет взять на службу женщину, если узнают, что ее допрашивали на Петровке в качестве свидетельницы по делу об убийстве хозяина. Нет уж, придется поискать другое место. Ну да я себе работу мигом найду. Прощайте, рада была познакомиться. Кстати, это я говорю совершенно искренне. Вы всегда застилали за собой постель, не разбрасывали повсюду белье и испачканные прокладки, а еще улыбались мне при встрече. Мне было приятно вас обслуживать. Ну, пока.

Она схватила баул за ручку и покатила его во двор. Я смотрела ей вслед. Вот оно как! Репутация! Бедная Рада, по-моему, тут все совершенно уверены в ее виновности. Вздохнув, я пошла к телефону.

Володя Костин схватил трубку сразу:

– Да.

– Приветик.

– Ну, чего хочешь?

– Ой, как грубо! Может, просто так звоню?

– Ты? Мне на работу? Исключено.

– Вовчик, – залебезила я, – надо поговорить.

– После девяти я намереваюсь быть дома.

– Обедать не пойдешь?

– Ну?

– Давай я подъеду.

– От тебя не отвертишься. В семь вечера, в пирожковой. Имей в виду, могу тебе уделить полчаса.

Я понеслась одеваться и заводить «копейку».

Володя Костин наш близкий друг, такой приятель, который превратился в родственника. Впрочем, иные брат с сестрой без конца ругаются, мы же с Вовкой живем душа в душу. Единственное, что меня раздражает в нем, – это манера, придя домой – а мы живем в соседних квартирах, – мигом разбросать свои вещи по всем комнатам, а носки торжественно устроить на спинке стула, где они и висят, пока Рейчел или Рамик не утянут их и не начнут жевать, словно самую вкусную конфету.

– Судя по твоему возбужденному виду и торчащим дыбом волосам, ты в очередной раз вляпалась в историю, – вздохнул Володя и вонзил зубы в ароматный пирожок. – М-м, волшебный вкус. Надо же, в пироге вполне приличная порция мяса. Кстати, отчего у тебя ярко-голубые губы? Теперь так модно? Честно говоря, выглядит жутковато.

13
{"b":"32529","o":1}