ЛитМир - Электронная Библиотека

Гриша растерянно замолчал. Так они и жили какое-то время, но потом Люда устроила дикую истерику:

– У моего сына в графе «отец» стоит прочерк, – вопила любовница, – представляешь, какой позор начнется сначала в детском саду, потом в школе? Его задразнят! Запиши ребенка на себя.

Гриша, с одной стороны, понимал, что Люда права, но с другой – боялся, что любовница подстережет Алену и сунет той под нос свидетельство о рождении мальчика. Люда была способна на такой поступок. Впрочем, она могла так позабавиться и сейчас, но у Гриши оставался теоретический шанс отбиться, бормоча:

– Типа, ничего не знаю, врет она.

А если в руках у Люды появится официальное свидетельство подтверждения его отцовства, тогда как?

От всех переживаний Гриша даже похудел. Ему хотелось взять баб, перемешать вместе и вылепить из них одну, идеальную в его понимании жену. Хозяйственную, простую, без интеллигентских закидонов, но не дуру, не хамку, спокойную тетку, изредка бьющую посуду, хорошую мать и уважаемую всеми учительницу. Ясный перец, что такой вариант был невозможен. Если бы Гриша читал Гоголя, он бы мигом вспомнил его пьесу «Женитьба» и терзания главной героини, желавшей приставить нос одного своего кавалера на лицо другого. Но Гриша классику не знал, чувством юмора не обладал и мучился от казавшейся безысходной ситуации.

Но, видно, верно говорят люди: если чего-то очень хотеть, оно исполнится. Гриша приехал в один из своих салонов на инспекцию и наткнулся там на симпатичную молодую женщину Надю, желавшую купить подержанный «Фольксваген Гольф». У Нади не хватало трехсот долларов, и Гриша сделал ей скидку.

– Эх, – бормотнул он, – кабы мои проблемы так же легко решились, как ваша! Вот кто бы их за меня распутал?

– Может, я могу помочь? – участливо спросила Надя.

Гриша глянул на женщину. Надю нельзя назвать красивой, но в ее лице было что-то располагающее. Гриша с утра уже выдержал истерику от Люды, вернулся домой попить кофе, не сдержался, наорал ни за что ни про что на Алену и теперь чувствовал себя гаже некуда. В кабинете они сейчас были одни, и неожиданно Гриша выложил незнакомой бабе все свои горести.

В Америке и в Европе люди ходят в подобных случаях к психотерапевту, но россияне массово путают этого специалиста с психиатром и предпочитают выливать свои проблемы на головы случайных людей, соседей по купе или мимолетных знакомых.

Надя выслушала Гришу и сказала:

– Проблема проста, как табуретка. Нужно найти не слишком богатого мужчину, который признает Антона своим сыном. Чтобы Люда согласилась на это, вы должны положить на ее имя крупную сумму или переписать на любовницу часть бизнеса.

Гриша разинул рот. Подобный вариант не приходил ему в голову, но где найти «папочку»? И снова Надя пришла на помощь.

– Я работаю в брачном агентстве, – сказала она, – знаю одного паренька, Игоря Грачева. Хороший мальчик, у него какие-то проблемы с родителями, они его из дома выгнали, ну да это нам неинтересно. Игорь нуждается в деньгах, думаю, он согласится!

– Ты, типа, того, – занервничал Гриша, – коли уломаешь парня, я тебе «Фольксваген» подарю. Да не бери тот, что купить сейчас решила. Он говно, битый весь был… Сам найду тачку, усекла?

– Усекла, – хмыкнула Надя, – жди звонка.

Дело уладилось в две недели. Сначала Люда принялась бешено орать и бросать в стену тарелки, но потом сообразила, что Гриша не собирается от нее уходить, и замолкла. Окончательно примирила ее с ситуацией бумага, из которой явствовало, что Людочка теперь является владелицей приносящего немалый доход комплекса, состоящего из бензоколонки, магазинчика, кафе и небольшой гостиницы. Все было оформлено чин-чинарем, и она смирилась. Гриша вздохнул спокойно. Алена ни о чем не подозревала, Людочка вела себя смирно, Надя получила почти новый «Форд» – короче говоря, все были довольны и счастливы, пока тут не появилась я.

– Ну теперь, типа, поняла? – тыча в меня пальцем, поинтересовался Гриша.

Я кивнула.

– Вроде разобралась. Похоже, вы тут ни при чем.

– Проблемы опять начнутся, – гудел Гриша.

Я хотела было успокоить его. Наоборот, получается, что у Антона отец умер, и никаких хлопот. Но, похоже, Гриша боялся, что Люда теперь потребует, чтобы родной папа признал ребенка.

– Дела, – качал головой папаша, – ну какого хрена его убили? Кто? Небось долгов наделал. Не понравился мне он.

– Игорь?

– Ну да, – кивнул Гриша, – свистун. Видно, что на шмотки деньги спускает.

– Что же тут плохого? – улыбнулась я. – Молодой, хочется хорошо выглядеть.

– Так если бабок совсем нет, на хрена на барахло тратиться, – пожал плечами Гриша, – вложи их в дело, приумножь, а потом хоть на «мерсе» катайся. Нет, похоже, он не из деловых, так, болтун. Значит, тебя не Алена подослала?

– Нет, – успокоила я его, – совершенно другой человек, вы с ним незнакомы. Сейчас я уйду, и больше мы не встретимся.

– Вот и славно, – повеселел Гриша, роясь в карманах, – на, держи визитку, ща, погодь.

Из барсетки появилась золотая ручка устрашающих размеров. Гриша снял колпачок и старательно написал в углу «10%», затем поставил закорючку и, всовывая мне карточку, заявил:

– Надумаешь тачку покупать, заходи, это тебе суперскидка!

– Спасибо, – улыбнулась я, – не премину воспользоваться когда-нибудь.

– Ну, типа, прощай, – сказал Гриша.

– Ну, типа, до свидания, – отозвалась я и ушла.

Глава 9

Не знаю, как у вас, а в нашей семье раз в год случается настоящий кошмар под названием «переезд на дачу», и хуже его только то, что называется «отъезд в Москву».

Дом наш расположен в Подмосковье, в местечке под названием Алябьево, и он совсем новый, его построили недавно. Историю о том, как развалилась старая фазенда и кто возвел нам эти хоромы, я уже рассказывала и повторять тут не стану[5]. В теперешнем доме есть все: мебель, холодильник, кухня… Казалось бы, что везти с собой? Так, ерунду, постельное белье, носильные вещи, телевизоры, радиоприемник, стиральный порошок, цветы, обувь, подушки, одеяла, пледы, любимые книги, компьютер для Лизы, кучу игрушек для Кирюши, два велосипеда, ролики, столовые приборы, тарелки, кастрюли, тазики, удлинители, настольные лампы…

Впрочем, большинство из вещей нужно просто купить в двойном размере и оставить одну часть на даче. К слову сказать, так оно и было, пока нас не ограбили. Воры утащили все, что смогли, а оставшееся разломали и испачкали. После этого случая мы таскаем все с собой. Перед отъездом я бегу на рынок, приобретаю там безразмерные баулы, знаете, такие бело-синие или бело-красные, с которыми «челноки» мотаются в Турцию, и запихиваю в них все, подлежащее вывозу.

В этом году я планировала отъезд позже, чем обычно, потому что Кирюшка сдает экзамены. Поэтому представьте мое удивление, когда, вернувшись домой, я обнаружила в коридоре шеренгу туго набитых сумок и всклоченных Юлю с Магдаленой, азартно запаковывающих вещи.

– Где ты шляешься? – налетела на меня Сережкина жена. – А ну живо начинай собираться.

– Но…

– Давай, двигайся, – велела Юлечка, – завтра в девять утра едем в Алябьево.

– Почему? Хотели же позже туда перебираться! Кирюша же экзамены сдает!

– Ничего с ним не случится, – пыхтела Юля, пытаясь закрыть молнию на очередном бауле, – на электричке пару раз в город съездит, не развалится.

– Отчего такая спешка? – недоумевала я.

Юля села на стул и устало пояснила:

– Сережка отправляется в Коктебель на фестиваль рекламы за счет своей фирмы.

– Вот повезло! – обрадовалась я. – На дармовщину отдохнет!

– Точно, – кивнула Юля, – но самое невероятное, что мой журнал посылает меня туда же в командировку!

– Такое раз в жизни случается!

– Именно, – ухмыльнулась Юлечка, – как ты одна выезжать будешь, а? От Кати толку нет.

– Вовка поможет, – бодро начала я и осеклась. Костин уехал на Селигер.

вернуться

5

См. книгу Дарьи Донцовой «Фиговый листочек от кутюр».

16
{"b":"32540","o":1}