ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Нет, не похоже, – засомневался полковник и протянул Хучу кусочек.

Хучик, страстный любитель печеного и сладкого, ловко ухватил подачку и тут же выплюнул. До сих пор он отказывался только от одного вида еды – бутафорских бананов из картона, их Маня купила в магазине «Смешные ужасы».

Воцарилась тишина. Зайка схватила ложку, засунула свою выпечку в рот и ахнула:

– Да это же крахмал! Я обсыпала такой вкусный пирог крахмалом!.. Конечно, несъедобно!..

Она выскочила за дверь, из коридора донеслись всхлипывания. Аркадий понесся следом.

– Заинька, – уговаривал он жену, – страшно вкусно, просто пальчики оближешь, хочешь, съем весь пирог?

Манюня с грохотом отодвинула тарелку и накинулась на смущенного Александра Михайловича:

– Ну кто тебя просил уточнять, что ты ешь? Все-таки профессия определенно накладывает на человека отпечаток! Да какая разница, чем пирог обсыпан, итак понятно – отраву дали, гадость жуткую. Ешь и молчи! Зайка весь день его пекла!

Полковник сконфузился окончательно. Хуч, опасливо нюхавший бисквит, принялся чихать.

Допив чай, я положила несчастный пирог в пакет: выброшу в помойку у ларьков, чтобы Зайка не нашла свое произведение в ведре. Скажу потом, что стряхнули крахмал и съели с превеликим удовольствием.

Александр Михайлович молча брел рядом по улице.

– Не расстраивайся, – пожалела я его. – Скоро Катерина после свадьбы вернется, и Зайка перестанет экспериментировать.

– Да я не из-за этого, – отмахнулся полковник, – день тяжелый выдался, и вообще грустно как-то и противно… и страшно одновременно.

– Почему? – Я присела у ларьков на лавочку.

– Чего только не навидался на работе, – вздохнул полковник, – пора бы вроде ко всему и привыкнуть… Я делю преступников на несколько групп. Одни – просто придурки, не умеющие себя занять люди. Напились, подрались, схватились за ножи или сковородки, или табуретки, или что там еще под руку попалось. В результате один в морге, другой в СИЗО. И жалко их, и зло берет… Других просто довели до преступления. Отец каждый день избивал дочь, в конце концов она его облила спящего кипятком из чайника. Или возьми такую расхожую историю – приехал мужик из командировки на день раньше, жена в кровати с другим. Он ее треснул как следует и убивать-то не хотел, случайно вышло… Этих можно только пожалеть. Есть и такие, кто сознательно шел на преступление, планировал, готовился… В последнее время появились наемные исполнители. Самое интересное, что и этих я понимаю. Как правило, без всяких нравственных тормозов – просто зарабатывают, как умеют… мерзкие, словом, личности. Но ужас состоит в том, что по улицам ходят сейчас полные отморозки! Пойми правильно, не душевнобольные люди, не маньяки, не клиенты психиатра, а рядовые граждане, готовые на все. И здесь я перестаю что-либо понимать. Мораль у них до крайности проста: не нравится мужик – машину во дворе моет – убью, собака написала возле подъезда – застрелю и ее, и хозяина… Вчера две девчонки, пятнадцать и семнадцать лет, сестры между прочим, убили семидесятилетнего старика, соседа по лестничной клетке. Нанесли двадцать ножевых ранений, просто искромсали дедулю в лапшу. Мотив: им показалось, что дед напустил на их семью порчу! Представляешь?!

Я только развела руками: ну что тут скажешь?

– Сегодня тоже ничего себе история… – продолжал изливать душу полковник, – опять две сестры, но на этот раз одна убила другую, а потом с собой покончила. Мотив – младшая получила роль в кино, а старшая – нет. Налила сестричке в чашку яду, смотрела, как та мучается, не вызвала врача. А потом, видно, испугалась и тоже приняла отраву. Спрашивается, чего им не жилось? Две красавицы, молодые, здоровые. Одна блондинка, другая брюнетка, девочки – просто загляденье! Нет, определенно народ сошел с ума…

– Как их звали, – уже зная ответ, спросила я, – девочек этих?..

– Анна и Вера Подушкины, – произнес ничего не подозревающий полковник.

У меня закружилась голова, хорошо, что сидела на скамейке. Рассказать ему о роли Веры в похищении детей? Нет, пока подожду. Иначе слова больше не проронит.

– Действительно ужасно! Как же такое произошло?

Оказывается, около одиннадцати утра соседка обнаружила, что дверь Подушкиных приоткрыта. Думая, что безголовые девчонки забыли запереть замок, женщина заглянула в холл и позвала их. Но в квартире молчание и запах гари. Испугавшись пожара, соседка прошла в комнату и обнаружила на диване лежащих рядом бездыханных Аню и Веру. Анна аккуратно уложена, Вера вся скрючена. На плите в кухне мирно сгорала на медленном огне кастрюлька с геркулесовой кашей. Кто-то из девочек готовил завтрак.

На обеденном столе белела напечатанная на компьютере записка: «Жить не хочу, все счастье досталось Аньке. Но не играть ей роли в фильме. Прощайте, Вера». Рядом тихо гудел лазерный принтер и кружился на экране красно-белый виртуальный мячик…

Проводив Александра Михайловича, я в задумчивости побрела домой. Неужели Вера решилась на подобный поступок? Было в ее лице что-то злое и порочное, но все равно не похоже, что она способна на самоубийство. А что, если их убили? И это могли быть те люди, которые испугались длинного языка старшей сестры, короче говоря, похитители девочек. Но Аню-то за что? Нет, надо определенно все выяснить. Если оба дела связаны, расскажу обо всем Александру Михайловичу, тогда он получит основания для розыска Поли и Нади.

Я схватила трубку и набрала номер Артамоновых. Подошел Андрюшка.

– Как дела?

– Никак. Лида без сознания, дышит при помощи какого-то аппарата. Зрелище не для нервных.

Вот в этой фразе весь Андрей, не жену ему жалко, а себя, любимого!

– У тебя был роман с Тышкевич?

– С Лягушкой? Ерунда, просто пару раз в ресторане сидели.

– Не ври.

– Ну на дачу съездили как-то, ей-богу, и все. Это не роман, а так… перепихон.

От злости я швырнула трубку, и маленький «Эрикссон» обиженно заморгал зеленой лампочкой «смените батарею». Яростно роясь в телефонных внутренностях, я злобно повторяла: «Перепихон». Тоже мне Казанова!

На следующее утро пришлось решать непростой вопрос. Куда отправиться вначале? Допрашивать Лягушку и Эльвиру Балчуг? Расспрашивать соседку Подушкиных? Навестить Лиду в больнице?

Пораскинув мозгами, решила начать с Лягушки. Новоявленная полька жила в более чем скромном квартале – Теплом Стане.

«Интересно, почему данное место назвали теплым?» – думала я, ежась от пронизывающего ветра, который моментально залез под куртку, стоило только вылезти из машины. И подъезд, и лифт, и квартира оказались обычными, без всяких прибамбасов типа волосатых ковров и белой кожи на стенах.

Самый обычный антураж – крошечная прихожая с грудой туфель и шаткой вешалкой. Меня провели сразу на кухню, которая свидетельствовала, как медленно растет благосостояние хозяйки. Стиральная машина «Канди», плита «Электролюкс», зато холодильник и телевизор отечественные, старенькие, и мебель допотопная – серый пластик в розовый цветочек. У самой когда-то то же самое было. Зато Лягушка выглядела ослепительно. Узенькие черные брючки выгодно подчеркивали длинные ноги актрисы, зеленая кофточка удивительно шла хозяйке. Римма оказалась рыжей, с молочной кожей, чуть тронутой редкими веснушками, и светло-зелеными глазами. Волосы она собрала сзади в тугой пучок, спереди легкая челка и колечки волос. Кажется, понятно, чей образ Лягушка взяла за образец. Николь Кидман! Модная голливудская рыжеволосая дива. Получилось довольно похоже, да и возраст у них примерно одинаковый, около тридцати.

Когда я покидала Воропаевых, Марина предупредила – Эльвира просто дура, а Римма – умная и хитрая. Ни той, ни другой ни в коем случае нельзя говорить, что у Артамоновых пропали дочери. Одна по глупости, а другая по злобе растреплет. И теперь предстояло аккуратно выяснить, что за обида на Андрюшку тлеет в душе Риммы.

– Ваш адрес, – начала я с ходу, – дал мне господин Артамонов.

– Да? – вздернула бровь Лягушка. – Что за проблема у Андрея?

14
{"b":"32548","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Среди садов и тихих заводей
Шаг первый. Мастер иллюзий
Текст
Видок. Чужая боль
Голодный дом
Рабы Microsoft
Врачебная ошибка
Темнотропье
Дочь убийцы