ЛитМир - Электронная Библиотека

Таня открыла шкаф и схватила сигареты.

– Ты куришь? – изумилась я.

– Да, – подтвердила Медведева, – уже два дня. Мишка пришел в телячий восторг! Как же! Доченька вернулась! Не ожидала я от него такой наивности! Сначала он, правда, насторожился, а потом повел Настю в свой кабинет для разговора.

– Тебя не пригласили?

– Нет, – зло ответила Таня, – Миша решил поговорить с девкой о покойной жене, о Ларисе. Меня он якобы хотел уберечь от беседы, знает, как я к его распрекрасной Ларочке отношусь! Не смотри на меня так. Я же никому слова не сказала, ни одной подруге не пожаловалась, но ведь мы живем втроем! Портрет Ларисы в гостиной на стене! Да и ее мамочка, Елена Сергеевна, постоянно рядом. Как в гости придет, а, поверь, она сюда часто заруливает, мигом ныть начинает, сладкий сироп льет: «Танечка, детонька! Ларисочка на небесах счастлива, смотрит на тебя и думает: „Ах, какая замечательная женщина около МОЕГО мужа“». Воображаешь, как приятно знать: за семьей бдит привидение! Сколько раз я просила Мишу: «Окороти старуху! Дай ей по губам!» Но нет! Мне замечание сделать, наорать на меня – это с дорогой душой, а вот бывшую тещу прижать – он не может. Опустит глаза и зудит: «Не ревнуй, Танюша! Лариса умерла, она тебе не соперница. У Елены Сергеевны в целом свете никого, кроме Насти и меня, нет. Ну не гнать же ее вон! Она на пенсии с голоду сдохнет!»

Выпалив последнюю фразу, Таня задохнулась, схватила стакан, налила в него воды прямо из-под крана, залпом выпила и продолжила:

– Я разве жадная? Охота ему эту жабу черной икрой кормить, нехай жрет. Не в этом дело. Ну дай бывшей теще деньги на жизнь, купи ей хавки – и хватит. Но ведь Елена Сергеевна у нас мать родная, мы ей поперек не вздыхаем! Через день она тут бывает, со стонами про Ларису, в поликлинику ее наш шофер катает, в театр и консерваторию Миша сопровождает. И кому он звонить кинулся, когда эта самозванка приперлась? Угадай с трех раз?

– Елене Сергеевне, – пожала я плечами.

Татьяна постояла молча пару секунд, потом швырнула на пол чашку, фонтан фарфоровых брызг взлетел в воздух.

– Моя любимая кружка, – зарыдала Медведева, садясь на корточки, – разбилась!

Я бросилась к бару, моя покойная бабушка Фася всегда говорила: «Лучшего средства от стресса, чем сладкий крепкий чай с коньяком, нет. Успокаивает почище любых лекарств».

Напоив Таню волшебным средством, я усадила ее на диван и прижала к себе.

– Прости, Дашута, – еле слышно выговорила она, – чего это меня по кочкам понесло?

– Ты сильно перенервничала, – попыталась я ее утешить.

– У нас хорошая семья.

– Никто не сомневается в этом.

– Конечно, Елена Сергеевна порой меня раздражает!

– Пожилые люди частенько бывают докучливы, своих-то родителей трудно вынести, а у тебя бывшая теща мужа! Не всякая жена согласится постоянно иметь перед глазами напоминание о прошлой жизни супруга.

– Нет, мы с ней вполне ладим!

Я промолчала. До сих пор я совершенно искренне считала Медведевых образцовой парой. Но, как видите, ошибалась, между тремя взрослыми членами семьи сложились непростые отношения. Хотя разве бывают в природе безмятежно счастливые браки? Похоже, нет. Кое-кто из любящих родственников выясняет отношения при помощи кулаков, сковородок и кухонных ножей. А Медведевы цивилизованные, интеллигентные люди, ну ругаются изредка, так это в порядке вещей. И потом, с какой стати Танюше любить Елену Сергеевну? Правда, старуха очень помогала ей с Настей, практически служила у Медведевых нянькой.

– Елена Сергеевна узнала внучку, – прошептала Таня.

– По каким признакам?

– По шраму от аппендицита, девочке в восемь лет делали операцию.

– Это не такая уж редкая примета, – уточнила я, – у многих есть рубец.

– Верно. Но еще родинки.

– Где? – заинтересовалась я.

– На ноге, у щиколотки, – пояснила Таня, – из-за них девочку и назвали Настей.

– Почему?

Таня криво ухмыльнулась.

– Лариса на всю голову долбанутая была! Не забудь, я с ними в одном дворе жила. Такая противная, медлительная, ходила, словно боясь расплескать свое достоинство, ее все терпеть не могли.

– Противная?

– Не передать словами! Вечно замечания людям делала и очень собой кичилась. Считала только свое мнение правильным, а себя – венцом совершенства. Елена Сергеевна такая же. Представляешь, она простыню во дворе вывесила.

– Сушить после стирки?

Таня засмеялась.

– Нет. Наутро после свадьбы! Вот был цирк! Вообрази картину. Полдень, воскресенье, наши сплетницы на лавочках сидят, день солнечный, теплый. В общем, греют жабы пупырышки, и тут из подъезда выпархивает Елена Сергеевна и заявляет:

«Люди добрые! Смотрите сюда! Ларочка вчера замуж вышла непорочной девушкой! Вот простыня!»

И на веревку полотнище вешает с кровавым пятном. Народ прямо офигел. Знойный спектакль. Все и раньше в курсе были, что старшая Кругликова со съехавшей крышей, но размера бедствия не представляли. Во! Шоу одинокой девственницы! До сих пор люди ржут.

Когда Настя появилась на свет, внимательная бабушка усмотрела у нее на лодыжке несколько родинок, выстроившихся в виде буквы Н.

– Господь имя указал! – воскликнула Елена Сергеевна. – Девочку Настей крестить надо.

– Настя – это Анастасия, – напомнил зять, – если отталкиваться от буквы Н, то есть масса других имен: Нина, Наталья, Наина, Нелли.

– Настя, – стояла на своем бабушка.

Молодые решили не ссориться со старухой, ни мать, ни отец не имели ничего против имени Анастасия.

Так вот, узнав о воскресшей внучке, бабуля прилетела к Мише с Таней и велела девушке показать ногу.

– Это она! – зарыдала престарелая дама. – Н на месте.

И Миша бросился обнимать вновь обретенную дочь.

– Где сейчас девушка? – спросила я.

– Они с Мишей поехали к Зое Андреевне, хотят задать ей пару вопросов, – ответила Таня.

– Всего пару? Лично у меня к ней имеется по крайней мере с десяток, – заявила я, – и лучше бы пригласить милицию! Ясно же, Зоя в курсе произошедшего! Она знает организатора похищения.

– Миша сказал, что не стоит впутывать ментов в семейное дело, – прошептала Таня, – сами разберемся. Сейчас везде народ продажный, стукнут в «Желтуху», и понесется вой. А нам скандал не с руки, Миша собрался баллотироваться в депутаты.

– Ясно, – протянула я, – подходящий момент выбрала судьба, вернула Настю именно тогда, когда требуется тишь да гладь. А зачем я тебе понадобилась?

Таня набрала полную грудь воздуха.

– Это не Настя! – выпалила она.

Глава 4

Я вынула из сумки сигареты.

– А кто?

– Не знаю! Самозванка!

– А родинки на ноге?

– Это совпадение.

– Маловероятно.

– Настя мертва, давно! – затопала ногами Таня.

– Но девушка описала вашу квартиру!

– Ерунда! Ее же готовили, рассказали о старом интерьере.

– А фаллоимитатор в розовом замшевом мешке? Сама только что утверждала, будто о нем знала лишь Настя.

– Она еще кому-то проболталась! Настя умерла! Стопудово! Я знаю!

– Откуда?

Медведева замерла, потом тихо сказала:

– Гитану помнишь?

– Кого?

– Алмазову, жену Василия Никоненко.

– Да, да, конечно!

– Она цыганка, мать Гитаны сбежала из табора, – продолжала Таня, – но гадать не разучилась. Когда Настя пропала, я к Гитанке побежала. Ее мать карты раскинула и сказала: «Не люблю плохие вести сообщать, но девочка умерла страшной смертью, над ней поиздевались и задушили».

– Самой тебе не смешно? – поморщилась я. – На основании дурацкого гадания ты делаешь выводы? Зачем девушке обманывать вас? Какой смысл прикидываться пропавшей дочерью Михаила?

Татьяна расхохоталась.

– Ты наивная маргаритка! Знаешь, сколько наша фирма дохода приносит? Это лакомый кусочек для жадных ртов. А еще Миша в депутаты метит! Посмотри кругом! Живем, правда, в прежней квартире, но сделали в ней шикарный ремонт. На стенах коллекция картин, в шкафах уникальный фарфор. Соображаешь, на какую сумму тянут хоромы в историческом центре Москвы? Не один миллион зеленью выручить можно. Значит, мотив – бизнес и жилплощадь. Теперь дальше. Дом в поселке, дача то бишь! Участок в гектар, коттедж двухэтажный, типа вашего ложкинского. Цену назвать?

6
{"b":"32554","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Страстная неделька
#Я хочу, чтобы меня любили
Руководство по DevOps. Как добиться гибкости, надежности и безопасности мирового уровня в технологических компаниях
Уроки мадам Шик. 20 секретов стиля, которые я узнала, пока жила в Париже
Прыг-скок-кувырок, или Мысли о свадьбе
Земля перестанет вращаться
Наследство золотых лисиц