ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Виттория
Скандал в поместье Грейстоун
Он мой, слышишь?
Постарайся не дышать
Беги и живи
Заговор обреченных
Результатники и процессники: Результаты, создаваемые сотрудниками
Профиль без фото
Великий русский
A
A

Было по-прежнему темно. Они так и не разомкнули объятий за время сна. Наверное, ночь подходит к концу. Внизу послышались слабые звуки: миссис Ривз хозяйничала на кухне. Значит, уже утро.

Розамунда снова закрыла глаза. Внезапно резкая боль сдавила ей грудь и горло. Ночь прошла. Она не хотела, чтобы наступало утро. Не хотела, чтобы кончалась эта ночь.

– Ты спишь? – прошептала она.

– М-м. Сейчас уже нет. – Он поцеловал ее в нос. – Тебе неудобно лежать?

– Нет. Уже утро, Джастин.

– Уже? Но ведь еще не рассвело?

– На кухне кто-то ходит.

– А-а. – Одной рукой он гладил ее волосы.

– Может быть, нам пора вставать?

– Пожалуй. Тебе, видимо, не терпится уехать.

– Да, – согласилась она.

– Ты действительно не хочешь, чтобы я тебя проводил?

– Нет, я не хочу обременять тебя. И мне бы не хотелось, чтобы тебя увидел Деннис.

– Ну, как хочешь.

– Значит, встаем? – Вопреки словам она прижалась к нему всем телом и почувствовала, как в нем нарастает желание.

Джастин перевернул ее на спину и глубоко вошел в нее. Потом взял ее руки в свои, зарылся лицом в волосы и стал двигаться, мощно, медленно, ритмично.

Она была совершенно не готова к этому. Ей не хотелось бездумно отдаваться порыву страсти. Розамунда решила запомнить каждое мгновение их близости, чтобы потом, ночью, где-нибудь в гостинице вспоминать, как все это было. Она закрыла глаза и лежала не двигаясь, из-под ресниц ее струились слезы.

В этот раз он любил ее молча и долго, и наконец ее тело откликнулось. Достигнув высот наслаждения, Розамунда до боли сжала его пальцы. Джастин поцеловал ее, и она разглядела в рассеивающейся тьме его улыбку. Потом он встал, набросил халат и, не говоря ни слова, покинул комнату. Ну, вот и все, подумала она. Конец приключению, которое затронуло ее чувства сильнее, чем она осмеливалась себе признаться. Конец знакомству, которое ей следовало пресечь в самом начале. Но она не променяла бы это приключение ни на какие сокровища в мире.

«Однако сейчас надо подумать о другом, – напомнила себе Розамунда. Она решительно отбросила одеяло и, поежившись от холода, ступила босыми ногами на ковер. – Нужно отвлечься от грустных мыслей, иначе в минуту расставания слезы польют из меня, как из лейки. И тогда Джастин подумает, что я влюбилась».

Хотя это истинная правда, с сожалением отметила она. И он не сильно ошибется, если сочтет ее смешной и наивной. Действительно, какой надо быть дурочкой, чтобы в двадцать шесть лет потерять голову от первого встреченного ею красивого мужчины.

Они условились, что Розамунда поедет в экипаже графа до главной дороги и потом до ближайшей гостиницы, где скорее всего ее ожидает Деннис. Если же там его не окажется, она поедет дальше, спрашивая о нем на постоялых дворах и в гостиницах.

– Но что, если я так и не смогу найти его? – спросила она. – До городского дома Денниса два дня пути, да и то по хорошей дороге.

– Ну что ж, если так случится, я буду ждать возвращения своего экипажа, – пожав плечами, ответил Джастин. – Я приехал сюда, чтобы пожить в тиши, подальше от городского шума. Задержусь еще на два-три дня. Никто меня не хватится. Прощание состоялось сразу после завтрака, за которым оба не смогли проглотить ни кусочка, хотя старались выглядеть бодрыми и жизнерадостными, болтали о всяких пустяках. Розамунда торопилась выехать как можно раньше, опасаясь пропустить Денниса на дороге. Ривзы и кучер графа расчистили от снега площадку перед домом. Кучер уверял, что погода вполне подходящая для того, чтобы отправляться в путь.

– Ну, – сказала Розамунда, останавливаясь в дверях дома и протягивая графу руку, – вот и пришло время проститься. Спасибо тебе, Джастин, что подобрал меня и приютил.

Но Джастин не принял ее руки и вместо того, чтобы произнести такую же формальную фразу, схватил ее в объятия и прижал к себе так крепко, что она задохнулась. Но Розамунда ничего не чувствовала, кроме близости его тела. Она откинула голову, и он впился в ее губы яростным поцелуем.

– Ты такая красивая, Розамунда, – сказал он, отпуская ее. – Мне всегда будет приятно вспоминать о тебе.

– Мне тоже. – Она заставила себя улыбнуться.

– Ты уверена, что не могла забеременеть? Хочешь, я дам тебе адрес, по которому ты всегда сможешь меня найти?

Она покачала головой:

– Все будет в порядке, Джастин. Но я в любом случае не стала бы к тебе обращаться. Он еще раз прижал ее к груди.

– Ну, тогда до свидания.

– До свидания. – Розамунда лучезарно улыбнулась, легонько коснулась его щеки рукой в перчатке и быстро сбежала по ступенькам. Он последовал за ней и молча подсадил в экипаж. Потом закрыл дверцу и отошел в сторону.

Розамунде показалось, что экипаж не мог стронуться с места целую вечность, но наконец он дернулся и медленно покатился вперед. Она подняла руку, чтобы помахать на прощание, вымученная улыбка застыла на ее губах. Экипаж свернул на подъездную дорогу и поехал к воротам. Какое счастье, что она больше не видит его!

«Я даже не могу позволить себе заплакать, – думала несчастная женщина, закусив верхнюю губу. – Деннис сразу заметит следы слез на моем лице».

Боль, которая сжала ей грудь на рассвете, вернулась с новой силой.

Чувство полной опустошенности испугало Розамунду. Она прислонилась к окну и стала пристально смотреть на дорогу, хотя встретить брата в ближайшие полчаса не было никаких шансов.

Лорд Уэзерби вышел провожать Розамунду Хантер без пальто, однако, несмотря на холод, не сразу вернулся в дом. Он смотрел вслед удалявшемуся экипажу до тех пор, пока тот не скрылся за поворотом, а затем побрел на ту площадку, где они лепили снеговиков. Несмотря на оттепель, снежные фигуры еще не растаяли. Хотя Розамунда и была уверена, что благодаря углублению голова ее снеговика удержится, она тем не менее валялась в снегу.

Граф с улыбкой повернулся к тому месту, где Розамунда упала, чтобы превратиться в снежного ангела. Контур ее тела сохранился довольно четко, а вот его отпечаток был размыт из-за того, что он повалил на себя Розамунду.

Лорд Уэзерби вдруг осознал, что готов заплакать. Она уехала, и от их смеха, радости и взаимного влечения друг к другу остались только эти снежные фигуры, которые тают у него на глазах.

"Мой снежный ангел, – думал граф. – Он растворился в воздухе. Она уехала, а я ничего не знаю о ней, кроме имени и того, что она жила вместе с мужем в Линкольншире. Я не смогу найти ее при всем желании. Единственная надежда на то, что Розамунда разминется с Деннисом и мой кучер довезет ее до самого его дома.

Я должен надеяться, что она встретит брата как можно раньше и тем самым не оставит мне надежды разыскать ее, – говорил себе граф. – Я не должен поддаваться искушению и пытаться разузнать, где она живет. Я не свободен. А через месяц не смогу даже смотреть с вожделением на какую-либо женщину, кроме Аннабелл".

Он вдруг почувствовал холод и вздрогнул. Чертовски холодно. А она уехала. Больше некому согреть его и его постель. И его сердце.

Все оказалось до смешного просто. Когда Розамунда проглотила наконец непролившиеся слезы и сосредоточила свое внимание на дороге, то снова оказалась во власти страха, что навсегда потеряла Денниса. Все эти дни где-то в закоулках ее сознания шевелилась мысль, что брат мог сойти с ума от беспокойства или что-нибудь с собой сделать – большего ужаса нельзя было и придумать.

Но все оказалось на удивление просто. Экипаж мистера Холлидея свернул на главную дорогу и проехал по ней не более пяти минут, когда навстречу им показался другой экипаж. Розамунда прижалась носом к стеклу, узнала экипаж брата и бешено застучала кучеру, чтобы тот остановился. Не дожидаясь, когда ей поставят лестницу, она спрыгнула на снег и поскользнулась. Деннис, увидев ее в окно, тоже выскочил на дорогу.

– С тобой ничего не случилось? – хором спросили они и бросились друг другу на шею.

– Какое облегчение – знать, что ты не погиб, разыскивая меня, – сказала она после того, как они несколько минут сжимали друг друга в объятиях.

16
{"b":"329","o":1}