ЛитМир - Электронная Библиотека

Когда Роберт после душа вернулся в спальню, он увидел, что Рейчел подняла шторы и распахнула окна. Она подвела его к кровати.

– Взгляни. Свежие простыни.

Накрахмаленные постельные принадлежности сверкали снежной белизной.

– Скажи мне одну вещь, – потребовал он. – С какой целью ты отправилась вчера вечером в "Семерку червей"?

– А зачем туда отправился ты? – резонно ответила она. – Ведь и дураку понятно, что там тебе было противно. Выглядел ты, во всяком случае, очень несчастным.

– Меня туда затащили насильно. Я понял, что легче высидеть несколько часов там, нежели спорить по этому поводу.

– Но ведь ты отлично знаешь, зачем я туда пришла. Я следила за тобой. Ты что, мне не веришь?

Роберт пожал плечами.

– Скажем так: я тебя не понимаю.

– Пока не понимаешь. Но всему свое время.

Она отошла от окна и встала между Робертом и постелью. Не сказав ни слова, она стянула через голову платье и швырнула его на пол. Теперь она стояла перед ним совершенно нагая, а яркий свет позволял Роберту видеть ее всю и оценить безупречную красоту. Кожа Рейчел была превосходна, но особенно поражали воображение ее глаза, которые, возможно, в паспорте значились как «карие», но на самом деле отливали блеском черного агата.

Она сделала шаг навстречу и положила ладонь ему на живот. Роберту не верилось, что она может причинить ему вред. Завороженный открывшимся перед ним зрелищем, он решил, что эта женщина стоит хотя бы минимального риска.

– Только на этот раз без ножей, – пробормотал он.

– Ножей не будет, я обещаю, – сказала Рейчел.

Рейчел развязала узел на полотенце, которым Роберт прикрыл чресла, и отбросила его прочь. Рейчел оглядела его тело и подумала: какова была бы реакция молодого человека, если бы ему удалось как следует рассмотреть ее ночью, когда она металась в темноте, словно загнавшая зверя тигрица, и изо рта у нее текли струйки крови – его и своей. Вчера она более всего походила на дикого зверя, только что освежевавшего свою добычу. Но темнота, к счастью, скрыла все детали. К тому же она знала, что, когда настанет утро, случившееся уже никак не отразится на ее состоянии. Рейчел побывала в раю.

Она поцеловала Роберта и сказала:

– Прошлая ночь меня просто потрясла. Благодарю.

Глава 10

Они встретились в кафе, которое выглядело бы куда экзотичнее, окажись оно где-нибудь в Ницце на берегу озера, а не в лондонском Вест-Энде между магазином обуви и закрытым турагентством. Ричард Элмор выбрал столик в уединенном уголке, и когда приехали Крис и Кэтрин, он был занят тем, что с жадностью вкушал круассан. Большая часть бумажной скатерти, покрывавшей столик, была залита каким-то соусом, но Ричард, казалось, чувствовал себя здесь великолепно. С шумом отхлебнув кофе, он окликнул официанта, чья услужливость хотя бы отчасти компенсировала неряшливость сервировки.

Прежде чем усесться, Крис представил Кэтрин Элмору. Тот неловко привстал и сказал:

– Мне очень жаль, что с вашей сестрой случилось такое несчастье, мисс Росс.

– Зовите меня Кэтрин, – произнесла девушка, пожала Элмору руку и заняла место справа от него.

– Крис вам уже рассказывал обо мне?

– Так, самую малость.

– Кроме того, я в общих чертах поведал мисс Росс о том, чем мы с вами занимаемся, – добавил Крис.

– Скажите лучше, чем занимаетесь вы, – наставительно произнес Элмор, облокотившись своим весьма широким торсом о спинку хрупкого стульчика. – Он, знаете ли, ученый, в то время как я не более чем ушедший на покой искатель приключений.

Крис изобразил на губах некое подобие улыбки.

– Я себя ученым не считаю, что же касается вас, Элмор, не заметно, что вы после выхода на пенсию успокоились.

Кэтрин и Крис заказали еду, а Элмор попросил еще одну порцию кофе. Он подождал, когда обслуживавший их официант удалился, после чего заговорил снова, обращаясь преимущественно к Кзтрин:

– Самое главное, что мы должны иметь в виду, занимаясь расследованием случившегося, это то, что эти люди больны. Их губит неизвестная болезнь. Поэтому, какие бы странности ни обрушились на нас в процессе изысканий, не следует об этом забывать. Далее. Я отнюдь не являюсь экспертом в гематологии, но я точно знаю, что химические изменения в составе крови у таких людей весьма значительны и совершенино нетипичны. Приятели Криса в Сиэтле дадут вам по данному вопросу любую консультацию, если у вас появится в этом нужда. Что же касается меня лично, то меня больше интересуют симптомы заболевания и результаты его воздействия на людей. К примеру, все заболевшие теряют в весе, у них понижается кровяное давление. Большинство жертв страдает анемией. Кроме того, у них наблюдаются сложности с пищеварением. Тем не менее установлено, и это особенно интересно, что у многих заболевших происходит резкое обострение зрения и слуха. Такого рода обострения превышают норму, существующую для здоровых людей. Еще один симптом – заболевшие становятся весьма неуравновешенными вследствие частых перепадов настроения.

Появился официант с подносом. Элмор замолчал и принялся следить за тем, как тот расставляет на столике тарелки, кофейник с горячим кофе и плетеную корзинку с круассанами.

Кэтрин протянула руку, взяла стакан с апельсиновым соком и спросила:

– Каким путем происходит заражение?

– Мы не знаем. По крайней мере пока. Возможно, те, кто трудится в Институте Коптета, разгадали эту загадку, но я лично в известность об этом не поставлен, – сказал Элмор, поворачиваясь к Крису.

– Нет, пока мы ничего не добились.

– Установлено, однако, что болезнь не передается при обычном контакте, в противном случае все мы оказались бы в серьезной опасности. Дело в том, что лекарств против этой болезни нет.

– Принимая во внимание те необратимые процессы, которые происходят в крови у заболевших, ожидать появления таких лекарств не приходится. По крайней мере в обозримом будущем, – добавил Крис.

Элмор налил себе еще одну чашку кофе.

– Одним из наиболее удивительных симптомов является способность инфицированных определять наличие данного заболевания у других людей. Другими словами, больные способны отыскать в толпе людей, страдающих той же болезнью.

– Но это невозможно, – заявила Кэтрин.

– С точки зрения дилетанта – да, невозможно. Но реальное положение вещей говорит об обратном. Впрочем, такого рода случаи крайне редки и существует очень большая вероятность того, что заболевший может закончить свои дни, но так никогда и не встретить товарища по несчастью. Но, повторяю, если больной встречает другого больного, он, как правило, об этом знает.

– Да, но кто эти люди? Больные, я хочу сказать. Как их именуют? Как называется их болезнь?

– У нее нет названия, – сказал Крис. – У нас в институте существует только номер для ее обозначения. Цифровой индекс, так сказать. Но в других лабораториях это заболевание иногда именуется «синдромом Элмора».

Старик Элмор улыбнулся. Было очевидно, что об этом он уже слышал. Кэтрин сделала вид, что не поняла шутливого намека, содержавшегося в словах Криса. Тогда Элмор сказал:

– В Лондоне есть один молодой человек, у которого обнаружены подобные симптомы. Его зовут Стефан Абрахам. Он скульптор.

Крис нахмурился и утвердительно кивнул.

– Знаю такого. Его имя занесено в наши списки в Сиэтле.

– Надеюсь, – заметил Элмор.

– Ну и что он? – спросила Кэтрин.

– Он хочет со мной встретиться.

– И что же?

– Дело в том, что Стефан не слишком общительный тип. И я не имел с ним никаких контактов на протяжении нескольких лет. Поэтому, когда он неожиданно позвонил мне и предложил встретиться, мне. конечно же, это показалось любопытным. Это, возможно, не более чем совпадение, но я сомневаюсь. Уж слишком он волновался.

Кэтрин недоуменно пожала плечами:

– Боюсь, я не понимаю.

Элмор кивнул:

– Ну еще бы. Чтобы понять значение этого звонка, необходимо понимать Стефана – хотя бы самую малость. Это странный человек с чрезмерно развитым воображением и недоразвитым чувством самокритики. Паниковать по пустякам не в его правилах. Даже если у него появляются сложности, от посторонних он их обыкновенно скрывает. Это черта его характера – и при всем том в его голосе явно прослеживалось сильное беспокойство. Учитывая все это, я обращался с Абрахамом с большой осторожностью. За ним вообще нужен глаз да глаз – он груб, самолюбив до крайности и очень часто бывает агрессивно настроен. Кроме того, он чаще лжет, чем говорит правду. Просто потому, что вранье его забавляет. Или потому, что истина ему кажется скучной.

30
{"b":"3295","o":1}