ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Грани игры. Жизнь как игра
Воскресни за 40 дней
Шарко
Опасные тропы. Рядовой срочной службы
Развивающие занятия «ленивой мамы»
Доктор, который научился лечить все. Беседы о сверхновой медицине
iPhuck 10
Дети лета
451 градус по Фаренгейту

Когда миссис Лоренцо прошла по кухне, Роберт заметил то, что должны были скрывать от посторонних взглядов солнцезащитные очки – большой синяк под левым глазом женщины. Когда Роберт вчера в последний раз видел Кэсси, этого синяка не было.

– Что у вас случилось?

Она уселась на деревянный стульчик и начала плакать, сохраняя, однако, достаточно самообладания, чтобы не рыдать в голос и не травмировать психику укрывшихся в гостиной детей. Она выглядела забавно – уткнулась лицом в руки, но не сняла тем не менее темных очков. Роберт протянул руку и помог ей снять очки. Женщина постепенно успокаивалась. Она оторвала кусок бумажного полотенца от висевшего на кухне рулона и промокнула глаза. Теперь синяк предстал во всем великолепии – подбитый глаз являл собой сложную комбинацию оттенков синего и бордового цветов.

– Извините, Роберт, – сказала миссис Лоренцо едва слышно.

– Вам лучше?

– Скоро я совсем успокоюсь.

– Кто это сделал?

Она взглянула на него и хриплым шепотом спросила:

– А вы разве не догадываетесь?

У Вернона Лоренцо вошло в привычку насмехаться над Робертом при каждом подходящем случае. В результате он вызывал у Роберта вполне оправданное чувство неприязни. Тем не менее Роберт не мог себе представить, что в семейной жизни мистер Лоренцо мог оказаться иным, нежели образцовым мужем и отцом. Может быть, подобное заблуждение владело им по той простой причине, что жена и дети мистера Лоренцо всегда выглядели на диво аккуратными и ухоженными. Несмотря на грубость Вернона, Роберт считал его семейство почти идеальным.

– Но почему? – спросил Роберт, не представляя себе, что он может услышать в ответ.

– У него, знаете ли, роман, – сказала женщина, тяжело вздохнув. – И когда я попыталась воспротивиться этому… короче говоря, у нас состоялась крупная ссора… завершившаяся… хм… самой настоящей дракой, а в результате – вот это…

Прежде чем откинуть со лба светлую прядку, миссис Лоренцо некоторое время ощупывала полученное в бою повреждение.

– Где он сейчас?

– Как всегда, на работе.

– Могу ли я хоть чем-нибудь вам помочь? Я не знаю, хотите ли вы вызвать полицию или, наоборот…

– Ни за что! – вскричала обеспокоенная подобной перспективой миссис Лоренцо. – Ни в коем случае, Роберт. Обещайте мне, что вы ни под каким видом не…

– Это было предложение, не более того.

– Подобное и раньше случалось, но до сих пор нам как-то удавалось…

Виноватое выражение, внезапно появившееся на ее лице, свидетельствовало о том, до какой степени она сожалеет, что сболтнула лишнее.

– И когда это началось?

Она печально покачала головой и шмыгнула носом.

– Настолько давно, что я уже свыклась с этим, – доверительно сообщила она Роберту.

– Но как же Кевин и Мелисса?

– Они в безопасности. Обычно это не заходит так далеко. – Она подняла глаза, и в ее взгляде появилось выражение, которое Роберт охарактеризовал бы как непреклонность. – Да, Роберт, именно так. Я никогда не позволяла ему срывать злость на детях, и поскольку до сих пор им ничего не угрожало…

– Но так не может продолжаться вечно, миссис Лоренцо. Вам необходимо…

– Нет, Роберт, – твердо сказала она. – Боюсь, что вы не понимаете. Вы должны дать мне слово, что ни при каких обстоятельствах не обмолвитесь об увиденном кому бы то ни было.

– Но…

– Обещайте мне, Роберт, прошу вас. Если Вернон узнает о вашем визите, он просто озвереет. Если вы не хотите пойти на это ради меня, то пообещайте хотя бы ради Мелиссы и Кевина!

Роберт пожал плечами.

– Как скажете. Но если вам понадобится моя помощь – обязательно позвоните.

Кэсси удалось изобразить на губах подобие улыбки. Она коснулась его руки и сказала:

– Большое спасибо, Роберт.

Глава 12

Ричард Элмор снимал крышки с коробок, в которых им доставили готовые блюда из китайского ресторана. Кэтрин смотрела из окна гостиной Элмора. На улице некий субъект пытался завести мотор старого «форда-капри», привязав его буксиром к еще более древней и ржавой «тойоте».

Несколько часов назад она встретилась с Кэролин Тейлор. Крис попросил ее переговорить с кем угодно, кто мог сообщить интересную информацию и направить их расследование в нужном направлении. Вот Кэтрин и выбрала Кэролин Тейлор – самую преданную подругу Дженнифер, с которой ее сестра дружила с детства. Теперь Кэролин была замужем за адвокатом и родила двоих детей. В сущности, Кэтрин не знала, о чем ей говорить с Кэролин, а последняя вела себя подчеркнуто вежливо и старательно изображала сочувствие, что несколько сковывало Кэтрин. Но хуже всего было другое – Кэролин Тейлор знала об отношениях Дженнифер и Андрэ Перлмана. Более того, она знала Перлмана лично.

– И какой же он был? – спросила Кэтрин.

– Он был душка, Кэти. Милейший человек. Ему было всего только двадцать четыре, но он держал себя как вполне… – тут Кэролин на мгновение замолчала, подыскивая нужное слово, – зрелый человек. В нем были спокойствие и выдержка. Дженни была им просто очарована. Никогда бы не подумала, что она может так увлечься. Остается только удивляться, что вы с ним не знакомы.

– Вот я и удивляюсь, – сухо сказала Кэтрин. – Я о нем даже не слышала.

– Не может быть! А я-то думала, что у вас с Дженнифер не было секретов друг от друга.

Кэтрин скривила губы в горькой усмешке:

– Я тоже так думала.

– Она всегда говорила, что у нее нет от вас тайн.

– И мне так казалось. Скажите, она его действительно любила?

– О да. Это знали все. Ах, Кэти, она была просто на седьмом небе от счастья. И я говорю об этом не только потому, что она умерла. Дженни испытывала к Андрэ Перлману самые искренние чувства.

Слова Кэролин несколько успокоили Кэтрин. Дженнифер никогда не обижала людей и относилась с удивительным терпением к Дэвиду Колсену и его многочисленным изменам. Даже когда его связи с другими женщинами принимали скандальный характер, она никогда не унижалась до обыкновенной семейной склоки.

Кэтрин отвернулась от окна и заметила Криса, разливавшего по стаканам вино. Элмор суетился на кухне, собирая тарелки и вилки, чтобы накрыть на стол.

– Итак, каковы наши дальнейшие действия?

Крис протянул ей стакан.

– Абрахам собирается проверить кое-какие свои предположения.

– А если он убедится, что прав, что тогда?

– Когда появятся конкретные результаты, мы будем действовать соответственно. Прежде чем перейти мост, необходимо до него дойти, – сказал появившийся из кухни Элмор.

– Ну так как, мы верим Абрахаму или нет? – спросила Кэтрин.

Элмор пожал плечами:

– Как я уже говорил, в отношениях с Абрахамом надо держать ухо востро. Но одно я знаю точно: его нынешнее поведение в значительной степени отличается от того, как он вел себя раньше. Его обычная самоуверенность и даже, я бы сказал, высокомерие куда-то испарились. Несколько раз, правда, он пытался разыгрывать привычное чванство, но это давалось ему с трудом. Он очень напуган.

Сдержанность Кэтрин пришлась по вкусу Элмору. Как только Абрахам объявил, что догадывается, кто убийца, она закусила губу, но сохранила внешнее спокойствие и не стала давить на скульптора. Скорее всего она поняла, что за фрукт этот Стефан. Итак, Кэтрин сдержалась, а вот Крис уж слишком очевидно проявил нетерпение в надежде выяснить личность убийцы. Его расспросы насторожили Абрахама и заставили отказаться от дальнейших откровений.

Кэтрин взяла тарелку и принялась накладывать себе фасоль в соевом соусе. Элмор предпочел жареный рис с яйцами.

– Вы думаете, он в самом деле знает? – спросила девушка.

Элмор ответил не сразу, а когда заговорил, было видно, что он тщательно взвешивает каждое слово.

– Не думаю, что он знает точно. Но подозрения у него имеются – и основательные. За всем этим скрывается еще кое-что.

– Да? И что же?

– Мне трудно судить, но я подозреваю, что Абрахама терзают сомнения, которые мешают ему сделать окончательный вывод. Стефан относится к тому типу людей, которые, узнав какую-нибудь тайну, обязательно дадут вам это понять, хотя совершенно неизвестно, поведают они вам ее или нет. Абрахам, к примеру, пыжился бы от сознания собственной значимости, и вы, будьте уверены, сразу заметили бы его напыщенность и многозначительность. Вы, однако, видели, как он повел себя в данном случае, и в этой связи напрашивается вывод: его что-то гложет.

36
{"b":"3295","o":1}