A
A
1
2
3
...
14
15
16
...
24

Как Джилли хотелось бы отрицательно покачать головой в ответ на его вопрос, но она боялась, что уже начала испытывать нечто похожее.

– Я просто не мог поверить, что она меня не любит, что не может любить.

– Но ведь она вышла за вас замуж!

– Потому что я преследовал ее с невероятным упорством. И когда она однажды пришла и сказала, что ее отец проигрался на бирже и разорен и что она выйдет за меня, если я выкуплю его долги…

– Так вы настолько богаты?

– К несчастью, да. – Макс пожал плечами. – Но такого рода сделки обычно не выдерживают испытания временем. Когда она встретила человека, которого полюбила по-настоящему, она больше не могла позволить мне даже дотронуться до нее.

– У нее была любовная связь?

Голос у Джилли сорвался, а темные глаза заблестели в полумраке комнаты.

Макс и сам не понимал, как отважился на такие откровения. Наверное, он слишком долго ни с кем так не разговаривал…

– Нет, хотя это, наверное, помогло бы – тогда я по крайней мере смог бы ее возненавидеть. Но и она и мой лучший друг были выше этого. Было так больно видеть, как они избегают смотреть друг на друга, опасаются случайно соприкоснуться…

– Тогда почему же вы не отпустили ее? – В голосе Джилли зазвучало негодование.

– Не так все просто. Неужели вы думаете, что я бы этого не сделал? Доминик был верующим католиком, который не мог жениться на разведенной женщине, а меньшее его бы не устроило.

Джилли опустилась на колени возле камина и потрясение смотрела на Макса:

– Поэтому они умерли? Умерли вместе?

– Нет, произошел несчастный случай. Умереть должен был бы я – что еще я мог сделать для нее? – Он долго смотрел на дно своего бокала, прежде чем снова заговорил:

– Она любила кататься на лыжах, и я решил, что если увезу ее в горы, то она никогда не заподозрит меня… Мы приехали в маленькую альпийскую деревушку. Не знаю, кто сказал ему, возможно, она сама, но он не захотел оставаться в стороне. Он все понял и был первым, кто встретил нас в крошечной деревенской гостинице.

– Ох, Макс…

– Когда я проснулся, было прекрасное утро, тихое и ясное. Ночью выпал снег, он лежал повсюду, сверкая, как глазурь на свадебном торте. Прекрасный день, чтобы умереть.

Джилли приглушенно вскрикнула, и это заставило его очнуться – видение исчезло.

– Наверное, что-то разбудило ее, а может, она и вовсе не спала. Или она знала, что я задумал, потому что сразу же позвала Доминика, и они бросились следом за мной. Я слышал, как они звали меня, и ехал по краю обрыва, когда они наконец меня увидели.

Они решили поехать мне наперерез, и тогда… и тогда…

Он замолчал. Кошмарная сцена вновь ожила перед его внутренним взором, как это уже не раз случалось с тех пор.

– Снег был свежий, и он начал осыпаться. Меня накрыло лавиной, потом настала тьма…

Он задрожал, вспомнив, какой холод охватил его тогда, холод, который с тех пор глубоко угнездился в его теле.

– Макс… – Ее ладонь легла на его пальцы, возвращая его в настоящее. Он смотрел на маленькую, теплую белую руку. – Наверное, это самая страшная история, которую я слышала. Какой ужас!

– Да, ужасно, когда погибают два прекрасных человека.

Долгое время они молча сидели рядом, не глядя друг на друга, потом Джилли осторожно убрала руку.

– Я не должен был рассказывать вам… Не знаю, зачем я это сделал.

– Вы не хотели, чтобы я чувствовала себя несчастной.

– Не жалейте меня. Я поступил эгоистично, женившись на ней, я думал только о себе. Если бы я действительно любил ее, то выкупил бы долги ее отца и исчез из ее жизни.

– Это она не должна была…

– Она сделала это ради своей семьи. – Он вздохнул и взял в руки бутылку бренди. – Налейте себе еще, Джилли, а потом я расскажу вам, каков мой план.

Налить еще? Неужели она все выпила? Она послушно наполнила свой бокал. Как ей хотелось обнять Макса, прижаться крепче, чтобы унять его боль… Нет, он не поймет ее. Она и сама плохо себя понимала!

– Слушаю, Макс, – сказала Джилли.

– Мой план очень прост – почему бы не заставить юного мистера Блейка гоняться за вами?

– Гоняться за мной? Но с какой стати, когда его преследует тьма поклонниц… – Думаете, они ему не надоели?

– Я знаю, вы стараетесь помочь мне, Макс, но этот разговор происходит не без помощи выпитого нами бренди. Вряд ли я могу соперничать с женщинами, которые теперь окружают Ричи.

В действительности ей и не хотелось соперничать с ними. Этим вечером она наконец прозрела: Ричи был потребителем, человеком, который только брал, ничего не давая взамен…

В полумраке комнаты глаза Джилли казались темными и загадочными. Макс не сомневался, что она стоила десяти красавиц, крутившихся вокруг Блейка. Она была такой милой, такой доброй и хорошей… Но этого, разумеется, недостаточно, чтобы победить в тех джунглях, где обитал Ричи Блейк, еще требовались лоск и стиль. Что ж, он может сделать это для нее. В конце концов, должен же он чем-то заплатить за украденный поцелуй.

– Дайте мне неделю, Джилли, – быстро сказал Макс. – Через неделю вы будете самой знаменитой особой в Лондоне.

– Целую неделю? Так долго?

Как будто это имеет для нее значение! На всем свете есть только один мужчина, чье внимание для нее небезразлично, но он, похоже, вознамерился избавиться от нее как можно скорее!

– Сарказм не к лицу леди, Джилли!

– Я достаточно леди для того, чтобы знать: излишнее внимание толпы непристойно, – возразила она.

Он медленно пожал плечами:

– В общем-то, это зависит от того, что о вас говорят. По крайней мере будет о чем задуматься и вашей кузине, когда она вернется из отпуска, и этой Петре тоже.

– Это так, Макс, но я действительно не думаю, что Ричи еще позвонит мне, и, откровенно говоря, изводить Петру вовсе не стоит на первом месте в списке дел, которые я наметила сделать в Лондоне.

– Значит, все же жалеете, что не оставили в клубе хрустальный башмачок?

Макс и сам не знал, зачем продолжает настаивать.

С тех самых пор, как в его доме появилась Джилли, его посещали странные мысли, которые, как он думал, уже давно в нем умерли. Он чувствовал себя так, словно в нем стал оживать человек, которым он был прежде.

– Можете не сомневаться, мистера Блейка разбирает любопытство. Он захочет узнать, кто я такой и как вы со мной познакомились. Он, без сомнения, заинтересуется, как вы очутились в Лондоне, и не сможет не думать о вас, потому что сегодня вечером вы его здорово заинтриговали. И потом, завтра ваше фото появится в газетах… Нам надо поддерживать ваш имидж! Так куда бы вы хотели пойти завтра?

– Завтра? Вы хотите сказать, что снова намереваетесь…

Неужели он правда хочет провести с ней еще один вечер? Джилли почувствовала, как комната начинает кружиться, ноги внезапно ослабли, но Макс успел подхватить ее под руку.

– Ox! – воскликнула она и рассмеялась.

– Я думал, вы борец, Джилли, – сказал он, не выпуская ее из объятий. – Неужели вы позволите этим разряженным куклам завладеть человеком, который всем вам обязан?

– На здоровье!

– Вы так не думаете!

Тут он как раз ошибался. Может, она и выпила слишком много бренди, но не сомневалась в своих чувствах. А вдруг он ее опять поцелует… Стоило попробовать, даже если для этого придется заставить Ричи ревновать.

– Как я могу соперничать с девушками, на которых почти ничего не надето? – сказала она. – Я не создана для того, чтобы носить такие откровенные туалеты, не та фигура.

Макс бы мог поспорить с ней, но не стал.

– Знаете, Джилли, вовсе не то, что женщина демонстрирует, заставляет мужчину желать ее. Настоящий мужчина ценит тщательно упакованный подарок.

Джилли покраснела. Невинная спонтанность ее реакции заставила его снова вспомнить о словах Гарриет – ему, конечно, следовало бы немедленно посадить ее в поезд и отправить в Ньюкасл.

– Я вам обещаю, Джилли, что бы ни случилось, вы не проиграете.

– Правда?

15
{"b":"33","o":1}