1
2
3
...
14
15
16
...
26

– Все равно, не так уж трудно взять на заметку всех жителей города, седых или светловолосых, и установить, чем они занимались в момент нападения, – произнес Энсон.

Фризби, волосы которого были чернее сажи, взглянул на светлую шевелюру страхового агента и рассмеялся:

– Может, в таком случае скажешь, где был сам?

– В кроватке у одной хорошенькой куколки, – выдавил улыбку Энсон.

– Если верить девице, у нападавшего был внушительный животик, какой отрастает годам к пятидесяти, а это уж никак на тебя не похоже, – изрек Фризби. – Если хочешь знать мое мнение, ей еще повезло, мог бы и прихлопнуть там же.

Когда Фризби ушел, Энсон заказал обед. То, что преступника еще не нашли, обрадовало его, но ведь до пятницы этого малого могут арестовать, по меньшей мере, раз десять!

К половине восьмого вечера Энсон наконец добрался до дома Барлоу и поставил машину в гараж. Мэг открыла ему, не дожидаясь стука. Энсон увидел, что она бледна и ее глаза опоясаны темными кругами.

– Что с тобой? – озабоченно спросил он.

– Я всю ночь не сомкнула глаз! Ты думаешь, что можно спокойно спать под одной крышей с человеком, которого собираешься убить?

Энсон пожал плечами. Она уселась на тахту и обхватила руками колени.

– Я не могу поверить, что это произойдет уже завтра, Джон…

– Все будет зависеть от тебя, – сказал Энсон, усаживаясь рядом с ней. – Если тебе удастся заманить Фила в парк, то дело в шляпе.

– Да, мне это удастся, – ответила Мэг, – мы поедем обедать в «Постоялый двор», а потом я потащу его за город, чего бы это ни стоило.

– Вчера вечером я ездил на разведку, – произнес Энсон, – там на дороге есть телефонная будка в восьмистах ярдах от поляны. Я буду ждать в ней. Позвони[1] и предупреди меня о прибытии на место. Если Фил заупрямится и все сорвется, тоже позвони, чтобы я не торчал там зря. – Он вытащил из портфеля листок бумаги. – Вот номер этой кабины. Я буду в ней с десяти вечера.

Она положила бумажку в сумочку.

– Когда вы приедете в рощу, ты останешься в машине, но опустишь стекла.

Мэг вздрогнула:

– Хорошо…

– Как только я разделаюсь с ним, – продолжал Энсон, пристально глядя на нее, – придет твой черед.

Он положил ладонь на ее руку:

– Мне придется быть жестоким, Мэг. Никаких симуляций… Ты должна мужественно вытерпеть все это, понимаешь? Ни у Мэддокса, ни у полиции не будет серьезных подозрений, если медицинская экспертиза подтвердит наличие тяжких телесных повреждений и факт изнасилования.

При этих словах Мэг поежилась, но воспоминание о Джерри Хогане заставило ее утвердительно кивнуть.

– От парка до шоссе около четырехсот ярдов, – продолжал Энсон. – Ты должна будешь проползти это расстояние и остановить какую-нибудь машину. Хотя нет, лучше просто лежи на шоссе, притворившись, что в обмороке. И помни: никаких показаний, пока не получишь моих цветов. Пришлю розы – значит, все в порядке; гвоздики – продолжай молчать, поняла?

– Да.

– Врач не разрешит полиции приставать к тебе с расспросами, пока ты не придешь в себя, так что особенно бояться нечего.

Она испуганно взглянула на него.

– Ты уверен, что все пройдет хорошо и у нас будут деньги?

– Уверен, – ответил Энсон, – все продумано до мелочей. Ты обратишься за страховкой, и Мэддокс поймет, что деваться некуда. Отказавшись платить, он подорвет репутацию компании. К тому же я настрополю газетчиков… Словом, все будет в порядке, и мы сорвем куш без особого труда.

– Даже не верится, – сказала Мэг, все время думая о Хогане.

– Через две недели у тебя будет пятьдесят тысяч долларов! Мы уедем вместе…

Энсон встал.

– Главное – не забыть револьвер, – сказал он, открыл ящик буфета, взял деревянную коробку и вытащил «кольт» с шестью патронами.

В половине шестого в пятницу Энн Гервин закрыла пишущую машинку чехлом, собрала со стола все бумаги и засунула их в шкаф.

– Пора заканчивать работу, мистер Энсон, – сказала она, беря сумочку, – уже половина шестого.

– Идите одна, Энн, – улыбнувшись, сказал он, – мне нужно еще доделать кое-какие мелочи.

– Может быть, вам нужна моя помощь?

– Нет, это не срочно. Мне просто некуда сегодня спешить, только и всего.

Когда Энн ушла, Энсон собрал в папку бумаги со стола, достал из ящика купленные накануне контактные часы, прочел инструкцию и включил механизм в сеть, подсоединив к выходу шнуры от магнитофона и настольной лампы. Потом он установил пятиминутный интервал на включение и стал ждать. Через пять минут зажглась лампа и заработал магнитофон, воспроизводя записанный накануне стук машинки. Энсон отрегулировал звук таким образом, чтобы его было слышно в коридоре. Спустя еще пять минут магнитофон отключился, лампа погасла. Установив на циферблате 9 часов 30 минут, он еще раз убедился, что устройство работает исправно, запер кабинет и спустился в лифте в вестибюль, где Джесс Джоун читал вечернюю газету.

– Значит, как договорились, Джесс, – бодро сказал ему Энсон, – сегодня я задержусь подольше, ладно?

Джоун улыбнулся и подмигнул страховому агенту.

– Хорошо, мистер Энсон, я не буду вас беспокоить.

– Я только сбегаю чего-нибудь перекусить и сразу же вернусь.

– О'кэй, мистер Энсон, у вас есть ключ?

– Да, да. Пока, Джесс.

После ужина Энсон отправился домой, почистил и зарядил револьвер Барлоу, положил его в карман и вновь сел в автомобиль. В восемь часов он подъехал к зданию «Нэшнл фиделити», припарковал машину и прошел в каморку Джоуна.

– Ну вот я и вернулся, – сказал он, – поторчу тут часов до одиннадцати.

Джоун укоризненно покачал головой, – эх, заработаетесь вы, мистер Энсон, так и до язвы желудка недалеко.

Энсон вышел из лифта на своем этаже, постоял немного на лестничной клетке, затем вновь спустился вниз и на цыпочках покинул здание. Сев в машину, он помчался к прютаунскому шоссе. Увидев телефонную будку, он свернул на обочину, погасил фары и приготовился к долгому ожиданию.

Без десяти десять он вышел из машины, подошел к телефонной будке и за ее задней стенкой присел на траву. Время тянулось медленно, и Энсон уже начал бояться, что Мэг провалила свою часть плана, когда телефон в будке зазвонил. Вскочив, Энсон обежал кабину, рванул на себя дверь и, задыхаясь, схватил трубку.

Мэг, с распущенными волосами, в зеленом, лишь наполовину прикрывавшем грудь пеньюаре, с сигаретой в зубах, вошла в гостиную, где угрюмо завтракал ее муж. Барлоу удивленно вскинул брови и тут же задохнулся от охватившего его желания, однако стоило Мэг заикнуться о поездке в «Постоялый двор», как он сердито засопел и уткнулся в тарелку.

– Слушай, Фил, – сказала Мэг, когда в ответ на ее предложение поужинать в ресторане он замотал головой, – эдак я, чего доброго, заболею, если буду все время сидеть этом сарае. Давай выберемся куда-нибудь хоть на вечерок, тут ведь с ума сойти можно. А кормят в «Постоялом дворе» отлично, ты ведь там бывал и знаешь…

– Кормят-то отлично, зато и обдирают будь здоров, – буркнул он, берясь за газету.

– Ну и что? Это же только один раз. Я почему-то чертовски хочу налакаться сегодня, и, кстати говоря, это не единственное мое желание…

С этими словами она повернулась и пошла к двери, а Барлоу, бросив газету, откинулся в кресле.

– А почему бы и нет? – пробормотал он после минутного колебания.

Когда они после великолепного, но дорогого ужина подошли к бару выпить по рюмочке, Барлоу даже подпрыгнул от неожиданности, услыхав предложение Мэг съездить прокатиться в парк Вэла Джейсона.

– Что там делать? – со смутной тревогой спросил он. – У меня, честно говоря, только одно желание: поскорее добраться до кровати.

– Я не хочу спать, Фил, – сказала Мэг, – странно, что ты совсем не стремишься хоть немного поухаживать за мной.

– За тобой? – ухмыльнулся Барлоу. – После целого года совместной жизни? Да ты, видать, здорово наклюкалась!

вернуться

1

В США устанавливают не только обычные автоматы, но и кабины, в которые можно позвонить (прим. пер.).

15
{"b":"330","o":1}