ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Она повторила себе эти слова еще несколько раз, когда взяла Тома и пошла с ним вдоль берега.

Спустя несколько минут Том захотел снова ходить голыми ножками по песку, а потом опять запросился на белый деревянный стульчик, привязанный к спине Джейн.

Джейн протянула руку, уговаривая его походить, но Том покачал головой.

– Если бы Чарльз был здесь, он подкупил бы тебя мороженым и брызгами, правда?

Он прошел самостоятельно довольно большое расстояние и захлопал в ладоши.

– Чалз! – проговорил малыш возбужденно.

– Ах ты, маленький проказник! Когда ты научился произносить «Чарльз»?

– Мячик! – произнес Том с восторгом.

– У тебя набирается целый словарь: «мячик», «Чарльз» и «грузовик», – рассмеялась Джейн.

Том открыл рот, и она увидела два новых передних зуба, прежде чем он выговорил свой знаменитый звук «л».

Она захлопала в ладоши для того, чтобы отвлечь его. Он сразу же закрыл рот, широко раскрыв свои карие глаза. И она, и Чарльз в первое время смеялись над его неправильным произношением слова «грузовик». Она подбежала к нему, обняла и крепко поцеловала.

– Давай скажем «грузовик», Томми. Ты можешь сказать «грузовик»?

Кажется, малыш был совершенно сбит с толку. Потом он широко улыбнулся и произнес:

– Подем! Чалз!

– Так, ты ведь любишь ездить на машине с Чарльзом, правда, мой любимый? – Эти поездки превратились в утренний ритуал покупки газет и нужных для дома вещей. Она восхищалась, как быстро Том становился менее возбудимым и более общительным! Благодаря Чарльзу ее опасения, что малыш в будущем будет бояться мужчин, постепенно улетучивались.

Сравнивая, каким Том был сейчас и сразу же после приезда сюда, Джейн отмечала, что его глаза вновь широко открыты от удивления и любопытства. Он больше не цеплялся за нее так упорно, как в первые несколько дней после вторжения к ним в квартиру Джека. Она понимала, что должна благодарить Чарльза за всю щедрость его отвлекающих маневров в отношении малыша. Она знала, преисполненная благодарности к Чарльзу, что такая забота о ребенке не входит в круг его обязанностей. И все же он неизменно был терпелив, хотя немного и балуя малыша, но никогда не влияя на него отрицательно. Она чувствовала, что мужчина хочет, чтобы мир ребенка был ненарушаем и наполнен хорошими вещами и безмятежными воспоминаниями. Она взяла Тома за руку. Его смелость на твердом песке укрепилась.

– Почему бы нам не дать Чарльзу поспать спокойно несколько минут? А мы давай погуляем по пляжу. Может быть, мы найдем раковины или морскую звезду!

Джейн пошла на запад, а не на восток, где гряда скал отделяла общий пляж от частных участков пляжа и домов. Среди этих домов и было современное жилище Луизы и Хэнка Коуэнов.

Приноравливаясь к детским шажкам Тома, она медленно двигалась по пляжу. Они останавливались и наблюдали, как песчаный краб быстро семенит по самой кромке воды. Она показала малышу отполированный волнами камень и дала ему потрогать, какой он гладкий.

Они шли дальше. Джейн подняла морскую раковину и поднесла ее к уху ребенка.

– Слушай, мой любимый, как шумит океан. – Том замер. На его личике отразилось сосредоточенное внимание. Она спросила его:

– Можешь ты сказать «шумит»?

– Сумит! – сказал он после двух попыток.

– Очень хорошо! – сказала она и дала еще раз послушать. – Мы возьмем эту раковину с собой и покажем Чарльзу.

Чайки парили в небе и ныряли в воду. В нескольких ярдах за ними на полотенцах три девочки-подростка загорали. Мимо них прошла пара пожилых людей, они улыбались друг другу и кивали головами. В руках в мужчины была бамбуковая трость. Джейн то несла ребенка на руках, то пускала его идти самостоятельно. Она несла раковину, которая «сумит», а несколько более мелких и красивых ракушек положила себе в карман. Их можно использовать в качестве декоративных деталей при исполнении отдельных заказов, которые бывают у них в цветочном магазине, на устройство сада камней. Не забыть бы купить раковины.

Джейн не попалось ни одной морской звезды. Примерно через полчаса она взяла Тома на руки.

– Я думаю, что нам лучше вернуться. Чарльз будет искать нас.

Она повернулась, чтобы возвращаться той же дорогой. Ее удивило, что они прошли почти весь пляж. Песчаные дюны кончились. Она нахмурилась. Она знала, что они шли вдоль берега почти по прямой линии к одной из спасательных будок. Только сейчас, посмотрев на отдаленную гряду скал, она поняла, что не обращала внимания на номера спасательных будок.

Они пошли обратно. Через несколько минут Джейн остановилась, вспоминая, какой номер был у спасательной будки, за которую цеплялся Том: третий или четвертый? По направлению к ним двигалась какая-то фигура с опущенными плечами, на которую она бросила беглый взгляд.

Прижав к себе плотнее ребенка, Джейн осматривала дюны, надеясь, что Чарльз проснулся и пошел их искать.

Какое-то время она шла, сердито хмурясь. Она то раздражалась на себя, что ушла так далеко, то злилась на Чарльза, что он долго спит. Она знала, что это несправедливо по отношению к нему, ведь она сама не разбудила его. Но сейчас не чувствовала, что была права, и беспокоилась. Она пересадила Тома на другую руку. Малыш что-то пробормотал, засыпая, и его тело обмякло и отяжелело. Ракушки, которые она засунула в карман, показались ей тяжелыми, как свинец. Том положил головку ей на плечо и потер кулачком глаза. У нее уставали руки, и когда солнце скрылось за облаками, Джейн почувствовала прохладу ветра. Наступал прилив, и она поднялась выше, чтобы брызги прибоя не долетали до них. Мужчина, которого она видела раньше, срезал путь и пошел по более сухому песку. Расстояние между ними составляло всего несколько сот футов.

Джейн остановилась и внимательно посмотрела на него. Ей показалось, что она где-то его видела. Его походка не походила ни на мягкую походку Чарльза, ни на осторожные шаги Хэнка. Мужчина шел медленно, волоча ноги.

Джейн вновь переложила ребенка, понимая, что подсознательно пытается укрыть и защитить его.

Когда незнакомец приблизился, она увидела на нем брюки из плотной хлопчатобумажной ткани и темную рубашку; все это выглядело странным нарядом на пляже. Страх пронзил ее. Такие брюки и рубашку цвета красного бургундского вина она видела в своей квартире в Харборе. В комнате Тома.

Джейн замерла на месте. Казалось, что песок сковывает ее ноги, как цемент. Джек? Это имя взорвалось у нее в голове. Это не может быть – он?!

Но одежда, одежда была той же.

И парализующий ее инстинктивный страх тоже был тем же. Волоча ноги, он приближался… все ближе и ближе…

Том начал вертеться у нее на руках, и она поняла, что ее опасение передалось ему.

– Успокойся, милый, – прошептала она, прижимая к себе головку ребенка. Она проклинала себя за то, что ушла так далеко, и за то, что не обращала внимания на указатели, которые подсказали бы ей, где именно она сейчас находится.

Она ругала и Чарльза. Почему он не искал их? В ее душе умирали слабые ростки доверия, которое она начала испытывать по отношению к Чарльзу.

Она осмотрелась вокруг. Прилив усиливался. Девочки-подростки, которых она видела загорающими на солнце, ушли.

Она осторожно оглянулась на Джека. Он находился всего в пяти ярдах от нее. Его голова была опущена, как будто он смотрел себе под ноги.

Когда они находились еще в Харборе, она думала, есть ли у Джека еще какой-нибудь план похищения Тома, какой-либо окольный и неожиданный. Насколько она знала, он мог бы последовать за ними сюда неделю назад. Неужели он просто выжидал, когда они с ребенком будут одни?

Он шел ровным шагом, шапочка с большим козырьком была надвинута глубоко на лоб. Потом он остановился как раз у четвертой спасательной станции, взглянул прямо на нее и решительно направился к ней.

Джейн бросилась бежать, прижимая Тома к себе так крепко, что сама почувствовала, что ребенку не хватает воздуха. Сухой глубокий песок мешал ей бежать. Ветер выжимал слезы из ее глаз, щеки у нее стали холодными и мокрыми. Она вытирала их рукой, в которой все еще была зажата раковина. Острый край раковины оцарапал ей щеку, но она даже не заметила этого.

21
{"b":"3304","o":1}