ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Странно... Ты хочешь сказать, что эта девица неожиданно собрала вещички и ушла?

Джулия сидела в кухне напротив кухарки и пыталась сложить в уме головоломку из фактов. Не успела бывшая кинозвезда вернуться сегодня домой, как до нее дозвонилась встревоженная Молли и сообщила, что няня Элизабет улетела во Францию, а девочка после этого перестала разговаривать. И вообще на малышке лица нет. Она не плачет, но ее состояние нельзя назвать нормальным.

Миссис Дайвери, разумеется, сразу же примчалась обратно. Слова кухарки оказались истинной правдой. Внучка Джулии лежала в своей кроватке и никак не отреагировала на приход бабушки. Так же выяснилось, что у нее совсем нет аппетита, даже предложение купить шоколадное мороженое она восприняла без эмоций.

– Софи сказала, что так сложились обстоятельства. Она была очень расстроена из-за того, что уезжает отсюда. – Молли поведала Джулии об утреннем разговоре с француженкой.

– Оно и видно. Надо же, расстроилась! – ехидно заметила женщина. – Не предупредила, не намекнула, просто раз – и исчезла! Не скажу, что я огорчена ее уходом, даже наоборот. Но так приличные люди не поступают!

Кухарка хотела вступиться за няню Элизабет, да не успела – раздался телефонный звонок. Джулия направилась в гостиную и сняла трубку:

– Миссис Дайвери у телефона.

– Мама? Ты еще там? А не позовешь ли Софи, я хочу с ней поговорить, – услышала она баритон сына.

– Сдается мне, в этот момент твоя пассия летит над океаном, – неуместно сострила женщина и пересказала то, что услышала от Молли.

– Не может быть... Она не могла улететь, не предупредив меня. – Новость явно ошарашила Рона. – Наверное, что-то случилось. Может, горничные находили записку для меня?

– Ох, не смеши меня. – И Джулия, тут же сев на любимого конька, принялась поучать сына: – Я тебя предупреждала, что от этой девицы нужно ждать подвоха. Вот, пожалуйста. Надо бы еще проверить, все ли на месте. Не исключено, что, уезжая отсюда, она прихватила что-то на память!

– Прекрати! Ты ее совсем не знаешь, а значит, не можешь ни в чем подозревать! – Рон начал распаляться от слов матери.

– Это ты ее не совсем знаешь, – сказала, как отрезала, миссис Дайвери. – Я уверена на сто процентов, что она сбежала с дружком-французом. Причем сделала это именно тогда, когда тебя не было дома, чтобы не объясняться. А бедная девочка получила психологическую травму и теперь страдает...

– Ты об Элизабет? Что с ней? – насторожился Рон. А узнав о состоянии дочери, потребовал: – Срочно позвони врачу! Я сейчас же отменю все встречи и вылечу в Лос-Анджелес!

А малышка Элизабет лежала в детской комнате на кровати, свернувшись калачиком и прижимая к себе игрушечного медвежонка. Она не знала, как точно выразить словами то, что чувствует. Это было как «грустно», только в сто раз хуже.

Когда Софи Моруа уже летела в сторону Франции, Рон Дайвери только еще садился в самолет, чтобы пересечь Америку и оказаться дома.

Деловая поездка сорвалась, но его это совсем не волновало. Что за беда приключилась у Софи? Почему она так неожиданно улетела? Пока на эти вопросы никто не мог ответить. Версия матери о дружке-французе Рона не устраивала. Он по-прежнему не верил, что Софи могла изменять ему. Снова и снова он вспоминал ее глаза, когда она твердила слова любви, и отгонял прочь сомнения. Все было искренне.

Как там сейчас Элизабет, думал Рон, глядя в иллюминатор. Неудивительно, что девочка переживает, она так сильно привязалась к няне. Но неужели Софи и ей ничего не объяснила, просто исчезла, и все? Бог ты мой, у меня же нет ее номера телефона в Париже! Остается надеяться, что она позвонит сама. И поскорее.

Рон нахмурился. В его душу закрадывалось недоброе предчувствие.

13

Софи шла по знакомой улице, глядя по сторонам и удивляясь тому, что видит. Она ходила здесь много раз – в школу, в университет, в магазин – и думала, что знает каждое деревце вдоль дороги, каждую трещинку на асфальте. Но сейчас смотрела на все это иначе, чем когда постоянно жила здесь.

Вон то дерево, оказывается, засыхает, а значит, его скоро спилят. Жалко, на него так было удобно залезать в детстве. Сосед покрасил забор в симпатичный зеленый цвет. Вон его рыжая собака бегает по саду. А куда же делся старый пес? Неужели умер?

Показался дом Софи. Всегдашние цветы в палисаднике, потемневшая статуэтка гнома под розовым кустом. Кружевные занавески в раскрытых окнах треплет ветерок. Конечно, ведь на улице тепло и мадам Моруа решила проветрить комнаты. Свежий воздух полезен для здоровья.

Софи вошла в калитку и, подходя к дому, уловила запах, доносящийся из кухни. Знакомый с детства, просто родной запах яблочного пирога. Прислушалась и улыбнулась – мама поет. Какую-то детскую песенку – незамысловатый мотивчик, простые слова. Странно, Софи не могла припомнить, чтобы мама пела. Может, давным-давно, колыбельные...

Молодая женщина хотела открыть дверь своим ключом и войти, но что-то ее остановило. Вроде приехала домой, а в то же время чувствует себя словно в гостях. Софи тихонько постучалась и прислушалась: не слышны ли приближающиеся шаги? Так и есть, мадам Моруа, продолжая напевать, шла по прихожей.

– Жан, это ты? – спросила она, открывая дверь.

Это еще кто такой? Она ждет в гости мужчину, поэтому испекла пирог с яблоками? Софи хмыкнула: вот так новости! А когда увидела маму, то даже отступила на два шага назад от неожиданности.

Мадам Моруа словно помолодела лет на десять. Сделала прическу, сбросила пару лишних килограммов. Вместо растянутой майки на ней была нарядная блузка, кроме того, она стала пользоваться косметикой!

– Мама? – произнесла пораженная Софи, словно сомневаясь, можно ли верить увиденному. – Ты такая красивая и молодая!

Та тоже оторопело глядела, не в силах понять, снится ей сон или дочь действительно стоит на пороге дома. Но замешательство длилось долю секунды, и в следующее мгновение женщины обнялись.

– Софи, как я рада, что ты прилетела, – произнесла мадам Моруа, утирая навернувшиеся на глаза слезы. – Но почему без предупреждения? Я бы подготовилась, встретила тебя в аэропорту!

– Так получилось, – ответила та. – Просто я поняла, что мое место здесь, рядом с тобой.

Мать и дочь вошли в дом, уселись в кухне и несколько минут просто смотрели друг на друга.

– Ты повзрослела, – нарушила молчание мама Софи. – Это видно по глазам. Уезжала наивной девочкой, а вернулась взрослой и уверенной в себе.

– Боюсь, наивности у меня и сейчас хоть отбавляй, – грустно улыбнулась молодая женщина. – А вот ты действительно изменилась. Причем в лучшую сторону. Скажи правду: у тебя кто-то появился? Что это за Жан, которого ты ждешь?

– Ну что ты такое говоришь, дочка, – засмущалась мадам Моруа. – Жан это аптекарь, ты его прекрасно знаешь. Он просто обещал занести мне лекарства на дом...

В дверь постучали, и, судя по тому, что мама сначала подбежала к зеркалу, а потом уже отправилась открывать, Софи сделала вывод: у нее действительно роман. В прихожей раздался мужской бас, потом сбивчивый женский шепот, а через пару минут дверь снова хлопнула. Видимо, хозяйка дома выпроводила ухажера, объяснив, что к ней неожиданно нагрянула дочь.

Мадам Моруа вернулась в кухню с букетом хризантем.

– Это и есть лекарство, которое принес аптекарь? – не удержалась от шутки Софи.

Мать зарделась и ответила, наливая воду в вазу:

– Я так и знала, что ты посмеешься надо мной. В моем возрасте не о мужчинах надо думать...

– Ну что ты такое говоришь! – возмутилась дочь. – А о чем, интересно? Ты очень изменилась, стала следить за собой. Неудивительно, что месье аптекарь обратил на тебя внимание! Я считаю, это прекрасно, это лучше, чем провести жизнь, сидя перед телевизором!

Мадам Моруа счастливо заулыбалась и бросилась варить кофе. Софи была этому только рада, она уже предвкушала вкус напитка, который ее мама готовит лучше всех, и мечтала о куске яблочного пирога...

30
{"b":"3308","o":1}