ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Джоанна Беррингтон

Весна в Нью-Йорке

1

Лишь через два часа после того как Эллин Рос уселась в кресло автобуса, она смогла вздохнуть свободно. Все это время сердце молодой женщины сжималось, словно испуганный котенок, а в голову лезли удручающие мысли, что Гарольд догонит ее и затея с побегом обернется большим скандалом. Но сейчас, чем дальше оставался за спиной штат Мичиган, тем увереннее звучало в ее голове совсем другое: получилось, я все-таки сбежала от него!

Эллин попыталась распрямить ноги, затекшие от долгого сидения, но в небольшом пространстве между креслами сделать это было непросто. Мужчина в соседнем кресле слушал плеер и дремал, надвинув на глаза бейсболку. Из наушников доносилась новая песня Глории Кроуз, уже успевшая занять верхние строчки в многочисленных хит-парадах: «Ты можешь многое, главное верить себе, главное верить в себя...»

Сидящая неподалеку пожилая женщина уговаривала маленькую девочку с двумя смешными косичками поспать:

– Милая, если ты заснешь, время пролетит быстрее. Когда откроешь глазки, до Нью-Йорка будет уже недалеко.

– Я не хочу спать! Я хочу смотреть в окошко!

Эллин тоже решила вглядеться в сумерки за окном, но в тусклом свете лампочек, освещающих автобусный салон, увидела лишь свое печальное отражение в стекле. Белый овал лица, карие миндалевидные глаза и роскошные каштановые кудри ниже плеч. Она провела по ним рукой, пытаясь разгладить. Куда там! В старших классах школы ей так хотелось иметь прямые волосы, но все попытки как-нибудь воздействовать на них заканчивались неудачей: кудряшки вновь возвращались на место. Гарольд, помнится, утверждал, что обожает эти чудесные завитушки, особенно когда они переливаются золотом в лучах заходящего солнца.

Гарольд... Он говорил, что любит ее, и клялся перед алтарем в вечности своих чувств. Как же случилось, что теперь она, Эллин, тайком сбежала из дома, купив билет на вечерний автобус до Нью-Йорка и оставив прощальную записку с просьбой не искать ее? Молодая женщина тряхнула головой, отгоняя тягостные мысли. Впереди ждала другая жизнь – свободная, независимая, без ежедневных ссор и унижений. По крайней мере, так хотелось на это надеяться!

Напряжение последнего дня сказалось, и, несмотря на бурю эмоций в душе, Эллин задремала, кое-как устроившись в автобусном кресле. Изредка просыпаясь, она наблюдала, как пейзажи за окном сменяют друг друга. Сосед похрапывал, пленка с музыкой в плеере давно кончилась, но ему, похоже, не было до этого никакого дела. Девочка со смешными косичками, по-прежнему не желавшая спать, просила бабушку купить в ближайшем придорожном кафе большой кусок вишневого пирога.

Вишневый пирог, пронеслось в голове вновь засыпающей Эллин. Вишневый фестиваль в Траверс-Сити... Мы с Джессикой тогда учились в колледже...

И она, провалившись в дремоту, перенеслась на три года назад.

– Эллин! Эллин, пойдем же скорее! Там сейчас будет проходить конкурс по плеванию вишневыми косточками!

Джессика тянула ее за руку, увлекая к специальной площадке для состязаний, где столпились местные жители и приехавшие на праздник туристы.

– Ну и что такого? Неужели ты никогда не видела, как плюются вишневыми косточками? Я не хочу в толпу, там наверняка отдавят ноги и затолкают локтями!

Эллин явно была не в лучшем настроении. Не радовало даже то, что выглядит она сегодня очень хорошо. На ней было платье без рукавов бежевого цвета, подчеркивающее ровный загар плеч, белые туфли-лодочки и сумочка в цвет им.

Но Джессика упрямо тряхнула короткими темными волосами и нахмурилась. Не для того она приехала на фестиваль, чтобы скромно стоять в сторонке, пока другие веселятся, поэтому предложила компромисс:

– Ты как хочешь, а я пойду посмотрю. Подожди меня где-нибудь здесь, ладно? – Кивнув, Эллин проводила подругу взглядом и неторопливо пошла к скамейке, стоящей в тени большого дерева. Ей не очень хотелось ехать на праздник. Вчера мама себя плохо чувствовала, но отец посоветовал все же отправиться и немного развеяться. Только веселью неоткуда было взяться. Врач сказал, что надежды на выздоровление почти нет, остается лишь молиться. Пока Эллин находилась рядом с больной матерью, она старалась держаться как ни в чем не бывало. Но теперь, оставшись одна, вдруг почувствовала, как же ей тяжело.

– У тебя что-то случилось?

Чья-то фигура нависла над девушкой, заслонив веселящуюся толпу. Перед ней стоял мужчина в зеленой клетчатой рубашке. Рассмотреть лицо подошедшего Эллин не могла, поскольку в глазах застыли слезы. Но она попыталась улыбнуться и произнесла:

– Спасибо, ничего не случилось. Я в порядке.

– Совсем не в порядке. Абсолютно не в порядке, я же вижу. Ты сидишь и плачешь.

– Нет-нет, я не плачу... – И тут же предательская слезинка скатилась по ее щеке.

Мужчина сел рядом и сказал:

– Сам не знаю, зачем приехал сюда. Наверное, по привычке. В детстве ездил на Вишневый фестиваль вместе с родителями. Помню, когда-то даже участвовал в конкурсе по скоростному поеданию вишневого пирога среди детей. Не победил, конечно, зато наелся...

Эллин улыбнулась. В отличие от первой, вымученной улыбки вежливости эта была настоящая, искренняя. Смахнув слезы, она пригляделась к случайному собеседнику. На вид около тридцати лет, загорелый, волосы темные, волевой подбородок чисто выбрит, рубашка отглажена, ботинки начищены. Пожалуй, симпатичный. Правда от синих глаз словно веет холодом... Но это, наверное, ошибочное первое впечатление, ведь он такой добрый и отзывчивый. Пока она печалилась, сидя на скамейке, мимо прошли человек двадцать, а все ли в порядке, поинтересовался только он. И Эллин еще раз улыбнулась незнакомцу.

– Ну вот, – улыбнулся он в ответ. – Теперь я действительно вижу девушку, которая пришла повеселиться. Между прочим, любишь вишневый пирог?

Она кивнула. И он предложил:

– Тогда надо торопиться, скоро начнется конкурс по скоростному поеданию. Если хочешь, пойдем со мной. Только решай скорее, иначе можем опоздать к началу.

Разве могла Эллин отказать себе в общении с таким милым человеком? Тем более отец просил развеяться. Спустя минуту-другую молодые люди, дружески болтая, шли вместе.

– Кстати, а как тебя зовут?

– Эллин.

– Здорово. А меня Гарольд Рос...

После долгих поисков Джессика наконец-то нашла подругу возле лотка с сувенирами, где она прощалась с новым знакомым. Как только тот удалился, рассерженная девушка дала волю эмоциям:

– Эллин, я же тебя потеряла! Как ты могла уйти куда-то, не предупредив меня! Там были такие веселые конкурсы, но я решила, что нехорошо радоваться, когда ты грустишь. А ты, оказывается, грустишь только в компании со мной, а с подозрительными типами тебе очень даже весело! Кто это был и как все это понимать?

– Джесси, это Гарольд, мы недавно познакомились, и он вовсе не подозрительный тип. Не ругай меня, пожалуйста. Да, я виновата, что ушла. Но если бы ты знала, сколько всего хорошего произошло со мной за последний час!

– Так... Этот подозрительный тип уже забил тебе голову всякими глупостями? И что за пятно на платье?

– Варенье. Я случайно капнула, когда мы соревновались, кто быстрее съест вишневый пирог! – Похоже, девушку совсем не беспокоило, что платье испорчено. – Ну почему ты плохо думаешь о Гарольде? Я мало его знаю, но он показался мне очень славным. Недавно окончил университет и работает дантистом, а потом собирается открыть собственную стоматологическую клинику!

– Рада за него. Но если мы не вернемся в скором времени домой, родители решат, что я попала в какую-нибудь переделку. Так что подробности чудесного знакомства расскажешь по дороге.

И девушки поспешили, обгоняя неторопливо прогуливающихся участников и гостей фестиваля.

– Проснитесь, мы уже в Нью-Йорке.

Мужчина, сидящий в соседнем кресле, осторожно тряс Эллин за плечо. Она открыла глаза и недоуменно огляделась. Ах да, она же сбежала из штата Великих озер и теперь планирует жить самостоятельно. Пассажиры покидали автобус. Достав с полки для ручной клади небольшой рюкзак, она тоже стала продвигаться к выходу.

1
{"b":"3309","o":1}