ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Сандра садилась в старое отцовское кресло за дубовый письменный стол и принималась за книги. После отца осталась обширная библиотека, в которой было немало раритетов, и Сандра решила составить каталог. Это монотонное занятие было своего рода психотерапией — успокаивало нервную систему и помогало убить время.

Постепенно Сандра привыкла к такому распорядку дня и даже стала находить удовольствие в своем добровольном затворничестве. Старые друзья говорили, что она очень изменилась. Молодые люди, которых Сандра знала до отъезда в Лондон, не раз приглашали ее на свидания, но она вежливо отказывалась. Ей вообще не хотелось ни с кем общаться.

Психологическое состояние, в котором пребывала Сандра, напомнило ей эпизод из детства. В семь лет она перенесла тяжелейший грипп, после которого у нее появились апатия, замкнутость, боязнь сверстников, неуверенность в себе. Все эти симптомы присутствовали и сейчас. Но Сандра уже знала, что после болезни обязательно наступает выздоровление, и это в какой-то степени поддерживало ее дух.

История с Алексисом ушла в прошлое, и теперь предстояло набраться сил и решить, что делать дальше. Она никогда не задумывалась над карьерой, но сейчас, возможно, настал момент, когда стоило серьезно подумать об этом.

Ее размышления прервал звонок в дверь. Миссис Мэлорс, подумала Сандра. Эта разговорчивая вдова, жившая в соседнем доме, имела привычку являться без приглашения, чтобы, как она выражалась, «немного поболтать». Сандра понимала, что соседка навещает ее из лучших побуждений, желая скрасить ей и себе, конечно, одиночество. Но Сандре, жаждущей уединения и забвения, выносить присутствие словоохотливой леди было невыносимо тяжело. Сказать же вдове, чтобы та оставила ее в покое, Сандра не могла.

Она вышла в прихожую и, изобразив улыбку, открыла дверь. У Сандры вытянулось лицо, когда вместо соседки она увидела на пороге своего дома Алексиса.

Первой ее мыслью было захлопнуть дверь и закрыться на все засовы. Но Алексис, разгадав, очевидно, ее намерение, быстро вошел в дом. Сандре ничего не оставалось делать, как последовать за ним в кабинет отца.

— Что ты здесь делаешь? — неприязненно спросила она, заставив себя посмотреть Алексису в глаза.

Уголки его рта дернулись, и Сандра приняла это за насмешку. В небольшом пространстве комнаты Алексис казался очень высоким и грозным. Сейчас Сандра смотрела на него будто со стороны, воспринимая как постороннего человека, который однажды катком прошелся по ее жизни.

— А ты как считаешь? — парировал Алексис. — Я пытался найти тебя и дома, и в агентстве, но ты словно испарилась. Потом я вспомнил об этом доме и приехал. Нам надо поговорить.

— Меня это не интересует, — заявила Сандра и демонстративно взяла в руки первую попавшуюся книгу. Гость молчал, и она поняла, что так просто он не уйдет. — Нам с тобой не о чем говорить, Алексис, — холодно сказала она. — Ты прекрасно помнишь, я никогда не верила в то, что мой брат изнасиловал твою сестру.

— Помню, — тяжело ответил он. — Но я не знал этого, пока София не открыла мне правды.

— Конечно, ты не долго думая предположил, что насильником был Роб, — мрачно произнесла Сандра. Она удивлялась своей выдержке. Только гордость помогала ей не взорваться от ненависти к этому человеку.

— София была в шоке после того, что с ней случилось, и не могла внятно отвечать на вопросы, — стал объяснять Алексис. — Я знал, что она встречается с твоим братом. Он старше нее и гораздо опытнее, поэтому я, естественно, подумал, что…

— И на этом шатком предположении ты построил план мести, — презрительно усмехнулась Сандра. — Тебе не стоило приезжать сюда, чтобы сказать мне об этом. Я понимаю, что произвела на тебя впечатление дурочки, которую легко соблазнить, но тем не менее я способна сделать правильные выводы из того, что рассказала София в ресторане. Я не верила в виновность Роба не только потому, что он мой брат.

— Ты не сказала ему, что произошло между нами?

— Нет. — Сандра опять вспомнила слова Роба о том, что он разорвет на куски любого, кто ее обидит. — Может, тебе интересно будет узнать, что Роб разделяет твои взгляды, по крайней мере, в отношении тех, кто обижает любимых сестер. Он, кстати, был удивлен, что ты не попытался отомстить ему. Я не стала разочаровывать брата.

— Почему?

— Потому что не хочу причинять ему боль, — мягко сказала Сандра. При этих словах Алексис побледнел. — Кроме того, это ничего не изменит — я не смогу стать прежней. Софии повезло, что она встретила человека, который любит ее и заботится о ней.

— Так ты тоже этого хочешь? Надежный брак с человеком, которому безразлично, что не он был первым мужчиной в твоей жизни?

— Меня эта тема вообще не интересует, — твердо сказала Сандра, но глаза выдали ее, отразив истинные чувства.

— Я не верю тебе, — заявил Алексис, читавший по ее лицу, как по книге. — Ты хотела, чтобы я любил тебя, ты умоляла меня об этом, — напомнил он, не щадя ни чувств, ни женской гордости Сандры.

Она готова была броситься на Алексиса с кулаками, расцарапать ему лицо за то, что он мучает ее. Но горький опыт не прошел даром — прежней непосредственной девушки уже не было, ее место заняла трезвомыслящая молодая женщина.

— Ты забываешь, что это было до того, как ты преподал мне хороший урок. Сейчас я думаю, что ты вообще не способен любить кого бы то ни было. Твое гипертрофированное чувство гордости не позволяет тебе любить по-настоящему. Ты, конечно, как здоровый и к тому же сказочно богатый мужчина, будешь и дальше крутить любовные интрижки с женщинами. Возможно, тебе даже удастся убедить кого-то из них в своей так называемой любви, как ты убедил меня. Но истинное чувство тебе познать не дано. Ни один мужчина, действительно любящий женщину, не способен так подло поступить с ней.

— Ты отдалась мне сама, — упрямо повторил Алексис, гневно сверкнув глазами.

Но Сандра уже не боялась его.

— Ты прав, — тихо сказала она. — Но именно об этом я и говорю. Я еще могу понять, что ты, считая моего брата виновным, хотел отомстить ему, обесчестив меня. Но ведь тебе было не достаточно просто лишить меня девственности. Ты, как патологический садист, хладнокровно заставил неопытную, наивную девчонку влюбиться в тебя, чтобы затем бросить и получить удовольствие от моих мучений. — Сандра горько усмехнулась. — Судя по твоему поведению, ты вообще презираешь всех женщин без исключения. Тебе не доверяла даже твоя родная сестра, боясь назвать имя своего обидчика. Она опасалась, что ты скорее поверишь ему, чем ей.

В глазах Алексиса шевельнулось что-то, похожее на боль, и Сандра поняла, что ее слова попали в точку, но не испытала ни жалости, ни сочувствия.

— Я приехал сюда, чтобы извиниться перед тобой, и…

— И что? — с иронией спросила Сандра. — Стереть из моей памяти то, что ты сделал? Я бы сама давно избавилась от воспоминаний, если бы это было возможно. Кстати, я не нуждаюсь в твоем запоздалом раскаянии, так что уходи, пожалуйста.

Сандра подошла к двери и распахнула ее настежь. Но Алексис не двинулся с места.

— Я еще не все сказал, — начал было он, но Сандра резко повернулась к нему спиной, не желая ничего слышать. Внезапно она почувствовала головокружение и схватилась за косяк двери, чтобы не упасть.

— Очень хорошо, — с ожесточением проговорила она, — если ты отказываешься покинуть мой дом, то уйду я.

Сандра опрометью выскочила из кабинета, пересекла холл и, хлопнув дверью, побежала через небольшую лужайку к калитке. Ее охватила паника, когда она услышала за спиной тяжелые, торопливые шаги Алексиса. У Сандры было ощущение, что за ней гонится дикий зверь. Она толкнула калитку и выбежала на дорогу. Голос Алексиса, выкрикнувшего ее имя, утонул в визге тормозов. На какое-то мгновение перед глазами обезумевшей Сандры мелькнул капот автомобиля и перекошенное от испуга лицо водителя, и вслед за этим ее тело разорвала страшная боль. Мир, взорвавшись миллионом слепящих осколков, стал тонуть в сгущавшемся тумане, пока, наконец, не исчез совсем.

12
{"b":"3315","o":1}