ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Инга БЕРРИСТЕР

И ТЕЛОМ И ДУШОЙ

1

Селина искоса взглянула на часы. Стараясь казаться спокойной и беззаботной, она сложила руки на коленях и откинулась в кресле. Кажется, она все уже решила, так откуда же это малодушное желание сбежать? Девушка взвесила все “за” и “против”, причем не единожды. Сама судьба предоставляла ей шанс. Однако, когда нынешний ее работодатель впервые упомянул о вакансии, Селина с трудом подавила в себе желание отказаться. Но ведь судья Ситон удивился бы, принялся бы задавать вопросы, на которые ответить она была не в состоянии…

Селина неуютно поежилась. Высокая блондинка, внешностью она пошла в мать, ростом — в отца. Яркая, чуть вызывающая красота составляла разительный контраст с бесстрастной холодностью девушки. Отвергнутые воздыхатели понятия не имели, что надменность эта — лишь маска, скрывающая неуверенность и боль. “Аляска под солнышком” — так прозвал ее какой-то оксфордский умник: снаружи — доброжелательная вежливость, внутри — арктический холод.

Но лучше слыть недотрогой, чем легкой добычей. Серые глаза блеснули сталью, губы сжались. Нельзя думать о прошлом, нельзя. Но если не сейчас, то когда? “Яблоко от яблони недалеко падает”, — сказал как-то раз про нее один из любовников матери, и презрительный отзыв ранил девочку до глубины души. Кто-кто, а она отлично знала, сколько боли причиняет позорное клеймо.

С матерью Селина не ладила. Папенькиной дочкой называла ее мать в запальчивости. По иронии судьбы, именно за это девочку и не любили. Вдвойне нелепо, когда…

— Мисс Торн? — Приятный голос секретарши ворвался в ее мысли. — Сэр Джералд готов принять вас. Пожалуйста, заходите.

Офис вполне соответствовал высокому положению преуспевающего королевского адвоката, атмосфера прямо-таки дышала роскошью и респектабельностью. На лбу у девушки выступила испарина: сейчас она все отдала бы за возможность пойти на попятный. Дурочка, вздорная дурочка! — бранила себя Селина. И зачем я сюда пришла?

А затем, что ей нужно место личного помощника сэра Джералда, напомнила себе девушка, глядя на возможного босса. Высокий, представительный, седой… Лицо избороздили морщины — следствие не одной только старости. А улыбка, к вящему смущению девушки, лучилась теплом.

— Добрый день, мисс Торн. — Он подал посетительнице руку, и Селина с трудом подавила нелепое желание поскорее коснуться этих пальцев.

Словно почувствовав неуверенность девушки, сэр Джералд поднял глаза. Заставив себя улыбнуться, Селина пожала протянутую руку.

— Садитесь, пожалуйста.

Дыши глубже, спокойнее, наставляла себя девушка, опускаясь на стул. Элегантность и фация движений дались ей недешево. Но в один прекрасный день долговязая, неуклюжая школьница вынуждена была признать: упражнять следует не только ум.

Оксфорд изменил ее до неузнаваемости, однако не во всем. Селина так и не избавилась от подсознательной неприязни к мужскому полу, что по-прежнему давала о себе знать, зачастую в самый неподходящий момент, и тогда к ней примешивались стыд и боль. Однажды один из влюбленных в нее сокурсников обиженно поинтересовался, что это у нее за “пунктик”, с какой стати она так дорожит своей девственностью.

К тому времени Селина уже знала достаточно и о себе, и о других, чтобы оценивать свои комплексы объективно, с холодной отстраненностью. Но понять себя куда проще, чем изменить…

Давным-давно Селина мечтала о таком вот офисе для себя, надеялась приобрести известность в мире юриспруденции. Но жизнь развеяла и эти грезы, точно так же, как и все прочие. Приемные дети не всегда имеют возможность получить дорогостоящее образование. Тяжелый удар, но Селина смирилась и теперь претендовала на вакантную должность, которая позволила бы ей хотя бы соприкоснуться с той областью знаний, которая особенно ее интересовала.

Ее потенциальный работодатель начал с вопросов попроще. Видимо, хотел ободрить девушку, помочь ей расслабиться. А она тем временем воспользовалась возможностью приглядеться к сэру Джералду повнимательнее. Селина изучала собеседника, усилием воли сдерживая поток эмоций, угрожающий поглотить ее. А она чего ожидала? Что ее словно по волшебству узнают и приголубят? Да скорее выгонят вон! Губы девушки сжались. Не следовало ей сюда приходить. Надо было прислушаться к внутреннему голосу и отказаться от вакансии. Ведь работа эта обернется каждодневной пыткой! Сколько лет она училась подавлять чувства, держать себя в руках, а теперь все усилия ее того и гляди пойдут прахом, и чего ради? Я уже здесь, решительно напомнила себе Селина, и идти на попятный поздно. Стараясь отвлечься от горьких мыслей, она сосредоточилась на огромной семейной фотографии. В центре — сэр Джералд, рядом — жена, дети, родные и близкие.

Владелец кабинета проследил за направлением ее взгляда и улыбнулся:

— Подарок жены на рубиновую свадьбу…

Перед глазами девушки все поплыло. Но она каким-то образом заставила себя улыбнуться, мысленно отчитав себя за излишнюю чувствительность.

— Ежели вы все-таки поступите к нам в штат, вы непременно познакомитесь с моей семьей. Летом я обычно работаю дома, в Дорсете.

Ничем не выдавая своего волнения, Селина кивнула. О поместье сэра Джералда в Дорсетшире и его семье она знала решительно все.

— Так вы узнали о вакансии от моего старого друга судьи Ситона? — говорил тем временем королевский адвокат. — Превосходная рекомендация, превосходная… И подготовлены вы лучше некуда. Вы, случаем, сами никогда не мечтали присоединиться к адвокатскому сословию?

Невинный вопрос затронул одну из самых чувствительных струн в ее душе.

— Это мое самое заветное желание. Но, видите ли, в финансовом плане… — слегка зарумянившись, тихо начала Селина.

— Да, конечно… понимаю. — Сэр Джералд сочувственно помолчал и снова улыбнулся: — У нас тут в конторе дел невпроворот, скучать некогда. Основная доля работы приходится на моего племянника, Пирза Грешэма, он тоже королевский адвокат, как и я. Один из самых молодых в стране. — В голосе сэра Джералда звучала неприкрытая гордость, а у Селины этот незнакомый племянник сразу же вызвал острую антипатию.

Сэр Джералд тем временем вкратце охарактеризовал ее обязанности и задал еще несколько вопросов. Владелец кабинета нисколько не преувеличил, говоря, что подготовлена она хорошо, даже слишком хорошо для должности относительно скромной. И все равно девушке изрядно польстило, когда сэр Джералд подвел итог:

— Ну, дорогая, дураком я буду, если не найму вас сей же миг… если, конечно, сами вы согласны.

На мгновение в душе проснулись сомнения. Еще в детстве Селина на личном опыте познала ту муку, что непременно станет частью ее повседневной жизни, если она ответит согласием. И все-таки искушение оказалось сильнее, и девушка сказала “да”.

— Вот и славно! — улыбнулся сэр Джералд. И кто бы при взгляде на него усомнился в том, что видит перед собою сострадательного, сильного духом человека, посвятившего жизнь утверждению справедливости? — Отлично. Тогда, может быть, уточним детали? Ваши родители умерли?

Наманикюренные ноготочки вонзились в ладони, но девушка не почувствовала боли.

— Да, — коротко подтвердила она, — погибли в автокатастрофе, когда мне исполнилось одиннадцать.

— А вас взяла на воспитание чужая семья?

— Для детского дома я была слишком взрослой. — Как спокойно она это произнесла, глядя на собеседника глазами ясными и чистыми!

— И родни у вас нет?

Как она ненавидела сострадание, прозвучавшее в голосе собеседника! Как захотелось отвесить ему пощечину! Но Селина сдержалась.

— Никого…

Она не позволяла себе вспоминать о бабушке и дедушке. Им ничего не стоило облегчить жизнь заброшенному, несчастному ребенку… Но они отреклись от единственной дочери, устыдились позора, отказали в поддержке и ей, и незаконнорожденной малютке. Они лишь одно из звеньев в долгой цепи предательств, в самом начале которой стоит отец… Он подарил девочке жизнь, а потом бессовестно отрекся от ее матери — публично, на всю страну…

1
{"b":"3317","o":1}