ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Не сознавая, что делает, Селина уткнулась лицом в твердый изгиб его плеча. Сначала губы, а затем и зубы затеребили теплую кожу. Пирз задохнулся от восторга. А она же упивалась солоноватым привкусом, ласкала любимого все более смело и раскованно. Когда же поцелуи сменило легкое касание язычка, Пирз хрипло прошептал ее имя и стиснул в объятиях. Губы их слились в жарком, неистовом поцелуе, и Селина таяла, прижимаясь к нему все крепче, и, словно податливая глина, принимала любую угодную ему форму.

Ладонь Пирза снова нашла высокую грудь, но на сей раз между ее чувствительной кожей и его изучающим большим пальцем преграды не было. Девушка затрепетала от наслаждения, напрягшиеся соски бесстыдно требовали своей доли ласк. Поцелуй утратил неистовость, и язык Пирза осторожно проследил влажную линию розовых губ. Завладев рукою Селины, он прижал узкую ладонь к собственному телу, требуя прикосновений все более интимных.

Неужели самые легкие ее касания имеют над ним столь неодолимую власть? Это ее ободрило. И, когда Пирз наконец-то оторвался от ее губ и принялся осыпать поцелуями нежный изгиб шеи, а затем — хрупкие плечи, она сама припала к разгоряченной коже, наслаждаясь пряным мужским ароматом. Новые переживания настолько подчинили ее себе, что, только услышав глухой стон, она осознала: Пирз уже не целует ее, но расслабился в ее объятиях, закрыл глаза и наслаждается каждым мгновением.

— Не останавливайся… Ласкай меня, ласкай… — пробормотал он. — Хочу ощущать твои ладони и губы… Да, вот так…

Пирз наклонил голову. Язык выписывал огненные круги сначала вокруг одного соска, затем вокруг другого. Руки его ласкали и гладили нежные округлости, с губ срывались хриплые восклицания. Поцелуи его обжигали кожу, зубы чуть царапали нежное женское тело, будя неистовую пульсацию восторга.

Когда губы его обхватили нежный сосок и принялись ритмично втягивать воздух, Селина с трудом сдержала мучительный стон: все ее существо стремилось к любимому, легкие блаженные всхлипывания нарушали тишину комнаты. Когда Пирз выпустил ее груди и снова прильнул к губам, она требовательно прижалась к нему, бедра ее напряглись. Тогда ладони Пирза скользнули от стройной талии к ягодицам, привлекая девушку все ближе. Но ей хотелось большего, ожидание сделалось невыносимым.

Когда Пирз отстранился, Селина задрожала от невыносимого разочарования, инстинктивно страшась отказа, снова потянулась к нему, осыпала пылкими поцелуями его плечи и грудь. Когда ее губы задели твердый мужской сосок, Пирз исступленно зашептал ее имя, запустил пальцы ей в волосы.

— Да, так… коснись меня здесь…

Пульс ее лихорадочно участился, язык дразняще коснулся чувствительной точки. Пирз вскрикнул, схватил ее за локти, содрогнувшись всем телом.

В упоении чувственных восторгов Селина смутно ощущала, как рука Пирза скользит по внутренней стороне ее бедра. Но, когда прикосновение стало более интимным, а пальцы задержались у жаркого лона, она затрепетала в экстазе. Ладонь ее отыскала напрягшуюся мужскую плоть и осторожно сжалась — сначала несмело, потом более решительно, по мере того как в ней разгоралось неодолимое желание слиться с Пирзом в едином порыве.

Пирз припал губами к ее бедру. И Селина снова вздрогнула от неизъяснимого наслаждения, хотя поначалу и попыталась оттолкнуть его, внезапно застеснявшись ласк столь интимных

— Кожа у тебя точно шелк…

Как же он ей дорог!.. Селина задрожала, но на этот раз не от страсти: сердце ледяной рукою сдавила боль. Пирз ее не любит. Тело, еще недавно мягкое и уступчивое, оцепенело и напряглось.

— В чем дело?

Нахмурившись, Пирз разомкнул объятия. А Селина словно утратила дар речи. Как объяснить, что она его любит, и именно поэтому мысль о легковесной интрижке кажется столь тошнотворной? Ей нужно, чтобы Пирз стремился к ней всем сердцем, всей душою, как она — к нему. Размечталась! — язвительно бранила себя девушка.

Упоение страстью схлынуло. Возбуждение угасло, осталось лишь глубокое отвращение к себе самой. Бремя стыда легло на плечи непосильной ношей.

Пирз испытующе посмотрел на девушку. Лицо его снова превратилось в бесстрастную маску, взгляд не сулил ничего доброго.

— Не знаю, что за игру ты затеяла, — начал он, вставая, натягивая джинсы и перебрасывая ей юбку и блузку, — но…

Скрипнула открываемая дверь. Пирз резко обернулся. Окаменев от ужаса, Селина прижала скомканную одежду к груди. В комнату вошел ее отец и застыл на пороге, осознав, что Пирз не один.

Кажется, он сказал что-то племяннику, но слов Селина не расслышала: голова кружилась, перед глазами все плыло. Едва молодые люди снова остались одни, девушка обернулась к Пирзу. Лицо ее побелело как полотно, в глазах светилась обида, которую она даже не пыталась скрыть.

— Ты все подстроил, да? — горько упрекнула она. — Ты хотел, чтобы сэр Джералд застал меня в твоей постели, чтобы…

— Что?! — Пирз тоже не на шутку разозлился. — Чтобы дядя понял, что не один пользуется твоими милостями? Почему ты позволила мне завлечь тебя в постель, а, Селина? Решила обзавестись запасным вариантом? Убирайся отсюда, — приказал он. — Убирайся, пока я тебя не вышвырнул!

Пирз демонстративно повернулся к ней спиной. Селина поспешно оделась. Онемевшие пальцы не слушались. Ее смущение перед сэром Джералдом — не что иное, как страх согрешившей дочери перед праведным гневом отца. Но Пирз воспринял происшедшее со своей точки зрения. Ну и пусть себе думает, что хочет!.. Зная лишь, что и минуты в доме не задержится, Селина выбежала из спальни Пирза, поспешно спустилась по боковой лестнице и скрылась в саду.

Не обращая внимания на невыносимую жару, Селина брела по саду, без цели, без смысла, сама не зная куда. Больше всего на свете ей хотелось навсегда затеряться среди деревьев… Или еще лучше закрыть глаза и снова оказаться в своей крохотной квартирке… возвратиться в те счастливые времена, когда о роковом собеседовании она даже не помышляла. Если бы только возможно было повернуть время вспять, она не натворила бы столько глупостей! Несмотря на палящее солнце, девушка зябко поежилась. Как ей теперь вести себя с Пирзом? Как посмотреть в глаза отцу?

А в глаза посмотреть придется, так что надо бы заранее набраться храбрости. Пирз ясно дат понять, что ее не любит. С таким же успехом он мог бы прокричать это с крыши! Если бы речь шла о другом мужчине, подобные выходки можно было бы списать на ревность. Но в случае Пирза это — лишнее доказательство его презрения к недостойной интриганке. Неужели непроходимый упрямец и впрямь считает, что она способна пылко и самозабвенно отвечать на его ласки и одновременно крутить роман с сэром Джералдом?

С тяжелым сердцем Селина направилась к дому. Но у черного хода увидела мрачного как туча Пирза. Что он там делает? Поджидает ее? Облизнув пересохшие губы, Селина заставила себя преодолеть оставшееся расстояние. При виде девушки на лице Пирза отразилась целая гамма чувств, но он тотчас же взял себя в руки.

— Ну, и куда ты подевалась? — коротко осведомился он и протянул руку, чтобы схватить ее.

Однако Селина увернулась, проскользнула мимо него и укрылась в гостиной, радуясь приближающемуся звуку шагов.

— А, Селина, дорогая, вот вы где! — просияла Мэри, явно не заметив ничего подозрительного. — Джералд как раз про вас спрашивал.

— Я сейчас поднимусь к нему. — Как бы она ни страшилась встречи с отцом, все лучше, чем остаться внизу и выслушивать оскорбления Пирза!

Сэр Джералд ободряюще улыбнулся вошедшей. Но улыбка угасла, едва он подметил непривычную бледность девушки и загнанный взгляд.

— Селина, милая, присядьте.

Она покачала головой, шагнула к столу, взяла ближайшую папку, смущенно потупилась. Светлые пряди упали на лицо.

— Не казните себя, не надо, — тихо проговорил сэр Джералд. — Если кто и виноват, так я один. Никто не давал мне права врываться в комнату без стука.

На мгновение наступила тишина. Селина не смела поднять глаза.

— Дело в том, что вы для меня очень много значите… За время нашего недолгого знакомства я к вам всей душой привязался. Исключительно по-родственному, разумеется, — поспешил он уточнить и, не давая Селине и слова вставить, осведомился: — Вы любите моего племянника?

23
{"b":"3317","o":1}