ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Однако теперь эта неспособность к адаптации куда-то исчезла. Висенте поступал как мужчина, готовый принять на себя обязанности, налагаемые семейной жизнью. Даже когда Карен начинала капризничать, он вел себя по-отцовски самым достойным образом. Что же касается интимных отношений, отмечала Дженетт с несколько стыдливой радостью, то его вновь обретенное влечение к ней и трогательная внимательность не оставляли желать лучшего.

Но темное пятно, однако, оставалось. Любящей знать, на что она имеет право рассчитывать, Дженетт трудно было жить в теперешней атмосфере неопределенности, не задаваясь при этом неприятными вопросами. Положение ее было далеко не столь простым, как могло показаться на первый взгляд. Слов нет, на текущий момент времени Висенте действительно был с ней, но как долго это могло продлиться и на каких условиях? Однако делать какие-либо предположения казалось ей преждевременным и даже опасным. С другой стороны, хотелось знать, есть ли у них совместное будущее…

В спальню вошел Висенте, одетый в прекрасно пошитый дорогой костюм. Высокий, темноволосый, потрясающе красивый. Остановившись в изножье кровати, он с улыбкой оглядел лежащую на ней Дженетт. Решение беспокоящего его вопроса было наконец найдено, можно было гордиться собой.

– Как тебе понравится поездка в Испанию, дорогая?

Оторвавшись от своих мыслей, она бросила на него недоуменный взгляд.

– В Испанию?

– У меня есть дом в сельской местности, хотя и не так далеко от города. Мы с тобой и Карен будем там совсем одни, – сказал Висенте, предчувствуя ее восхищение при виде дома. – Отправимся туда прямо сегодня, сразу после обеда.

– Так скоро? – воскликнула Дженетт, не совсем понимая, когда и зачем он купил этот дом. Во время свадебного путешествия Висенте говорил о нем неоднократно, однако до дела так и не дошло. Роскошная же вилла на Лазурном берегу была фамильным владением семьи Перрейра, как и особняк в Барселоне. Там ей даже удалось побывать однажды.

Взгляд темно-золотистых глаз мужа был совершенно непроницаем.

– Ты доставишь мне этим огромное удовольствие, дорогая, – сообщил он.

Никогда еще Висенте не был более искренен, чем сейчас. Это прелестное убежище в гористой местности было просто идеально. Папарацци никогда не узнают, где они находятся. К тому же вряд ли Дженетт сможет связаться оттуда со своим адвокатом. Можно будет насладиться совершеннейшим покоем.

– В таком случае мне не терпится туда попасть, – ответила она.

Часа через два принесли прекрасный экземпляр цветущей эйхорнии в стеклянном сосуде. Не зная, как воспринять столь необычный подарок, Дженетт позвонила Висенте, чтобы его поблагодарить.

– Я знаю, что тебе больше по душе те, у кого много ножек. Но как только я увидел одного из твоих любимцев на картинке, то понял, что не смогу переступить порог дома, в котором живет такое чудовище…

– Они же маленькие, – с трудом сдерживая улыбку умиления, возразила молодая женщина.

– Знаешь, по-моему, маленького, но непредсказуемого Робина нам вполне достаточно, – ответил он. – К тому же мне сказали, что в воду, в которой растет цветок, можно запустить золотых рыбок.

– Правда? – удивилась Дженетт, покоренная с первого взгляда тяжелыми лавандово-голубыми соцветиями эйхорнии. – Может получиться красиво… – И, хихикнув, добавила: – Да и Робин обрадуется рыбкам.

Чуть позже, когда она уже сносила чемоданы вниз, позвонила Элизабет. Звонок сестры обрадовал Дженетт, приготовившуюся к обычному, мало что значащему разговору. Однако вместо этого она оказалась подвергнутой настоящему допросу.

– Сколько времени у тебя осталось до того, как развод будет оформлен окончательно? – немедленно взяла быка за рога Элизабет.

– Точно не знаю, – призналась Дженетт, чувствуя, как становятся влажными ладони; ей не хотелось даже думать об этом.

– Не говори ерунды! Ты должна знать! – заявила сестра, прекрасно осведомленная о болезненном отношении Дженетт к этой теме.

Она никогда не хотела развода, лишь пару месяцев назад Висенте, не лично, а, как обычно, через адвоката, потребовал развода на основании истечения требующегося по закону двухгодичного периода раздельного проживания. Гордость заставила Дженетт дать согласие, хотя она и проплакала всю последующую ночь. У нее даже не хватило смелости вскрыть полученное после этого письмо от своего адвоката.

Несколькими неделями ранее просьба о разводе рассматривалась в суде, но точная дата события осталась неизвестной Дженетт, находившейся в слишком расстроенных чувствах, чтобы внимательно следить за этой процедурой. Насколько она знала, от решения суда до окончательного вступления его в силу должно пройти шесть недель плюс один день. Однако Дженетт была уверена, что этот срок еще не истек и осталось немного времени на то, чтобы Висенте передумал и решил остаться женатым человеком…

– Дженетт! – резко окликнула ее Элизабет.

– Да-да, подожди немного, – ответила Дженетт.

Ей вовсе не хотелось обсуждать сейчас с сестрой перспективы своего бракоразводного процесса. Но, почувствовав смутное беспокойство, она положила трубку и вышла в холл, где на столике лежала почта, перенаправленная по новому адресу. Однако в небольшом запечатанном конверте оказался лишь каталог семян. Разумнее всего, подумала она, будет откровенно рассказать Элизабет о том, что произошло между нею и Висенте.

– Бетти, послушай, – без предисловий сказала она, снова взяв трубку, – сегодня мы с Висенте уезжаем в Испанию.

– Правда? Я очень рада за тебя, – ответила сестра на редкость довольным тоном.

Столь внезапная смена настроения несколько удивила Дженетт.

– Действительно рада?

– А почему бы и нет? Кстати, должна тебе кое в чем признаться, – продолжила Элизабет все так же жизнерадостно. – После твоего отъезда я перепутала банковские счета и случайно заглянула в твой. Оказывается, Висенте положил на него огромную сумму денег.

Зеленые глаза Дженетт широко раскрылись в удивлении.

– Боже мой, ты в этом уверена?

– Ты попросила у него денег, и, надо отдать ему должное, он выполнил твою просьбу в тот же день. Двести пятьдесят тысяч фунтов! – восторженно воскликнула сестра – Четверть миллиона!

Дженетт в буквальном смысле слова окаменела от неожиданности.

– Так много! Ты не шутишь?

– Это чудесная новость дли нас обоих. Мне не терпится начать все снова, а теперь ты имеешь возможность предоставить мне беспроцентную ссуду.

– Ссуду? – машинально повторила молодая женщина.

– Ты ведь вернулась к Висенте… Теперь тебе ничего не стоит одолжить мне сто тысяч.

Дженетт тяжело вздохнула.

– Но я не вернулась к Висенте… Во всяком случае, не в том смысле, какой ты имеешь в виду. Мы с ним вполне можем разойтись вновь, – грустно призналась она. – Мне очень жаль, Бетти, но вряд ли я смогу одолжить тебе принадлежащие ему деньги.

– Но почему, черт побери? У него их куры не клюют! – возмутилась Элизабет. – Ты ведь снова спишь с ним, не так ли?

Покраснев, Дженетт решила проигнорировать бестактный вопрос.

– Прежде всего эти деньги предназначены для того, чтобы разрешить мои финансовые проблемы и обеспечить достойное воспитание Карен. В настоящий момент у меня нет никаких источников дохода. Кроме того, хоть я не живу в своем доме, приходится платить по счетам и закладным, – напомнила она сестре. – А ситуация, в которой я нахожусь, может быть временной…

– Неужели? Хочешь сказать, что являешься лишь временной любовницей Висенте? Это правда? – перебила ее Элизабет с презрительной насмешкой в голосе.

Ее реплика резанула Дженетт словно ножом.

– Я действительно хотела бы тебе помочь Однако в данный момент…

– Как бы не так! Ты всегда была эгоисткой! – воскликнула разъяренная отказом сестра. – Висенте делает с тобой все, что хочет. Просто не верится! Еще три года назад ты переспала с ним только после свадьбы…

– Бетти, пожалуйста, замолчи! – взмолилась Дженетт.

Но Элизабет было не остановить.

25
{"b":"3320","o":1}