ЛитМир - Электронная Библиотека

Дороти тогда рассмеялась, но потом все-таки призадумалась. В последние время подруги как-то уж слишком часто заводили с ней разговор о преимуществах семейной жизни. Вот и на прошлой неделе соседка — уже пожилая женщина, мать двоих взрослых детей и счастливая бабушка — заметила как бы между прочим, что в наше время молодой женщине очень непросто найти себе мужа, тем более если она все свое время посвящает работе.

Дороти уважала ее и поэтому не рявкнула в ответ, что ей и без мужа вполне неплохо. Она вообще не задумывалась о замужестве. И тому было несколько причин. Во-первых, Дороти давно поняла, что у нее очень большие запросы по отношению к мужчинам, и она еще не встретила человека, за которым бы ей захотелось пойти на край света. А на меньшее она не согласна. Во-вторых, у нее 'была не просто интересная работа, но свое дело. Будь у нее семья, еще неизвестно, как бы уложилась ее карьера. Во всяком случае, Дороти подозревала, что она не из тех женщин, которые могут успешно совмещать семью и работу без ущерба для того и для другого.

Однажды, когда она высказала эти соображения Тресси, та ответила, что, мол, ты просто еще никогда не влюблялась по-настоящему. Дороти только пожала плечами.

Она знала, что для многих ее подруг и друзей — даже тех, кто знаком ей с самого детства — ее характер оставался неразрешимой загадкой.

Она была неизменно приветливой с близкими, всегда охотно помогала тем, кто нуждался в помощи и сочувствии. Все оценивали ее как человека веселого, сердечного и доброго. Но когда дело касалось мужчин — и особенно тех мужчин, которые ясно давали понять, что она им небезразлична и что им бы хотелось познакомиться с ней поближе, — Дороти тут же замыкалась в холодном презрительном равнодушии, которое отпугивало от нее всех потенциальных поклонников.

Подруги Дороти считали, что все это происходит от ее одержимости карьерой и нежелания пока заводить никаких бурных романов, которые помешали бы ее работе. Но на самом деле Дороти просто боялась. Боялась влюбиться. Потому что однажды она уже обожглась, и ей совсем не хотелось вновь пережить унижение и боль, подобную той, которую причинил ей Дункан Эшби-Кросс.

И дело было вовсе не в том, что Дороти изначально считала всех мужчин сволочами, которые только и ищут повода, чтобы обидеть женщину, готовую посвятить им всю себя. Просто она еще не встретила человека, который бы зажег огонь в ее сердце, человека, ради которого можно бросить все. Такого, который заставил бы ее забыть свои страхи и просто любить. Которого ей бы хотелось любить — исступленно, самозабвенно.

Так что истина была проста. Несмотря на все свои громкие заявления о независимости и свободе, Дороти в душе оставалась все тем же наивным и романтичным подростком, каким она была в пятнадцать лет, — восторженной девочкой, ждущей, что появится принц из волшебной сказки и сделает ее счастливой.

Если она когда-нибудь встретит свою любовь, это должна быть Любовь с большой буквы. Любовь на всю жизнь.

Конечно, она понимала, что у нее слишком большие запросы. С такими запросами сложно найти человека, с которым бы ей захотелось быть вместе. Причем эти завышенные критерии установила она сама — как будто специально для оправдания того, чтобы избегать мужчин. Подход был такой: лучше я буду одна, чем вместе с кем попало.. Вместо того чтобы реально взглянуть на вещи и признать наконец, что мечты — это одно, а жизнь — совершенно другое, она преднамеренно отказывала себе в радости и удовольствии, которые могли бы быть в ее жизни, если бы она отказалась от своих идиотских принципов.

А все почему? Потому что она до сих пор наказывала себя за ту наивную дурость, которую проявила однажды. И ей до сих пор было стыдно за себя, хотя умом она понимала, что давно уже стрит об этом забыть.

Да, она повела себя глупо, по-детски. Но ведь она и была ребенком. Ей тогда было всего пятнадцать. Наверное, все девочки в этом возрасте влюбляются точно так же — безумно и безнадежно. Да, Дункан разгадал ее чувства к нему. И посмеялся над ней. Ну и что? Это еще не причина избегать всех мужчин. И тем более — по прошествии стольких лет. В конце концов, если ты полюбишь человека и откроешь ему свое сердце, это вовсе не означает, что он обязательно унизит тебя и обидит.

Но давняя детская обида превратилась со временем в стойкий, непреодолимый комплекс, который очень мешал Дороти. Она не любила об этом думать. Потому что все эти размышления неизменно приводили к весьма неутешительным выводам. Каждому человеку нравится считать себя сильным и независимым. А когда ты понимаешь, что очень зависишь от какого-то идиотского комплекса, который сама же в себе развила, что по прошествии стольких лет по-прежнему избегаешь близких и доверительных отношений лишь потому, что боишься, как бы тебя не обидели еще раз, что ты не в силах преодолеть этот барьер… Кому же такое будет приятно?!

Быть может, Тресси права. Быть может, если Дороти влюбится по-настоящему… тогда все будет по-другому. Тогда она преодолеет свой страх. Но для того, чтобы полюбить человека по-настоящему, нужно сначала убедиться в том, что он достоин доверия. А для этого надо ему довериться. А чтобы довериться, надо забыть про страх.

Получался замкнутый круг.

Дороти тяжело вздохнула. Она уже подъехала к дому и припарковала машину у подъезда. Надо бы как-нибудь поговорить с Тресси. Впрочем, Дороти знала и так, что ей скажет подруга. Она скажет, что нельзя влюбиться по желанию. Что любовь — это как ураган, который налетает внезапно и сметает все на своем пути.

Дороти еще раз вздохнула и вышла из машины под дождь. Ее дом располагался в небольшом коттеджном городке в полутора милях от города. Она купила его три года назад, когда родители переехали поближе к брату. Домик был маленький, но уютный. И больше всего Дороти нравилось, что при домике был участок с симпатичным садом. А из окон второго этажа открывался изумительный вид на рощу.

Большинство ее соседей были уже пенсионерами. Правда, за последние несколько месяцев здесь, в коттеджах, поселились две молодые супружеские пары, с которыми у Дороти сразу же установились вполне приятельские отношения.

Дороти уже открывала входную дверь, когда на крыльцо соседнего дома вышла Агата Монтегю — та самая пожилая дама, которая в последнее время при всяком удобном случае заводила с Дороти разговор о том, что женщине непременно нужно выходить замуж.

— Господи! На кого вы похожи, Дороти?! Что случилось?

Дороти в двух словах рассказала ей о досадном происшествии с тележкой. Агата сочувственно покачала головой и пригласила Дороти зайти выпить горячего чаю. Но та отказалась, потому что уже опаздывала в офис, а ей еще надо было переодеться и привести себя в порядок.

Она прошла прямо в кухню и первым делом разобрала покупки — отложила все, что купила для Тресси в отдельный пакет, который собиралась завести подруге по дороге в офис или на обратном пути. Потом поднялась в спальню. И пришла в ужас, глянув на себя в большое зеркало.

Чего-то подобного она и ожидала, но не до такой же степени!

Волосы уже высохли, но прическа была безнадежно испорчена, так что придется еще мыть голову и укладывать волосы феном. Юбка была вся заляпана грязью. Ее надо будет стирать. А блузка… она тоже уже почти высохла, но Дороти вдруг с ужасом поняла, что в тех местах, где мокрая блузка прилипала к телу, шелк стал совсем прозрачным. Под блузкой у нее был тонкий шелковый бюстгальтер, полупрозрачный сам по себе. Дороти даже покраснела при одной мысли о том, что Дункан мог все видеть… Она сглотнула комок в горле и твердо сказала себе: не будь идиоткой, делать Дункану больше нечего, как только разглядывать твою грудь. Можно подумать, ему это очень интересно!

Дороти быстро приняла душ и высушила волосы феном. Времени было в обрез. Но уже через час она подъехала к своему офису, который они с Тресси снимали в здании поблизости от центрального парка.

— Прошу прощение за опоздание, — извинилась она перед Эми.

5
{"b":"3322","o":1}